В Молдове скандал с массовой прослушкой телефонов. Как узнать, слушают ли вас?
5 мин.

В Молдове скандал с массовой прослушкой телефонов. Как узнать, слушают ли вас?

Глава парламентской комиссии по нацбезопасности Кирилл Моцпан рассказал о «сотнях человек», которых силовые органы прослушивали по заказу Демпартии, и представил список тех, кого «подслушивали». Среди десятков имен — журналисты, общественники и политики. И.о. генпрокуратуры Думитру Робу сообщил, что прокуратура проверит представленный Моцпаном список и выяснит, совпадают ли данные списка с расследованием RISE Moldova о прослушке политиков и общественников, опубликованным в июне этого года. NM разбирался, кто разрешает прослушивать телефоны, кого могут прослушивать и как себя защитить. 

Что случилось?

Глава парламентской комиссии по национальной безопасности Кирилл Моцпан рассказал на брифинге 22 ноября, что в Молдове силовые структуры по указу Демократической партии (ДПМ) прослушивали около сотни человек, журналистов, представителей гражданского общества и педагогов, поддерживающих блок ACUM. Слежку вели с 2016 года. Ранее, в июле этого года, все узнали, что Молдова лидирует в Европе по числу прослушиваемых телефонов на душу населения. Об этом стало известно на заседании парламентской комиссии по нацбезопасности. Оказалось, что молдавские судьи одобряют почти 100% заявлений о прослушивании телефонов. Только в 2018 году судьи выдали более 12 тыс. разрешений на прослушивание телефонов.

Ничего себе! А кто может потребовать прослушивать чей-то телефон?

Это сложный процесс. Попросить прослушивать и записывать телефонные переговоры может только прокурор и только в рамках уголовного дела, открытого по статье Уголовного кодекса, указанной в части 2 статьи 132(8) Уголовно процессуального кодекса. Там перечислены тяжкие, особо тяжкие и чрезвычайно тяжкие преступления, по которым разрешено прибегать к прослушиванию разговоров абонентов. Например, умышленное убийство, изнасилование, торговля наркотиками, коррупция, уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах, измена родине, шпионаж, захват государственной власти, организация массовых беспорядков и т.д.

И кто разрешает прослушивать телефоны?

Только суд. Ходатайство о прослушке прокурор направляет судье по уголовному преследованию. Такой есть в каждом суде первой инстанции. Как правило, судьи не отказывают прокурорам. Из года в год число одобренных запросов на прослушку держится на уровне 96-98%. По данным центра юридических ресурсов, большинство судей по уголовному преследованию — сами бывшие следователи или прокуроры.

Ясно. И что, могут прослушивать любого?

Формулировки на этот счет достаточно размытые. В УПК говорится, что могут прослушивать и записывать разговоры подозреваемого, обвиняемого в уголовном деле или тех, кто «любым способом способствуют совершению преступлений» или может передавать/получать информацию, имеющую отношение к уголовному делу. С последней формулировкой, например, выдавали разрешение на прослушивание телефонов некоторых журналистов. В ходатайстве прокурора указаны конкретные номера телефонов абонента.

А кто эти люди, которые сидят и слушают разговоры?

По закону слушают разговоры офицеры специализированных подразделений (в законе они называются «розыскные офицеры»). Такие подразделения есть в составе разных силовых ведомств: МВД, Минобороны, НЦБК, СИБ, Службы госохраны, Таможенной службы, Национальной пенитенциарной администрации. Интересно, что сигнал уполномочена перехватывать только Служба информации и безопасности, а слушает и записывает его ведомство, которое ведет дело. Перехваченные разговоры могут прослушивать следователи и прокуроры в режиме реального времени.

И что, слушают все подряд, включая бытовые разговоры?

«Розыскные офицеры» могут прослушивать любые разговоры абонента. По итогам прослушивания составляется стенограмма разговоров, имеющих значение для уголовного дела. Закон запрещает стенографировать лишь переговоры между адвокатом и лицом, которое он защищает.

А это как-то хранится в тайне?

По закону, все необходимо держать в секрете. Все причастные к прослушиванию разговоров обязаны хранить тайну содержания переговоров и несут ответственность за нарушение этой обязанности.

Звучит не слишком надежно. И сколько может длиться такая прослушка?

30 дней. Но могут продлить до шести месяцев. Более шести месяцев абонента могут слушать, если в деле работает агент под прикрытием, если возникли новые обстоятельства или когда дело связано с расследованием организованной преступности и финансированием терроризма.

Окей, записали, послушали. И что дальше с записями? Хранят на полке?

Нет. В конце разрешенного периода прослушивания переговоров следователь передает прокурору протокол прослушивания и оригинал материального носителя, на который записана информация. Прокурор определяет значимость записанных переговоров для уголовного дела, их переписывают на отдельный носитель и приобщают к делу. Оригинал записи, имеющей значение для дела, передают на хранение в суд. Судья по уголовному преследованию проверяет законность процедуры прослушивания и распоряжается об уничтожении носителей с ненужными записями. Например, по одному из резонансных дел, о котором проводили расследование в Rise Moldova, прослушка поместилась на 205 DVD дисках, из которых информация на 204 DVD дисках «не представляла интереса для уголовного дела», и их уничтожили. И только один разговор заинтересовал силовиков, его и приобщили к делу.

А можно ли узнать, слушают ли тебя?

Нет. По крайней мере, по закону в период проведения такого специального мероприятия у прослушиваемого абонента нет возможности узнать об этом. Разве что если у вас есть кум или нанаш в СИБе… Но это уже за рамками закона, а закон нарушать мы не рекомендуем.

Хорошо. А когда прослушка закончилась? Меня обязаны уведомить о том, что меня слушали?

Формально да. Но есть детали, позволяющие при желании это обойти. Смотрите, по закону прокурор или судья по уголовному преследованию обязаны уведомить прослушиваемого после окончания периода прослушки. Но закон позволяет отложить уведомление до окончания уголовного преследования. Кроме того, прокурор и судья обязаны уведомить прослушиваемого, только если прослушка была признана законной. В противном случае, судья распоряжается уничтожить записи и не обязан уведомлять об этом прослушиваемого.

На практике, как утверждают знакомые с этой темой общественники, механизм уведомления работает плохо или не работает вовсе. В случае с тремя уголовными делами, в рамках которых прослушивали лидеров оппозиции, общественников и активистов, уголовное дело приостановили на неопределенный срок. Это дает возможность следствию не уведомлять тех, кого прослушивали.

А еще я видел, что периодически данные прослушки утекают в СМИ или соцсети. Это вообще как? И кто за это отвечает?

Формально наказание есть. За нарушение тайны телефонных переговоров предусмотрена уголовная ответственность. За совершение такого преступления с использованием служебного положения виновному грозит штраф от 550 до 750 условных единиц, неоплачиваемый труд от 100 до 240 часов и лишение свободы до трех лет.

Кроме того, есть несколько форм контроля за специальной розыскной деятельностью, в том числе прослушиванием телефонов. Это парламентский, прокурорский и ведомственный контроль. Парламентский контроль сводится к обязанности Генпрокуратуры ежегодно отчитываться перед парламентской комиссией по нацбезопасности. Ведомственный контроль должен обеспечивать руководитель подразделения, которое производит прослушку.

Еще при Генпрокуратуре законом предусмотрен специализированный совет, который должен рассматривать жалобы лиц, которых незаконно прослушивали. Но, несмотря на принятие в 2012 году нового закона «О специальной розыскной деятельности», который был призван пресечь злоупотребления,  по-прежнему сложно узнать о прослушивании телефона. А зачастую просто невозможно.