Молдавский феромон
Как в Молдове сохранили советскую науку и сделали из этого бизнес
Компания «Биохимтех» появилась в Молдове в «лихие 90-е». И занялась необычным для тех лет делом — наукой о феромонах. Сейчас компания, основал которую молдавский ученый-химик Борис Ковалев, экспортирует феромоны и феромонные ловушки во многие страны мира. В рамках спецпроекта «Слово за дело» NM узнал, как «Биохимтех» помогает бороться с вредителями авокадо, бананов, фисташек, а также традиционных для Молдовы культур, как конкурирует с крупными иностранными корпорациями, и как эпидемия затронула феромонный бизнес.
Чем производство феромонов похоже на строительство дома
Производственное помещение в промзоне на Чеканах. Никаких вывесок и опознавательных знаков. На втором этаже — лаборатория, в которой несколько человек в белых халатах «колдуют» над колбами. Они синтезируют феромоны, из которых потом делают феромонные ловушки, позволяющие защищать поля и сады от вредителей без применения пестицидов.

Основал компанию «Биохимтех» доктор химических наук Борис Ковалев, который еще в советское время начал заниматься синтезом феромонов. Сейчас компанией руководят его дети.
Лабораторию, которая и занимается феромонами, возглавляет выходец из Эфиопии Шимекет Абегаз. Он учился в Молдове в советское время, а после окончания вуза остался в стране. В компании работает с 2005 года. До этого преподавал английский и химию в столичном лицее. Во время школьных каникул пришел в «Биохимтех», чтобы подработать, и так тут и остался.
Цена одного грамма жидкого феромона — от €5 до €300. На вопрос, почему такой разброс цен, Абегаз привел в пример строительство, когда можно построить бюджетный дом из простых материалов или дорогой дом — сложной конструкции и из дорогих материалов. Так и с феромонами, отметил он.
Как феромонные ловушки «продавали вагонами»
По словам дочери Бориса Ковалева и гендиректора «Биохимтех» Галины Ковалевой, ее отец заинтересовался феромонами в 1970-х годах, когда был в научной командировке в США. «Тогда американцы изучали половые коммуникации насекомых, занимались идентификацией веществ. Он вернулся и предложил руководству СССР в сфере сельского хозяйства развивать это направление. И в Кишиневе создали лабораторию биологических методов защиты растений», — рассказала Галина Ковалева.
Когда во второй половине 1980-х годов разрешили создавать кооперативы, при Институте защиты растений создали такой кооператив.
Тогда эти ловушки продавали вагонами. Весь СССР покупал — и физические лица, и юридические закупали огромными партиями. Миллионы [рублей] шли через институт. Когда Советский Союз накрылся медным тазом, начались проблемы с руководством института, и в 1994 году на базе кооператива создали частную компанию.
Галина Ковалева, гендиректор «Биохимтех»
Тогда, по ее словам, феромоны тоже хорошо продавались. Были хозяйства, которые отказывались от пестицидов и переходили на биологические методы защиты растений, и у них феромонные ловушки пользовались большим спросом.
Почему «Биохимтех» потеряла российский рынок
Поначалу, как пояснила Ковалева, продажи в компании шли хорошо, так как был сформированный рынок: «В СССР феромоны сначала применяли по указанию сверху, а затем, когда в хозяйствах поняли, что это работает, стали применять сами».
После развала СССР феромонами в постсоветских странах стали пользоваться гораздо меньше, но благодаря зарубежным командировкам Бориса Ковалева и его связям появились покупатели в других странах — Чехии, Болгарии, Италии, Канаде, Нидерландах, США. Сейчас, по словам дочери Ковалева, 90% поставок приходится на страны ЕС. Но тогда, в1990-х, отметила она, выжить было сложно.

В 2008 году Борис Ковалев по приглашению «Роспотребнадзора» переехал в Россию и создал там аналогичную лабораторию синтеза феромонов. А «Биохимтех» возглавила его дочь. По ее словам, это было сложное решение для семьи, так как отец сам создал конкурента для своей компании, и после открытия лаборатории в Подмосковье «Биохимтех» потеряла российский рынок. Но, как отметила Галина Ковалева, отец все же решил принять предложение «Роспотребнадзора», так как это было признанием его заслуг как ученого. В 2012 году Борис Ковалев умер.
Что такое феромоны, и как они работают
У многих слово «феромоны» ассоциируется с парфюмом, который может привлекать противоположный пол. Но эффективность таких средств в человеческой популяции не доказана. В сельском хозяйстве ситуация иная — феромоны успешно используют для борьбы с вредителями на полях, в садах и огородах.
Феромон — это запах, характерный для самок определенного вида насекомых. Выделяя его, самки привлекают самцов. Ученые научились воссоздавать эти запахи, «прятать» их в капсулы и создавать ловушки специальной конструкции. Самая простая состоит из двух частей — пропитанной синтезированным половым феромоном капсулы и емкости с клейким дном. Вредители летят на запах, попадают в ловушку и прилипают к клейкой жидкости.
По словам Галины Ковалевой, чтобы получить феромон химическим путем, сначала у насекомого выделяют его естественный феромон, определяют его состав и думают, как его синтезировать химическим способом. Всего в Кишиневе, отметила она, синтезировали феромоны около 30 насекомых.
Главный технолог компании Николай Ковалев — внук Бориса Ковалева — рассказал, что чаще всего вредителем выступает не взрослое насекомое, а его личинка, как, например, в случае бабочки яблоневой плодожорки.
Но феромонные ловушки, как рассказали в «Биохимтехе», используют не только для массового отлова вредителей. Есть несколько способов их использования. Например, ставят одну ловушку, чтобы определить, есть ли вообще те или иные вредители и много ли их. Если есть, то обрабатывают посадки пестицидами. Это, как отмечают в компании, избавляет фермеров от ненужной обработки полей, когда, например, известно, что вредители могут появляться в то или иное время, но фактически их нет.

Еще один способ — массовая дезориентация, когда с помощью ловушек создается очень высокая концентрация феромонов, и самцы попросту не понимают, куда им лететь.

И третий способ — массовый отлов: «На гектар устанавливают 20-30 ловушек. Они отлавливают самцов вредителей, и цикл воспроизводства прерывается», — пояснил Николай Ковалев.
Как эпидемия затронула бизнес феромонов
Сейчас «Биохимтех» производит жидкие феромоны и специальные ловушки для разных насекомых: около 5 кг концентрированных феромонов и около 100 тыс. ловушек в год. Компания синтезирует около 300 феромонов для борьбы с различными вредителями. Причем 90% — не для молдавского сельского хозяйства, например, феромоны фисташкового точильщика, бананового или пальмового долгоносика.
Для синтеза «Биохимтех» ежемесячно закупает реактивы примерно на 50 тыс. леев. География продаж: Великобритания, Германия, Италия, Венгрия, Польша, Испания, Чили и другие страны.
По словам Галины Ковалевой, во время эпидемии и карантина продажи феромонов упали, многие поставщики стали уменьшать объемы закупок и увеличивать отсрочку оплаты. Но, как отметила Ковалева, им не совсем понятно, почему эпидемия и карантин затронули этот бизнес.

В будущем «Биохимтех» планирует изменить структуру производства: делать больше ловушек, а не жидкие феромоны. Однако здесь, как отметили в компании, есть проблема, Покупатели жидких феромонов — крупные корпорации, которые сами производят из него ловушки, и с ними сложно конкурировать.
У нас даже был случай, когда фермер из Германии интересовался нашими ловушками, а затем сказал, что лучше купит у британского производителя. При этом британский производитель все сырье закупает у нас.
Галина Ковалева, гендиректор «Биохимтех»
Текст: Николай Пахольницкий
Оформление: Кристина Демиан
Фото: Максим Андреев
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: