«Когда я отказалась платить, меня удалили из группы родителей в вайбере»
Как школы в Молдове учат коррупции
Образование детей с каждым годом все сильнее бьет по карману родителей, несмотря на рост государственных расходов в системе. Доля неформальных сборов в школах и детсадах в общем объеме «образовательных» денег за последние пять лет увеличилась в два раза, и сейчас на каждый лей из бюджета родители платят еще 90 банов сверху. Опросы показывают, что в большинстве случаев инициаторы сборов — сами родители. О том, почему они это делают, сколько семьи тратят в год на подарки учителям, как власти борются с коррупцией в образовании, и повлиял ли коронавирус на взятки в учебных заведениях, — в разборе NM.
Истории родителей
Не прошло и месяца с начала учебы и открытия детских садов, как в соцсетях начали появляться посты родителей о новых поборах в школах и детсадах. NM выбрал несколько показательных историй о кишиневских учебных заведениях.
|
Жительница Кишинева на условиях анонимности рассказала, что за несколько дней до открытия детских садов у родителей начали просить деньги на ремонт.
«Мой ребенок ходит в детский сад №110 в Кишиневе. В середине августа нас попросили сдать по 600 леев на ремонт группы. Это не обязательно, но список тех, кто не сдает деньги, передают воспитателям. Я из принципа не сдала деньги. Я впервые не сдаю, потому что считаю, что сейчас, во время эпидемии, неподходящая ситуация для ремонта. Собрать деньги предложили родители, но воспитатели не препятствовали», — рассказала девушка и добавила, что в прошлые годы родители каждый месяц сдавали по 200 леев в фонд группы.
Другая жительница Кишинева, Маричика Панас, ребенок которой учится в лицее им. Садовяну, рассказала, что руководство школы просит родителей сдавать деньги на уборку школы.
«Директор лицея говорит, что государство не выделяет денег на уборку в классах, и что родители должны сами собрать на это деньги. Получается, во время эпидемии дети учатся в классах, которые не убирают. О дезинфекции вообще молчу», — написала женщина в одной из родительских групп.
А жительница столицы Ирина Мардарь рассказала о незаконном сборе денег в лицее им. Петру Заднипру. По ее словам, администрация лицея не просит денег у родителей, но просит «самостоятельно решать проблемы класса». Ребенок Ирины в этом году перешел в пятый класс. Родителям сообщили, что в классе нет швабры, ведра и урны для мусора, уборщицы тоже нет, и предложили родителям самим решить эту проблему.
Кроме этого, по словам Ирины, в школе постоянно собирают деньги на ксерокс, краску для принтера и бумагу для того, чтобы распечатать тесты для учеников. «Я уже пятый год не сдаю ни копейки ни в садике, ни в школе. Меня удалили из группы родителей в Вайбере, из-за того, что я только жалуюсь, как они говорят. Я обычно "враг народа"», — рассказывает Ирина.
Родители, которые сдают деньги в школу на различные расходы, обычно рассказывают об этом на условиях анонимности. Так, мама двух школьников сообщила NM, что ежемесячно платит в фонды обоих классов по 100 и 150 леев. В последнем случае из этих денег 100 леев идет на зарплату классного руководителя.
«Я не согласна с этим, но продолжаю сдавать деньги. Не хочу лишних разговоров, нервов, косых взглядов или, не дай бог, ухудшения отношения учителя к дочери», — объяснила свою позицию собеседница NM. По ее словам, многие в классе неохотно сдают деньги, но пожаловаться никто не решается. «Родительский комитет упирает на то, что учитель получает копейки, но вкладывает душу в воспитание и обучение детей. Но разве учитель, выбирая эту профессию, не знал, что зарплата в школе низкая? В конце концов, можно давать частные уроки на дому по патенту», — заключила родительница.
|
Директор кишиневского сада 110 Елизавета Тулбу опровергла заявление мамы, рассказавшей о сборах на ремонт. По ее словам, на ремонт детсада мэрия выделила 400 тыс. леев, поэтому в деньгах родителей детсад не нуждается. "У нас санаторно-туберкулезный садик. У нас особенный контингент, у большинства очень ограниченные доходы. Нереально собирать какие-то деньги", - пояснила директор. Она добавила, что детский сад в августе не работал, и ни о каких сборах не могла быть и речи.
По мнению сооснователя общественной ассоциации Parinti Solidari Аллы Ревенко, нежелание учителей отказываться от этой родительской доплаты — одна из причин коррупции в системе образования, при этом не все родители понимают, что это незаконно.

«Я знаю педагогов и директоров, которые выступают против взносов, но их очень мало», — подчеркнула она.

Ревенко считает, что коррупция и поборы есть в каждом учебном заведении в Молдове, хотя не исключает, что в некоторых классах сборов нет. По ее словам, сумма взноса зависит от цели и от размера населенного пункта.
В маленьких городах и селах обычно сдают по 20-25 леев в месяц. В крупных городах суммы намного выше и могут достигать 600 леев в месяц. В детсадах деньги в основном уходят на гигиенические товары: мыло, туалетную бумагу, моющие средства, на ремонт. В школах расходы родителей чаще всего уменьшаются.
Алла Ревенко, сооснователь общественной ассоциации Parinti Solidari
Вот что показывают исследования.
Детсадовский кэш
По данным Института политики и европейских реформ (IPRE), на одного ребенка, посещающего детский сад, приходится 5445 леев в год (495 леев в месяц), которые сад получает от родителей в виде легального пожертвования или нелегального взноса.
Общая годовая сумма таких взносов только в Кишиневе, по оценкам IPRE, в 2018 году достигала 184,4 млн леев. Это 25,5% годового бюджета детских садов Кишинева (724,3 млн).
По данным этого же исследования, в 2018 году 95% родителей делали неофициальные взносы в детский сад. Только треть из них ответила, что сдают деньги добровольно, но большинство, 55,7%, сказали, что платят, чтобы к их детям не стали относиться хуже.

73,3% родителей заявили, что сдают деньги каждый месяц, 11,5% — раз в год, остальные — нерегулярно или вообще не сдают.

При этом только 40% директоров детсадов признали, что детский сад получает пожертвования от родителей. И лишь 11,4% — то, что получают деньги наличными, хотя, по признанию самих родителей, кэшем платят почти все.

В 73,6% случаев родителям не выдали чека или другого документа, который подтверждал бы, что они сдали деньги. Однако 51,7% директоров, участвовавших в опросе, заявили, что родители получают подтверждающие документы об оплате.

Отметим, что в Кишиневе только в 10-15% детсадов есть официально зарегистрированные ассоциации, а по Молдове – еще меньше.
Школьные сборы или поборы?
Институт публичных политик (ИПП) в 2020 году провел исследование незаконных сборов в школах Молдовы. По его данным, ежегодно родители школьников сдают на неформальные взносы 780 млн леев.

При этом за дополнительные книги и тетради родители платят 232,8 млн леев, за дополнительные занятия в школе и за ее пределами — 332,6 млн леев. Еще 44,8 млн леев сдают на подарки учителям, 90,5 млн леев — на организацию школьных праздников, 77,9 млн леев платят за спортивные секции. Платят родители и за повышение оценок. По данным исследования ИПП, за повышение оценок родители из Молдовы ежегодно платят учителям 3,9 млн леев.

Один из авторов исследования, директор образовательных программ ИПП, профессор Анатол Гремальски подчеркивает, что эти платежи не являются незаконными, они неформальные. А, учитывая, что каждый четвертый родитель платит по собственной инициативе, возникает вопрос о необходимости пересмотреть образовательные политики.
Как показало исследование, в 35,1% случаев инициатором сбора денег становится родительский комитет. Еще 24,1% родителей платит по собственной инициативе. Почти такое же число опрошенных сказали, что сдают деньги по принуждению администрации школы, учителя или других родителей.

При этом каждый четвертый признался, что платит, потому что так делают все.

Около 35% родителей при этом отметили, что школьные взносы ощутимо сказываются на бюджете семьи. Также 15% опрошенных родителей опасаются, что отказ сдавать деньги может спровоцировать плохое отношение учителя к их детям.
Педагоги привыкли, что есть «поборы», из которых они получают прибавку к зарплате. Если родитель сдал деньги, он считается «хорошим родителем». Кто не сдает деньги, тот «плохой родитель», который жалеет деньги на ребенка. Бывали случаи, когда родители, которые сдали деньги, жаловались в чатах группы, что ребенок, за которого не сдавали деньги, пользуется вещами, купленными на родительские взносы.
Алла Ревенко, сооснователь общественной ассоциации Parinti Solidari
19,5% респондентов, участвовавших в опросе, рассказали, что никогда не сдавали деньги на неофициальные взносы в школах. При этом больше 60% сдают деньги регулярно — от одного раза в неделю до одного раза в год.
Интересно, что в школах с русским языком обучения и формальные, и неформальные расходы на образование выше, чем в учебных заведениях с румынским языком обучения: 12 тыс. леев и 10 тыс. леев соответственно.

Также эксперты ИПП заметили, что расходы семей с низкими доходами почти не отличаются от таковых с высокими доходами. И у тех, и у других расходы достигают более 5 тыс. леев. В бедных семьях, по словам Гремальски, возникает проблема бремени этих расходов, доли в общих расходах семьи.

Как сообщают авторы исследования, на обучение в школе одного ребенка в 2020-2021 учебном году государство выделило 13 247 леев. При этом сумма неформальных взносов на одного ребенка в год составляет 5613 леев, то есть 42,4% суммы, выделенной государством.
Гремальски считает, что рост неформальных сборов говорит о том, что все больше родителей хотят для своих детей лучших условий в школах.
И тут возникают философские вопросы образования: важны ли на самом деле эти условия, чтобы получать знания, и, если они не входят в легальное поле, то стоит ли на них настаивать.
Анатол Гремальски, директор образовательных программ ИПП, профессор
Алла Ревенко также говорит, что даже если руководство детсада или школы не пропагандирует сдачу денег, в группе или классе обязательно найдутся родители, которые предложат что-то улучшить, на что-то собрать деньги, не разобравшись в том, на что у школы или сада есть деньги, и что можно потребовать у властей.

«Да, из-за пандемии коронавируса и последовавшего за ней кризиса люди стали осторожнее тратить деньги, тем более что сады и школы долго не работали. Но родительские ассоциации остались, их никто не закрыл», — рассказывает общественница.

По ее словам, недостаток госфинансирования учебных заведений увеличивает риск коррупции: родителям приходится собирать деньги на ремонт, покупку элементарной туалетной бумаги, но при этом часто они не всегда задумываются о том, сколько всего денег собирает группа или класс, и не всегда сопоставляют эту сумму с реальными нуждами.
Родители обычно не хотят просить у местных властей деньги на ремонт: это долго и сложно, никто не верит, что деньги действительно дадут. Намного проще сдать деньги на ремонт и увидеть результат. Такое отношение родителей — только на пользу властям.
Алла Ревенко, сооснователь общественной ассоциации Parinti Solidari
Но есть случаи, когда мэрия по просьбе родителей выделила дополнительные деньги на ремонт. Одна из членов ассоциации Parintii Solidari Кристина Фрунзэ собрала подписи и добилась, чтобы мэрия выделила детскому саду №32 на Чеканах дополнительные деньги на ремонт санузла и новую мебель.

«В лицее им Когэлничану, куда ходит мой ребенок, взносы в родительскую ассоциацию только добровольные, никто не заставляет платить. По крайней мере, в нашем классе мало кто из родителей сдает деньги. Школа сама управляет финансами, руководству удалось сэкономить средства и установить новые окна, не требуя денег у родителей. Сейчас ремонтируют спортзал и лестницы», — рассказала Ревенко.

Глава ассоциации добавила, что сейчас многие родители школьников жалуются, что их просят сдать в фонд класса дополнительные деньги, чтобы купить дезинфектанты. Как объяснили им в школе, дезинфектантов хватает только на то, чтобы установить их на входах и в коридорах, а в класс антисептики должны покупать родители. В школах, которые сами распределяют средства, ситуация с дезинфектантами лучше, а в тех школах, где дезинфектанты закупали централизованно, есть проблемы.
Властный подход
При этом мэр Кишинева Ион Чебан 21 сентября высказался против незаконных сборов в школах и детских садах. По его словам, в мэрию поступают сигналы о коррупции в учебных учреждениях. Он собирается рассказать о них правоохранительным органам, в частности НЦБК, с которым мэрия подписала соглашение о сотрудничестве.
мэр Кишинева
Ион Чебан
«Прошу управление образования не покрывать «прогнивших» директоров учебных заведений и разработать механизм, который поможет родителям уведомлять мэрию о незаконных сборах в детсадах и школах.

У школ и детсадов есть потребности, но их нужно покрывать прозрачно, а не собирать деньги из трех источников без отчетности на занавески, ковры, окна и двери. Люди уже устали, у кого-то есть возможность [сдавать деньги], у кого-то нет, но есть директора, которые не подчиняются правилам».
Глава муниципального управления образования Кишинева Андрей Павалой сообщил NM, что с начала учебного года мэрия получила от родителей около 15 анонимных петиций. Пока сотрудники управления образования не все успели проверить, потому что в некоторых школах ввели карантин, у кого-то из сотрудников выявили коронавирус. Нарушений, добавил Павалой, пока не нашли.
Что касается истоков коррупции, часто такие вещи происходят из-за того, часть родителей без ведома руководства школы решает что-то купить для класса, а другая часть родителей, которая не хочет сдавать на это деньги, думает, что в сборах виновато руководство школы, и что именно оно требует собирать деньги.
Андрей Павалой, глава муниципального управления образования Кишинева
За последние пять лет Национальный центр борьбы с коррупцией завел 47 уголовных дел на руководителей учебных заведений за коррупцию и злоупотребление влиянием.
На сотрудников детсадов завели шесть уголовных дел, из которых два довели до суда, два закрыли и еще два объединили. По словам сотрудников НЦБК, как правило, воспитатели или руководство детсадов вымогают и берут деньги, подарки, услуги и прочие блага, чтобы ребенка приняли в детский сад или в определенную группу.

По данным НЦБК, есть случаи, когда уголовное дело завели по факту ежемесячных сборов с родителей средств на ремонт, покупку средств первой необходимости, которые сотрудники детсадов в итоге расходовали на собственные нужды.

На сотрудников школ завели 41 уголовное дело. 20 из них — по факту пассивной коррупции. Из них девять закрыли, 12 дел дошло до суда. Остальные или объединили с другими делами, или передали в другие инстанции, или следствие еще идет.

Проанализировав эти дела, НЦБК пришел к выводу, что в школе берут деньги за то, чтобы удалить данные об отсутствии ученика на уроках, а в вузах — за влияние на членов экзаменационной комиссии, за перевод студента с факультета на факультет, за утверждение дипломной или докторской работы, за сокрытие данных об отсутствии на занятиях, за хорошие оценки за семестр и т.д.
В НЦБК также привели в пример уголовное дело, в котором следствие установило, что под предлогом отсутствия финансирования от государства учителя ежемесячно собирали с родителей 400-700 леев за «продленку».

По данным НЦБК только в двух случаях из 14 дел, дошедших до суда, в марте 2019 и марте 2020 суд назначил хоть какое-то наказание. Речь о двух преподавателях Политехнического колледжа, которых оштрафовали на 40 тыс. леев каждого.
Взгляд изнутри
Корреспондент NM обзвонил несколько десятков детских садов и школ в Кишиневе и регионах, но на просьбу прокомментировать проблему коррупции в образовании, поговорить о ее причинах и масштабах там чаще всего отвечали отказом, ссылаясь на занятость.

Директор кишиневского детского сада №99 Мария Орлова рассказала, что, по ее мнению, государство должно обеспечивать детские сады всем необходимым, но из-за кризиса у государства нет возможности покрывать все нужды детского сада.
Если родители хотят что-то улучшить для своих детей, например, купить тетради, они могут это сделать, и ничего зазорного в этом нет. Тем более, родитель вправе купить ребенку обучающие материалы, соответствующие его уровню развития, который может отличаться от уровня других детей в группе. Если речь идет о покупках для группы, решение принимает родительский комитет.
Мария Орлова, директор кишиневского детского сада №99
Орлова добавила, что расходы на ремонт никогда не покрывают за счет взносов родителей.

По словам директора, в 2020 году за счет местного бюджета сделали капитальный ремонт в одной из групп и медицинском кабинете. Детский сад, кроме того, уже подал заявку в управление образования о том, что нужно отремонтировать в следующем году.

Директор рассказала, что в детском саду №99 нет зарегистрированной родительской ассоциации.
Директор детского сада №129 Татьяна Георгицэ рассказала NM, что в 2005 году там создали официальную родительскую ассоциацию. Руководство детского сада рассказывает членам ассоциации о нуждах детского сада, и ассоциация выделяет деньги на эти нужды: ремонт, принадлежности для учебы. По словам директора, родители добровольно сдают деньги в ассоциацию. Неофициальных сборов, по словам Георгицэ, в саду нет.

Руководство школ еще больше избегает вопросов о неофициальных взносах, поборах и т.д., ссылаясь на сложную ситуацию с ковидом. Те же, кто согласился поговорить, настояли на анонимности и были немногословны.

Замдиректора другого столичного лицея на условиях анонимности рассказала NM, что в лицее нет неофициальных сборов, это запрещено.
Мы следим за тем, чтобы родители соблюдали это правило и не собирали деньги, потому что это бросает тень на учителей. Раньше родители часто собирали деньги на уборку классов, технику. Незадолго до начала эпидемии, в январе 2020 года, в лицее создали родительскую ассоциацию. Теперь родительский комитет будет решать, на что пойдут собранные деньги.
Замдиректора столичного лицея
Мы ежегодно издаем десятки приказов о том, что в школе категорически запрещено собирать любые средства, которые могли бы дискредитировать учителя. Мы их можем издавать миллионами. Но что сказать родителю, который спрашивает учителя о том, что можно сделать, чтобы Пете/Васе/Оле исправить оценку, повлиять на успеваемость, помогите... У него что, руки чешутся?
недоумевает завуч одного из кишиневских лицеев
Что делать?
Неформальные платежи и коррупция в образовании негативно влияют не только на жизнь граждан, но и на развитие всей страны. Это нарушает доступ каждого ребенка к качественному образованию, особенно тех, чьи родители ограничены в средствах, говорят эксперты. По словам Гремальски, это также приучает детей к нездоровой практике, которая много лет существует в Молдове: хочешь что-то получить быстрее или получше — заплати неофициально.

Особенно опасна коррупция в вузах, поскольку провоцирует выпуск на рынок труда непрофессионалов, купивших диплом и не получивших знания.
Если не разорвать порочный круг, это будет сказываться еще на многих поколениях детей и родителей. Такое происходит больше 20 лет, и поборы будут продолжаться, если это не остановить.
Алла Ревенко, сооснователь общественной ассоциации Parinti Solidari
По ее словам, некоторый прогресс уже есть. «Еще четыре года назад взносы в родительские ассоциации были обязательными, а списки должников вывешивали у дверей групп или классов. Сейчас такого нет», — говорит общественница.
Она видит два выхода из нынешней ситуации. Первый: решить проблему «сверху», то есть государство должно продвигать прозрачность и неподкупность в детских садах. Одновременно с этим важно увеличить финансирование детсадов и школ и более разумно распределять деньги. Это самый быстрый способ из возможных.

Более долгий — второй способ: решение проблемы «снизу», то есть отказ всех родителей от неофициальных взносов. Около половины родителей уже сейчас не согласны платить, но боятся высказать свое мнение, чтобы не вызвать агрессию других родителей или руководства детсада и школы.
Если проблема взносов будет решаться только родителями, то через пять лет уровень коррупции в школах и детсадах существенно снизится.
По мнению авторов исследования IPRE, чтобы побороть коррупцию, нужно пересмотреть финансирование учебных заведений: увеличить роль и зону ответственности директоров, сделать финансирование более прозрачным, оптимизировать траты (один из способов, которые они предложили — сократить рабочий день детсада с 12 до 10,5 часов и ввести дежурные группы). Также, по мнению IPRE, нужно зарегистрировать все родительские ассоциации в государственной системе электронной оплаты MPay, чтобы родители платили ассоциациям только через эту систему.
В другом исследовательском институте — ИПП предлагают бороться с коррупцией не только административными методами.
Никакие законы, правила и т.д. не избавят образование от неформальных платежей. Ведь невозможно к каждому родителю, учителю или директору школы/детсада/вуза приставить надзирателя, который говорил бы: «Не давай, не бери». Нетерпимость к коррупции надо воспитывать. Тем более примеры есть. Родительские ассоциации могут следить за качеством образования, улучшать условия обучения и при этом быть прозрачными.
Анатол Гремальски, директор образовательных программ ИПП, профессор
Текст: Наталья Мельник, Татьяна Султанова
Оформление: Кристина Демиан
Иллюстрации: Екатерина Чулкова

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: