«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»
11 мин.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

В конце февраля в Тирасполе закроется независимый гражданский Клуб «№ 19». Это была единственная в Приднестровье площадка, где проводили нецензурированные лекции о политике, рок-концерты и даже встречи с послами. По просьбе NM администраторы и «постояльцы» клуба рассказали, как маленькому подвалу в Тирасполе удалось стать приднестровским «местом свободы», как работа в клубе приводила к допросам в местных спецслужбах, и почему именно там многие молодые приднестровцы поняли, что они не одиноки.

x

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»Алена Марчкова

Основательница гражданского Клуба «№ 19»

О создании открытой площадки, где люди смогли бы встречаться и свободно говорить, не опасаясь последствий, я думала, еще учась в университете. Мои студенческие годы пришлись на 90-е, и тогда это было особенно актуально.

Потом мы выросли, у нас появились дети. Мы по-прежнему встречались с друзьями, но думали уже совсем о другом. Встречались в основном в кафе, но атмосфера таких заведений не располагала к серьезным беседам, а других мест для встреч не могли найти.

Тогда моя подруга напомнила о моей идее создать площадку, где можно встречаться с единомышленниками, получать новые знания, совершать новые открытия и знакомиться с другими людьми. И слушать музыку, которая нам нравится.

Идею поддержали друзья и близкие. И в 2012 году в Тирасполе появилось такое место — Клуб «№ 19». Так получилось, что я создавала клуб и была его первым администратором.

Первые мероприятия, которые мы проводили, касались больше культуры: выставки местных фотографов, художников, литературные вечера, где читали вслух, например, Чехова или Булгакова. После мы пробовали проводить мастер-классы. Это был совершенно новый для Тирасполя формат. Например, на одном из мастер-классов люди делали музыкальные инструменты из всего, что было под руками. Тогда я впервые узнала, что такое диджериду (духовой музыкальный инструмент аборигенов Австралии — NM), и что его можно увидеть и услышать не только в Австралии, но и сделать из обычной пластмассовой трубы. И он будет звучать.

Потом уже появились первые инициативы наших посетителей: на площадке клуба  каждую неделю начали проходить дебаты. Было интересно наблюдать, как абсолютно незнакомые люди создают команды и пытаются публично отстаивать свою точку зрения.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19″Наверное, самым непривычным для меня были концерты тяжелого рока. Помню, как один из музыкантов рассказал, что его группе запретили выступать в университетском клубе, так как тексты песен и музыка, по мнению руководства, очень тяжелые и не будут восприниматься приднестровской молодежью. Мое решение было очевидным, и наш клуб на какое-то время стал площадкой для их репетиций и концертов.

За 8,5 лет существования Клуба «№ 19» его аудитория была очень разной. К нам приходили и школьники, и уже состоявшиеся люди: адвокаты, преподаватели, дипломаты и политики. Всем было важно общение, и чтобы их мнение услышали.

Пока работала в клубе, произошел случай, который произвел на меня очень сильное впечатление. В 2013 году в Приднестровье по инициативе тогдашнего лидера Евгения Шевчука закрыли публичные сайты и форумы. Было очень странно, как можно что-то закрыть, да еще и в интернете? Но это произошло, а мы начали думать, как можем этому противостоять. Тогда организовали первую «Неделю свободы слова».

Одним из мероприятий «Недели свободы слова» была тематическая выставка карикатур. После этого Анатолий Дирун, в прошлом депутат местного Верховного Совета, призвал всех выйти на митинг против закрытия информационных порталов. На митинге мы решили еще раз провести выставку карикатур. Это было наше первое действие «в массы».

Перед митингом рассуждали, что нам за это будет? Еще ни одна общественная организация в Приднестровье не позволяла себе таких выходок. Мы были готовы даже к тому, что центр «Априори» (организация, проектом которой является клуб — NM) и Клуб «№ 19» могут закрыть, а на нас заведут уголовные дела. Сейчас наши обсуждения кажутся смешными, но мысли о том, как далеко мы можем зайти, чтобы отстоять то, что для нас важно, очень повлияли на меня. В итоге выставку мы провели, и с нами все было в порядке.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

Но сложно каждый день отстаивать свою правду и доказывать, что ты любишь Приднестровье, но делаешь это по-другому. Я думаю, что клуб закрывается, потому что люди, которые работают там, устали. Очень хочется верить, что и после закрытия Клуба «№ 19» его посетители продолжат реализовывать свои инициативы, но уже на других площадках. Думаю, что для этого есть и перспективы, и возможности, и потенциал.

Для  меня самой закрытие клуба —  очень печальное событие. За почти девять лет существования Клуб менялся, но неизменным оставалось одно: мы всегда пытались найти кусочек свободы в каждом из его посетителей и научить их видеть эту свободу в других.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»Евгений Дунаев

Координатор Клуба «№ 19»

Когда клуб только открылся, я одним из первых пришел туда с инициативой проводить на его площадке дебаты. Какое-то время я пытался организовать дебаты в Приднестровском университете, но его руководство отказало. В клубе идею поддержали, хотя я был просто человеком с улицы. Уже через год, в апреле 2013 года, мне предложили работать там администратором.

Работа в гражданском клубе дала мне возможность по-настоящему реализовать себя, и показала, что значит быть активным членом общества. Научила меня понимать и принимать его многообразие. Клуб «№ 19» — одна из немногих площадок в Приднестровье, которая не обременена бюрократией и цензурой. К сожалению, эти вещи происходят повсюду, и их часто оправдывают. Люди привыкли с этим мириться. Для своих посетителей клуб стал практическим воплощением свободы слова, и в этом смысле мы были успешным проектом.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

В среднем за год в клубе проходило от 250 до 350 мероприятий. Среднее число посетителей одного мероприятия колебалась от 15 до 20 в зависимости от года. Получается,  за все время мероприятия на площадке клуба охватили аудиторию гораздо больше, чем тридцать тысяч (не считая просмотров видео с мероприятий в интернете). Немалая часть этих мероприятий — гражданские инициативы, и это еще один показатель успешности проекта. Мы даже подумывали передать клуб на государственное обеспечение, но сомневались. События последних лет явно показывают, что наше государство не сохранит принципы и внутреннюю атмосферу, которыми наполнена эта программа.

Мне кажется, мало кто понимает, сколько прежде всего эмоциональных сил требует подобный проект в регионе вроде нашего. Решение о закрытии далось нам непросто, но все же оно было единогласным. Наверное, каждый из нас его объясняет себе немного по-разному. Но, если пытаться очистить его от субъективного, то, думаю, можно сказать, что ни внутри «Априори», ни вокруг нас мы больше не видели людей, из которых  сможем собрать команду, способную продолжать эту программу на достойном уровне.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»Александра Тельпис

Бывший администратор и координатор Клуба «№ 19»

Я училась за границей и не могла представить, что когда-нибудь буду работать в Тирасполе. Но в 2013 году я впервые посетила Клуб «№ 19». Попала на лекцию о правах человека. И она вызвала у меня абсолютный шок. Я поняла, что клуб — это площадка такого формата и качества, которую я не ожидала найти в Тирасполе. Поняла, что хочу работать вместе с людьми, которые проводят такие фантастические мероприятия, да еще и там, где я родилась и прожила большую часть жизни.

Уже в октябре 2014 года я начала работать администратором Клуба «№ 19». Проработала там три года, за это, сменив время несколько должностей. Думаю, что, кроме Жени Дунаева, мой путь в клубе был самым длинным.

Мне очень нравилась свобода в выборе тем. Любимым форматом стала предложенная мной серия мероприятий «Детализация». Я подбирала самые разные темы, которые были у всех на слуху, но о которых мало кто имел представление.

Например, одна из первых встреч «Детализации» была об ИГИЛ. Тогда все слышали об ИГИЛ, но никто не понимал, что это такое. Каждый раз я готовилась и подробно рассказывала посетителям клуба о том или ином понятии или явлении, а потом проводила дискуссию.

Но больше всего мне нравилось организовывать и проводить встречи с послами. Мы приглашали выступить на площадке клуба послов разных стран, но всегда откликались только послы стран ЕС. Помню огромный интерес публики к этим встречам. Не каждый день можно встретиться с послом и задать ему вопрос.

Нравилось организовывать концерты. Испытывала при этом необычные эмоции: ты приглашаешь музыкальные группы, они приезжают и играют в маленьком подвальчике в Тирасполе, администратором которого ты являешься.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

В клубе приходилось получать самый неожиданный опыт. Например, у нас не было охранников, и мне часто приходилось самой выпроваживать с концертов пьяных и наблюдать за порядком в клубе. Где еще я могла бы получить такой опыт?

Так клуб стал важной частью моей жизни. Я очень трепетно отношусь к этому месту, и мне становится еще печальней от того, что мы не просто закрываем проект, а еще и оставляем место, в которое вложили очень много сил, энергии и ресурсов. Мы закрываем место, в котором на моих глазах многие люди нашли друг друга, поняли, что не одиноки, что могут найти друзей и товарищей, что нашли место, где могут открыто высказывать свое мнение. Они учились говорить то, что думают.

Мне кажется, что в публичном пространстве Приднестровья мало мест, где люди могут, не стесняясь, говорить то, что думают. В этом я бы приравняла клуб к школе или университету. Этот проект давал людям возможность встречаться с новыми мнениями, отстаивать свое и учиться проявлять инициативу. В этом плане клуб уникален.

Даже во время судебных процессов, которые мы пережили в 2019 году, мы не цензурировали нашу деятельность в клубе, всегда оставаясь честными перед собой и нашими посетителями.

Мне кажется, что и после закрытия Клуба «№ 19» наши посетители продолжат встречаться и  попытаются сохранить свое сообщество. Но, к сожалению, еще я думаю, что люди столкнутся со сложностями в поиске площадки, на которой они смогут вести себя так же открыто, не подвергаясь цензуре, не боясь, что их не поймут и осудят.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»Ярослав Кушнир

Посетитель клуба «№ 19»

Впервые в Клуб «№ 19» я попал еще лет шесть-семь назад. Первый раз был на концерте, посвященном 9 Мая. Пригласила подруга, которая его и организовывала. В первое время только на концерты и ходил, а потом уже пошли исторические лекции, киноклуб и все понемногу.

Первые два года я не проявлял никакой инициативы. Просто был гостем. Но потом в клубе собралась небольшая компания любителей игры в «Мафию». Со временем сам стал ее проводить, и вел четыре года по несколько раз в месяц.

Клубу трудно дать однозначное определение. В последние годы я бывал там, наверно, чаще, чем дома. Я бы сказал, что клуб — это площадка, свободная от всего. Это чистое выражение свободы. До появления клуба в Тирасполе не было места, где можно без малейших сложностей собраться компанией и хорошо провести время. Кафе, антикафе, рестораны, парки и скверы — это интересно, но часто оказывается неактуально.

Мне сложно представить, где бы еще я мог встретить сотрудников Института Гете,  представителя ООН в Молдове и десятки туристов со всех концов мира, от азиатских стран до США и Канады. Здесь я встретил девушку, и мы поженились.

Мы чувствовали, что этот проект уже давно идет к  завершению. Сложности были всегда, и с каждым годом их не становилось меньше. Вполне логично, что точка поставлена. Думаю, что после его закрытия люди продолжат собираться. Клуб помог задать формат встреч, но все остальное делали люди.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19» Александра Долгополова

Администратор Клуба «№ 19»

Несколько лет я ходила в клуб как «прихожанка». Так я с любовью и в шутку называю его посетителей. Поначалу приходила в основном на концерты, потом на другие мероприятия, а потом и сама предложила провести там мастер-класс по изобразительному искусству. Я не ожидала, что когда-нибудь и сама буду администрировать работу клуба. Но, когда искали новых администраторов, я отправила анкету и пришла на первое в своей жизни собеседование.

Вот уже полтора года  работаю администратором Клуба «№ 19». Пять дней в неделю я организую мероприятия и помогаю людям проводить свои. Эта работа очень изменила меня: стала более ответственной и завела множество полезных знакомств, а команду «Априори»  не могу назвать иначе, как семья.

Связав жизнь с клубом, я получила очень неожиданный и даже специфический опыт: впервые побывала на допросах в МВД и МГБ, посещала суды. Это закалило меня, и наглядно показало, что свои права нужно и возможно отстаивать.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

О клубе и его команде в местных СМИ и телеграмм-каналах можно услышать совершенно разные мнения, не всегда приятные. Чаще всего, например, говорят, что мы занимаемся «подрывной деятельностью» и многое другое. Но самое главное, что люди, которые приходят к нам, так не считают. Когда мы объявили о закрытии Клуба «№ 19», видела на их лицах   грусть и панику. Никто до сих пор не верит, что проект закроется, многие думают, что это розыгрыш.

Новость о закрытии клуба в нашей команде обсуждали уже давно. Мы пытались найти выход и создать новый формат, а я должна была стать его новым координатором, заменив на этой должности Женю Дунаева. Но в последний момент я приняла решение покинуть Приднестровье. Поняла, что не готова оставаться здесь только ради клуба. Думаю, что причина закрытия проекта не только в отсутствии его координатора или администраторов. Уверена, что таких людей можно найти, но насколько серьезно они отнесутся к этой миссии, никто не знает. Мало кто понимает, что эта работа требует полной самоотдачи и в какой-то мере самоотверженности. Я и сама поняла, насколько это непростой путь, только спустя полгода работы.

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

«Мы рассуждали, что нам за это будет». Как в Приднестровье закрылось последнее «место свободы». Истории Клуба «№ 19»

Клуб «№19»

***

Гражданский Клуб «№ 19» был одним из проектов информационно-правового центра «Априори». Он закроется к концу февраля после более восьми лет работы. В нем проводили общественные дискуссии и лекции, концерты, выставки, мастер-классы. Спикерами в клубе выступали дипломаты из разных стран, эксперты в разных сферах, политологи и журналисты с обоих берегов Днестра и многие другие. Основной аудиторией клуба были молодые люди. Клуб назвали в честь ст. 19 Всеобщей декларации прав человека, которая гарантирует право на свободу убеждений и свободное их выражение.

За время работы Клуб «№ 19» не раз попадал в поле зрения правоохранительных органов Приднестровья. В 2018 году центр «Априори» из-за деятельности клуба стал первой общественной организацией, к которой применили новый приднестровский закон «О некоммерческих организациях» (НКО). Еще до его утверждения приднестровские общественники сравнивали документ с российским законом «об иностранных агентах».

Новый закон запретил местным НКО вести «политическую деятельность», используя иностранное финансирование. В случае нарушений, теперь у прокуратуры есть право через суд потребовать ликвидации НКО.

Проведя несколько проверок, прокуратура решила, что «Априори» занимался «политической деятельностью» на иностранные деньги. Претензии вызвали два мероприятия в Клубе «№ 19» — выставка «СМИ под давлением трех атмосфер: Смирнов, Шевчук, Красносельский» и доклад «Смешанная избирательная система: анализ и перспективы для Приднестровья» кандидата политических наук Анатолия Дируна.

Прокуроры посчитали все это «формированием общественно-политических взглядов и убеждений», запрещенных законом «Об НКО». Общественники должны были устранить нарушения, или организации грозила ликвидация. Как «устранить» уже прошедшие мероприятия, в прокуратуре не уточняли. Оспорить решения прокуроров «Априори» не удалось, однако, через год судебных разбирательств организацию больше не пытались закрыть.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  •  
  •  
  •  
  •  
  • 3
  •  

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: