Нынешним летом Молдова и Нидерланды отметят 30-летие установления дипотношений. Все эти годы Кишинев и Гаага поддерживали отношения, но особенно тесным сотрудничество стало после прихода к власти нынешнего правительства. Глава офиса посольства Королевства Нидерландов в Молдове Флорис ван Эйк рассказал в интервью NM, почему для Амстердама особенно важны сферы юстиции, свободы СМИ и защиты прав ЛГБТ-сообщества, а также о том, какие коррективы внесла война в Украине в сотрудничество двух стран.
Разговор с главой офиса посольства Нидерландов, отметим, состоялся до эскалации ситуации в Приднестровье, где в течение двух дней прогремели несколько взрывов.
«Так восстановится доверие к системе правосудия»
— 10 июля исполняется 30 лет со дня установления дипломатических отношений между Нидерландами и Молдовой. В каких областях и насколько интенсивно идет сотрудничество?
— Наше сотрудничество стало еще более интенсивным в последние годы, особенно после формирования нового правительства, которое ориентировано на реформы. Мы поддерживаем эти амбициозные реформы, так как они направлены на сближение с Европой. Речь идет о реформе системы юстиции, об устойчивости киберпространства и об усилении энергетической независимости Республики Молдова за счет альтернативных источников поставки энергоресурсов.
Эти три сферы обсуждали во время визита в Кишинев в феврале премьер-министра Нидерландов Марка Рютте и министра иностранных дел Вопке Хекстра.
Мы также продолжим работать в направлениях, в которых сотрудничали ранее: это поддержка организаций гражданского общества, укрепление прав человека и госуправления. Мы налаживаем и тесные экономические отношения между двумя странами.
— Посольство Нидерландов тесно сотрудничает с властями Молдовы в реализации реформы юстиции. Расскажите об этом подробнее.
— Да, в этой сфере мы тесно сотрудничаем с министерством юстиции и с представителями гражданского общества. В частности, в том, что касается внедрения внешней оценки прокуроров и судей, которая направлена на усиление потенциала судебной системы в Молдове.
Уже началась процедура оценки кандидатов в Высший совет магистратуры (ВСМ), Высший совет прокуратуры (ВСП) и их подчиненные органы. Сформировали специальную комиссию, которая проведет предварительную оценку (pre-веттинг). В нее вошли шесть членов: трое из Молдовы и трое международных экспертов, в том числе, голландский судья Герман фон Хебель, который возглавил эту комиссию.
Очень важно, чтобы процесс pre-веттинга и веттинга (оценки) был независимым от правительства или каких-либо групп, которые каким-то образом связаны с судебной системой или политикой. Когда после оценки кандидатов в ВСМ и ВСП изберут новый состав этих органов, проведут также оценку неподкупности всех остальных судей и прокуроров. Если по итогам этой проверки некоторым судьям и прокурорам придется уйти из системы из-за выявленных нечистоплотных практик, на их место выберут других. Таким образом, будет восстановлено доверие граждан к системе правосудия в Молдове.
Веттинг — это сложный процесс, который к тому же займет много времени, возможно, годы, потому что речь идет о людях, об их карьерах. Важно, чтобы эта процедура проходила как можно более прозрачно и ответственно, чтобы личные данные кандидатов не предали огласке. Мы всегда обращаем внимание, в том числе правительство, на то, что все нужно сделать правильно и тщательно.
К счастью, есть страны, у которых можно поучиться и которые могут поделиться своим опытом, в частности, Албания. Там процесс оценки был очень тщательным. Голландские судьи тоже участвовали в этом. Сейчас эти судьи делятся своим опытом с командой министерства юстиции Молдовы. Конечно, Молдова — совершенно другая страна, у нее своя специфика, и это необходимо учитывать. Тем не менее можно поучиться на опыте других стран, чтобы избежать возможных ошибок.
В Украине тоже есть интересные наработки, интересная практика, хотя эту системы оценки они не внедрили полностью.
Andrei Mardari / NewsMaker
«Мы понимаем, что свобода не может быть абсолютной»
Посольство Нидерландов уделяет также много внимания свободе СМИ и правам человека. Почему для вас это важно?
— По мнению нидерландского правительства, свободные СМИ играют ключевую роль в демократическом обществе. Пресса уравновешивает власть. Это означает, что у прессы должна быть возможность задавать любые вопросы и получать на них ответы. Но мы понимаем, что на практике это не всегда возможно.
Конечно, мы знаем, что представляет собой медиапространство в Молдове: страна маленькая, довольно бедная, и люди не привыкли платить за качественный контент. Некоторым политикам и бизнесменам, которые преследуют свои интересы, довольно просто манипулировать некоторыми СМИ. Поэтому сложилась такая ситуация, что есть картели на рекламном рынке, в частности, на телевидении.
А свободным СМИ очень сложно самим выйти на самоокупаемость и покрывать свои расходы. Поэтому мы поддерживаем независимые СМИ, чтобы они могли производить контент хорошего качества и выходили на уровень самоокупаемости. В Молдове это было сложно, а из-за войны в Украине становится еще сложнее. Например, молдавские компании стали меньше тратить на ту же рекламу.
Мы поддерживаем независимость прессы, свободу слова и мнений. Мы понимаем, что эта свобода не может быть абсолютной. В мире, в котором мы живем, распространяется очень много фейков, ложной информации, пропаганды, поэтому перед правительством стоит дилемма, что с этим делать и как поступить.
Конечно, в долгосрочной перспективе необходимо просвещать граждан, чтобы они могли понимать, где их обманывают и каким источникам можно верить. Но все это требует усилий, времени и надлежащей работы органов, которые следят за тем, что публикуют в прессе, что заявляют официальные лица. Если в этих заявлениях и статьях есть риторика ненависти или призывы к насилию, то органы должны на это реагировать. Действующее правительство настроено амбициозно в плане улучшения нормативно-правовой базы в области контроля и борьбы с дезинформацией, пропагандой войны и риторикой ненависти. Это требует значительных усилий и системной работы, чтобы были результаты.
«Ситуации в Украине и Молдове разные»
— Изменились ли приоритеты двустороннего сотрудничества между Нидерландами и Молдовой после начала войны в Украине?
— За три недели до российского вторжения в Украину наше правительство заявило о том, что намеревается укреплять двусторонние отношения с Республикой Молдова. Приоритеты как таковые не изменились, наоборот, кризис, связанный с войной в Украине, выявил уязвимости Молдовы именно в тех областях, в которых мы уже сотрудничаем. Это касается энергетической безопасности, верховенства права, кибербезопасности.
Эта война в определенном смысле объединила международное донорское сообщество. Две недели назад прошла конференция в Берлине, где доноры заявили о совместных усилиях для поддержки Молдовы.
— Как вы оцениваете происходящее сейчас в регионе? Какие вы видите риски для Молдовы?
— Начнем с того, что для большинства жителей Молдовы стало шоком, что Россия напала на Украину, поправ суверенитет и территориальную целостность страны. Это заставило власти Молдовы предпринять усилия для укрепления энергетической безопасности страны и усиления контроля над информационным пространством. То есть речь о тех областях, в которых мы сотрудничаем.
Конечно, ситуации в Украине и Молдове разные. Молдова — нейтральная страна, у нее нет амбиций вступать в НАТО. Тем не менее в Приднестровье есть части российской армии, конфликт не разрешен, а ситуация в Украине осложнила процесс его урегулирования. Но мы надеемся, что война закончится как можно скорее. В первую очередь нас волнуют страдания украинского народа, которого больше всего коснулась война. В этом контексте нельзя не упомянуть роль Молдовы в поддержке украинских беженцев. 100 тыс. человек фактически находятся на территории страны. Это заслуга и правительства, и обычных граждан, которые поселили у себя украинцев.
«Вступление в ЕС — это долгий процесс»
— Молдова получила от ЕС анкету, которая должна выявить готовность страны к получению статуса кандидата в члены ЕС. Какие шансы у Молдовы получить этот статус? И можно ли, с учетом ситуации в регионе, рассчитывать на ускоренный процесс вступления в ЕС?
— Это будет зависеть не от меня, а от кабинета министров в Брюсселе, который выносит решение о статусе кандидата и члена Евросоюза. Это долгий процесс. Насколько он может ускориться для Молдовы, сложно сказать. Ведь есть страны-кандидаты в ЕС, которые в этом статусе уже около 23 лет, а есть страны, которым удалось вступить в Евросоюз гораздо быстрее. Есть еще Копенгагенские критерии, согласно которым выносится решение о вступлении в ЕС. Наверное, от самой Молдовы зависит, насколько этот процесс будет более или менее длительным.
— В Молдове запретили использовать символы военной агрессии. Есть ли у Нидерландов опыт подобных запретов? Как молдавское общество может преодолеть исторические проблемы разобщенности?
— Мне сложно это комментировать, потому что это суверенное решение правительства. Все зависит и от контекста: насколько тот или иной символ влияет на национальную безопасность. Свобода слова и выражения — это норма, с одной стороны. С другой стороны, всегда есть исключения. Опять же каждое государство, исходя из своего контекста и специфики, принимает решение о том, что является этим исключением. Например, в каких-то государствах запрещена свастика, в каких-то — нет. Все зависит от истории, от ее трактовки, от значения каких-то символов в разных странах. Поэтому я не тот человек, который может ответить на этот вопрос.
«Сексуальная и гендерная идентичность — это то, с чем люди рождаются»
— В апреле в Молдове покончила с собой 15-летняя траснгендерная девушка, которая подвергалась буллингу и насилию в школе. Что нужно предпринять, чтобы искоренить буллинг в школах и добиться нулевой терпимости к насилию, в том числе в отношении представителей ЛГБТ-сообщества и в особенности подростков? Есть ли успешные европейские практики в этом?
— Это очень важный вопрос, я рад, что вы его задали. Тут важна работа всего общества для принятия ЛГБТ+ людей. Важно сформировать понимание, что сексуальная и гендерная идентичность — это не что-то приобретаемое, это не выбор, а то, с чем люди рождаются. Точно так же люди рождаются определенной расы. Важно принимать этих людей как ценных членов общества. Также необходимо повышать узнаваемость ЛГБТ+ людей, доводить до сведения широкой общественности, что эти люди — точно такие же члены общества, как и все остальные. Это может быть чья-то сестра или брат, сосед, коллега — они точно такие же люди, которые вносят точно такой же вклад в общество. Есть некоторая надежда и положительные изменения, потому что молодое поколение в Молдове более толерантно и больше принимает разнообразие, чем, допустим, их родители.
Конечно, в некоторых слоях общества бытуют какие-то стереотипы, которые зачастую ведут не только к неприятию, но и насилию в отношении ЛГБТ+ людей. Когда речь идет о буллинге или насилии в отношении представителей ЛГБТ-сообщества, необходимо обеспечить такой уровень доверия к правоохранительным органам, чтобы ЛГБТ-люди были уверены, что власть отреагирует, что эти дела расследуют, а виновных накажут.
— Какой вы представляете Молдову лет через двадцать или десять?
— Я надеюсь, что Молдова станет сильной демократией, где будет верховенство закона и высокий уровень развития экономики. Молдова станет страной, в которую будет верить поколение ее молодых жителей. Они захотят остаться в своей стране или вернуться в нее. Абсолютно нормально, что люди хотят путешествовать, учиться за рубежом, пожить там несколько лет. Но потом из-за любви к родине и желания вкладывать в ее развитие они будут возвращаться в Молдову.
