Четверг 8 декабря 2016
$ 20.1714 21.6338

Дину Чокан: «В критический момент будет решение о приостановлении вещания некоторых программ»

  • Изображение

В начале октября Координационный совет по телевидению и радио (КСТР) возглавил ДИНУ ЧОКАН. Новый глава совета неоднократно выражал недовольство редакционной политикой российских телеканалов и даже заявлял о необходимости прекращения их вещания в Молдове. В интервью корреспонденту NM НИКОЛАЮ ПАХОЛЬНИЦКОМУ он объяснил, что же не так с российскими новостями и чем, по его мнению, они могут навредить молдавским зрителям.

— Вы заявляли, что главным приоритетом совета в ближайшее время будет предвыборная кампания. Что вы собираетесь делать в связи с ее началом?
— В понедельник, 13 октября, мы приняли решение о мониторинге тринадцати телеканалов, которые будут освещать предвыборную кампанию. Мы будем мониторить то, как эти телеканалы соблюдают регламент по освещению предвыборной кампании, утвержденный ЦИК.

— Что это за телеканалы?
— Публичный вещатель — Moldova 1, Prime, Canal 2, Canal 3, Publika TV, PRO TV, TV7, Jurnal TV, N4, Ren Moldova, RTR-Moldova, Euro TV и Accent TV.

— И как должны себя вести телеканалы в ходе предвыборной кампании?
— Есть регламент, утвержденный ЦИК, о том, как должен себя вести телерадиовещатель. В нем около 50 пунктов. Там есть положения о том, как транслировать политическую рекламу, как организовывать дебаты, в каком порядке приглашать политиков. Электоральные события должны обсуждаться объективно, непредвзято, а телеканалы должны давать право на реплику всем кандидатам и равное количество времени на освещение их предвыборных программ и лозунгов.

— Сейчас есть нарушения этого регламента?
— Я сейчас не могу сказать — мы только начинаем проводить мониторинг. Но если вы имеете в виду нарушения, касающиеся отражения других тем, где манипулируют [общественным мнением] и предвзято и необъективно освещают ситуацию, то, конечно, такие казусы есть. Мы проводили мониторинг соблюдения плюрализма мнений в информационных программах, которые транслируются из России посредством наших вещателей. Мы установили, что события на Украине освещаются однобоко, тогда как при освещении конфликтов должно быть минимум две точки зрения. Есть много других нарушений ст. 7 Кодекса о телевидении и радио («Социально-политическое равновесие и плюрализм».— NM).

— Молдавские телеканалы не допускают подобных нарушений?
— Допускают. Мы регулярно проводим мониторинг того, как радиовещатели соблюдают эту статью. И мы не раз наказывали наших вещателей после обнаружения нарушений.

— Были ли зафиксированы нарушения при освещении нынешней избирательной кампании?
— О нарушениях можно будет говорить, когда будут результаты мониторинга. Мы будем работать в усиленном режиме. По сравнению с прошлой предвыборной кампанией у нас увеличилось число работников. Мы построим работу так, чтобы несколько человек работали над одним телеканалом. В основном мы будем мониторить главную новостную передачу дня.

— Вечерние новости?
— Да, вечерние новости, выходящие в прайм-тайм.

— Когда начнется мониторинг?
— Согласно регламенту ЦИК, раз в две недели мы должны представлять отчет о мониторинге вещателей. Мы планируем мониторить десять дней, еще один-два дня уйдет на составление отчета, который мы обнародуем.

— И так вплоть до 30 ноября?
— Да. В конце предвыборной кампании мы должны представить общий отчет по всему периоду предвыборной кампании.

— Когда начнется мониторинг?
— Планируем с 20 октября. До этого времени ЦИК еще регистрирует кандидатов.

— Недавно вы заявили о необходимости закрытия российских телеканалов. Действительно ли они так опасны для страны?
— Есть опасения, что они будут вмешиваться в процесс предвыборной кампании в Молдове посредством освещения предвыборных событий. У России могут быть свои кандидаты в нашей предвыборной гонке, и российские телеканалы могут негативно повлиять на освещение предвыборной кампании.

— Что значит «негативно»? Российские телеканалы не могут освещать предвыборную кампанию в Молдове?
— Они могут освещать. Но, например, события на Украине они освещают однобоко, а это нарушает наше законодательство. Еще российские телеканалы могут приглашать в свои информационно-аналитические передачи лишь определенных кандидатов, а не всех, как того требует принцип плюрализма. Наши телеканалы во время предвыборной кампании должны показывать всех кандидатов: приглашать их на дебаты, показывать предвыборную рекламу. У российских телеканалов таких обязательств нет.

— У России, как вы сказали, есть свои кандидаты на выборах в Молдове, а у Запада — свои кандидаты. Никто из этого секрета не делает. Западные телеканалы наверняка будут продвигать кандидатов, выгодных им, а российские — выгодных России. В чем проблема-то?
— Нас интересуют местные вещатели, которые транслируют иностранные телепередачи. Я не говорю про иностранные телеканалы, которые ретранслируются в кабельных сетях, мы говорим о вещателях, которые лицензированы на вещание в Молдове, которые ретранслируют информационно-аналитические программы с российских или румынских телеканалов. Для нас важно, чтобы они соблюдали Кодекс о телевидении и радио и регламент ЦИК.

— Вы собираетесь как-то ограничивать распространение российских информационно-аналитических телепередач?
— Важно, чтобы вы правильно поняли: ни я, ни КСТР ничего не имеем против зарубежных телеканалов. Для нас важно, чтобы вещатели, которые транслируют российские телепередачи здесь, соблюдали молдавские законы. Чтобы их телепередачи объективно и неоднобоко освещали события, связанные не только с Молдовой, но и события, происходящие за рубежом.

— Ваша критика в адрес российских телеканалов вряд ли повлияет на их редакционную политику. Ведущий «Вестей недели» Дмитрий Киселев будет продолжать делать то, что делает, а программа «Время» на «Первом канале» и дальше будет озвучивать позицию Кремля. Что вы с этим намерены делать?
— Если будем выявлять нарушения — будем наказывать. Это уже проблема тех телеканалов, которые лицензированы в Молдове и ретранслируют российские телепередачи и новости. На них и лежит ответственность за соблюдение молдавского законодательства. Руководители этих каналов должны сами решать, как им поступать в этой ситуации. Мы никого не заставляли ретранслировать эти телеканалы.

— Вы как-то говорили, что запретить ретранслируемые программы должен парламент страны.
— Не запретить, а внести в Кодекс о телевидении и радио изменения, запрещающие ретрансляцию иностранных информационно-аналитических программ.

— Судя по всему, парламент этого не сделает. Вы намерены принимать какие-то решения по запрету российских информационно-аналитических программ?
— На данный момент я считаю, что такое решение противоречило бы Кодексу о телевидении и радио, потому что кодекс не запрещает ретрансляцию. Но можно принять решение о том, чтобы ограничить на время выборов показ тех информационно-аналитических передач, которые будут нарушать регламент освещения предвыборной кампании. Пока не могу сказать, будет ли это сделано,— это предмет обсуждения. Наш совет — коллегиальный орган, и если дойдет до этого, то мы будем обсуждать этот вопрос на наших открытых заседаниях.

— То есть может быть принято решение о запрете показа российских новостей до 30 ноября?
— Не могу сказать, что так и будет. Я ведь не знаю, как в них будет освещаться предвыборная кампания. Мы будем проводить мониторинг всех этих телеканалов, а если будут жалобы, то мы тоже будем рассматривать. Мы очень надеемся, что в предвыборную кампанию все будут освещать непредвзято и объективно. Если же будут какие-то нарушения, то мы будем рассматривать их на заседаниях и применять санкции, предписанные кодексом.

— Но вы же не будете отзывать лицензии у таких каналов, как Prime и TV7 (первый контролируется демократом Владимиром Плахотнюком, а второй — либерал-демократом Кириллом Лучинским), за наличие российских новостей?
— Естественно, нет. Мы же не можем остаться в предвыборную кампанию без телеканалов с национальным покрытием. Но мы будем делать все, что в наших силах, чтобы эта предвыборная кампания освещалась в нормальном режиме, без особых нарушений. Мы можем прийти с какими-то рекомендациями по поводу того, что можно сделать, показать, где именно нарушается, чтобы вещатели больше не нарушали и чтобы не получалось так, что КСТР — это карающий орган.

— Если наказывать каналы-нарушители в соответствии с кодексом, то в итоге вам придется отзывать лицензии. Но вы этого делать не собираетесь. Ограничивать ретрансляцию каналов — это тоже нарушение кодекса. Не очень понятно, как вы будете действовать. Ведь Россия продолжит гнуть свою линию и критиковать власти Молдовы и их европейский выбор.
— В самый критический момент будет решение о приостановлении вещания некоторых информационных программ. Я надеюсь, что этого не случится, надеюсь, что из России не пойдет негатив, который сможет сильно повлиять [на предвыборную кампанию]. Хочется надеяться, что не придется принимать такого решения.

— Программы других государств, чьи каналы транслируются в Молдове, не вызывают у вас опасений?
— Нам пока не поступало жалоб по этому поводу. Если поступят — мы их рассмотрим. Я не хочу делать разницу между российскими или, скажем, румынскими телеканалами. Просто обычно у нас вещатели транслируют или ретранслируют телеканалы из России и Румынии, а, например, украинские телеканалы не ретранслируют.

— Одна из главных претензий КСТР состояла в том, что через свои СМИ Россия поддерживает сепаратизм в Приднестровье и на Украине. В то же время в Румынии президент Траян Бэсеску и премьер Виктор Понта открыто говорят, что Молдова и Румыния должны стать одним государством. Это означает исчезновение Молдовы с карты мира. Молдавские и румынские телеканалы тиражируют эти заявления румынских политиков, но у КСТР по этому поводу претензий не возникает.
— Обычно в этих репортажах показывается и другая сторона медали и дается точка зрения противников унионизма. На российских телеканалах такого нет — они поддерживают только сепаратистов, другого мнения там не существует. Это и есть манипуляция. Они манипулируют в своих интересах, не давая других мнений.

— И все же призывы к унире не угрожают безопасности Молдовы, не противоречат кодексу?
— Каждый вещатель, освещая эти события, дает не только одно мнение, но и противоположное. Так соблюдается плюрализм мнений.

— Российский МИД назвал ваши действия цензурой, заявив, что санкции для российских телеканалов противоречат Европейской конвенции по правам человека. Как вы это прокомментируете?
— Мы категорически с этим не согласны. Мы провели мониторинг телеканалов уже не в первый раз. В процессе мониторинга были выявлены конкретные нарушения Кодекса о телевидении и радио, а именно ст. 7 «Социально-политическое равновесие и плюрализм». Мы выявили много нарушений, касающихся необъективного, однобокого и предвзятого освещения событий. Еще там были призывы к насилию, ненависти, которые способствуют межнациональной розни. То, что запрещено кодексом, является основанием для санкционирования вещателей, что мы и сделали.

— Не боитесь, что ваши действия приведут к ухудшению и без того напряженных молдавско-российских отношений?
— Конечно, это нежелательно. Но мы в первую очередь должны думать о телезрителях, чтобы их мнением не манипулировали, чтобы соблюдалось их право на получение объективной, проверенной и равноудаленной информации.

— В июле вы приостановили вещание телеканала «Россия 24» до 1 января 2015 года. Почему именно на такой срок?
— Он не является лицензированным вещателем Молдовы, он являлся [иностранным] ретранслируемым телеканалом в кабельных сетях. Санкции, предусмотренные кодексом и применяемые по нарастающей (предупреждение, штраф и др.), могут быть использованы только по отношению к местным телеканалам. Эти санкции мы не могли распространять на этот телеканал, поэтому решили приостановить его трансляцию на территории РМ. Мы решили на полгода, и получилось, что до 1 января 2015 года.

— То есть сразу после выборов он снова заработает? Выходит, решение было связано с выборами?
— На тот момент не было связано, просто мы решили приостановить его ретрансляцию на полгода.

— В сентябре КСТР выиграл в Высшей судебной палате дело у вещателей по поводу того, что каждый телеканал обязан показывать 30% продукции, сделанной в Молдове, из которых половина должна выходить в прайм-тайм на румынском языке. Телеканалы соблюдают это решение?
— Мы выиграли это дело 17 сентября. Уже тогда у нас были другие приоритеты в плане мониторинга — мы мониторили ретранслируемые российские новостные передачи. Поэтому у нас не было возможности промониторить телеканалы на соблюдение ими этого решения после 17 сентября. Сейчас начинается предвыборная кампания, все наши силы будут направлены на ее мониторинг. Но уверяю, что после предвыборной кампании мы будем мониторить всех вещателей по поводу соблюдения этого решения. Но, на мой взгляд, ситуация изменилась и у некоторых телеканалов сейчас даже больше 30% отечественной продукции.

— У каких телеканалов?
— У большинства. Этим решением мы ничего нового не сделали, кроме того, заставили вещателей транслировать контент на румынском языке в прайм-тайм. Каждый вещатель, согласно условиям лицензии, должен производить минимум 30% местного продукта.

— Да, но телеканал мог изначально ориентироваться на русскоязычную аудиторию, а вы его обязываете производить контент на румынском языке. От этого может пострадать сам телеканал.
— Да, но у некоторых выходят новостные и аналитические передачи на румынском языке. Для некоторых это действительно будет проблема, но мы все равно будем мониторить и эти телеканалы тоже.

— Кстати, а почему вы мониторили то, как в российских новостях освещают украинские события? Почему КСТР интересует, как российские СМИ освещают ситуацию в соседней стране?
— Не то чтобы саму ситуацию на Украине. Мы проводили мониторинг всего аналитического блока по поводу соблюдения плюрализма мнений по нашей методологии. Но так получались, что в этот период они массивно давали репортажи о событиях, связанных с Украиной. Поэтому вышло, что главный акцент был сделан именно на эти события.

— Успеем перейти к июню 2015 года с аналогового на цифровое телевидение?
— Насколько я знаю, с технической точки зрения мы будем готовы, хотя это компетенция министерства информтехнологий и связи. Наша часть связана с контентом, то есть с тем, какие именно вещатели попадут в мультиплекс. Для этого парламент должен изменить Кодекс о телевидении и радио, где должны содержаться положения, относящиеся к цифровому телевидению. В настоящий момент парламентом эти поправки не приняты, мы надеемся, что их примут после выборов. Тем не менее мы сейчас уже работаем над проектами двух документов, которыми будет руководствоваться совет при организации конкурсов по распределению слотов в мультиплексе: регламент процедуры условий выдачи цифровых лицензий на вещание и разрешений на ретрансляцию по использованию мультиплексов, рекомендации по механизму перехода вещателей от аналогового режима к цифровому. То есть мы не сидим сложа руки и ждем, когда парламент внесет эти изменения, а работаем уже сейчас, чтобы после внесения изменений у нас было два документа, где четко было бы предписано, как будут выдаваться лицензии, по каким критериям и так далее.

— И по каким критериям планируете выдавать лицензии?
— Сейчас мы только работаем над этим документом, там есть много предложений. Мы будем продвигать туда телеканалы, не только учитывая их рейтинг. Будет несколько факторов. В частности, будем продвигать тех вещателей, у которых будет большое количество местного контента на румынском языке.

— Какие еще критерии?
— Это один из основных. Будем смотреть на контент, соотношение отечественных и собственных передач. Желательно, чтобы не было ретрансляции, потому что мы должны продвигать местный продукт на государственном языке. Это один из главных принципов.

— Покрытие будете учитывать?
— Естественно, будем. Но гарантия на место в мультиплексе есть только у публичного вещателя Moldova 1, а для остальных вещателей с национальным покрытием (в Молдове нацпокрытие, помимо Moldova 1, есть у Prime, Canal 2, Canal 3, Publika TV.— NM) это будет только одним из критериев на конкурсе. Должно быть два национальных мультиплекса, то есть 30 каналов. Некоторые из них будут бесплатными, некоторые платными. Таким образом, в мультиплекс смогут попасть не только местные телеканалы, но и иностранные платные каналы, такие как Discovery, Eurosport и другие. Но пока финальная версия стратегии перехода с аналогового на цифровое телевидение не утверждена. После ее утверждения мы будем делать дальнейшие шаги исходя из этой стратегии.

— Сколько будет стоить лицензия? И что будет со старыми лицензиями, их заменят?
— Да, будут выдаваться новые лицензии, но пока неизвестно, сколько будет стоить лицензия. Пока лицензии выдаются на семь лет, и стоимость лицензии фиксированная (3250 леев) вне зависимости от покрытия. Но все зависит еще от того, какие изменения будут приняты в Кодексе о телевидении и радио.

— В мультиплексе 30 мест, а каналов в стране около 65. Что будет с теми, кто не попадет в мультиплекс?
— Мы уже обсуждали это с некоторыми представителями региональных телеканалов. Одна из идей состоит в том, чтобы объединиться и производить общий контент. Например, из пятнадцати телеканалов сделать один, чтобы все смогли попасть в мультиплекс. Это нужно в том числе потому, что могут возникнуть трудности финансового характера — ведь каналы должны будут платить за использование мультиплекса. Не знаю, какими будут расценки, но, согласно нашей информации, в Европе, например, это очень дорого.

— Сколько в Европе?
— В среднем около €20-30 тыс. в месяц.

— Все телеканалы согласны объединяться?
— Есть разные мнения. Некоторые согласны. Но у них просто не будет другого выхода, хотя, насколько я знаю, предполагается построить еще один региональный мультиплекс. Но даже если исходить из того, что у нас 65 вещателей, места всем не хватит.

— Как быть с теми, кому не хватит места. Они вообще не смогут нигде вещать?
— В кабеле смогут. Полностью убирается только аналоговый эфир.

— Два года назад вы отозвали лицензию у оппозиционного, близкого к компартии телеканала NIT. Коммунисты нашли для себя рупор в виде Accent TV, который вы ранее наказывали за нарушения, аналогичные тем, что допускал NIT. Сейчас этот телеканал соблюдает положения кодекса?
— Мы будем мониторить Accent TV и посмотрим, изменилось что-то в их редакционной политике или нет. Надеюсь, что изменилось к лучшему.

— О вас и о большинстве других членов совета говорят, что вы назначенцы демпартии. Вы имеете к ней какое-то отношение?
— Это я даже не хочу комментировать, потому что мы являемся автономным, независимым органом, который ничего общего с политическими партиями не имеет.

— Откуда же разговоры о том, что члены совета политически ангажированы?
— Я думаю, так будут говорить всегда, вне зависимости от состава КСТР. Всегда кто-то буден неудовлетворен кем-либо. Я не буду это комментировать.

— То есть вы не являетесь ставленником демпартии?
— Нет.

— Недавно парламент принял законопроект, обязывающий вещателей раскрывать имена своих владельцев. Предполагается, что он сможет сделать медийный рынок более прозрачным. Как вы полагаете, сейчас медиарынок монополизирован?
— Мы, безусловно, поддерживаем эти изменения. Потому что нас иногда обвиняют в том, что мы ничего не делаем, чтобы не было монополизации рынка. Мы всегда выступали за то, чтобы все знали, кому какой телеканал принадлежит. Вот узнаем, кто стоит за определенным телеканалом, и появится ясность, есть на рынке монополия или нет.

— А сейчас вы этого не знаете?
— Мы сейчас исходим из положений Кодекса о телевидении и радио. Да, сейчас есть юрлица, у которых четыре-пять лицензий, но это разрешено кодексом. Кто стоит за юридическими лицами, чтобы сказать, есть монополия или нет, мы пока не знаем. Когда изменения вступят в силу, мы будем знать.

Николай Пахольницкий