Тема организованного подвоза и голосования жителей Приднестровья уже не первый раз становится одной из самых обсуждаемых на выборах. И снова оппозиция обвиняет власть (то ли демократов, то ли социалистов, то ли всех сразу) в подвозе и подкупе приднестровских избирателей. Но при этом сами оппозиционеры, как, впрочем, и правящие демократы, даже не пытаются работать с избирателями из Приднестровья.
Эта тема не новая. Аналогичная ситуация была и в 2016 году на выборах президента Молдовы. Тогда жителей Приднестровья тоже организованно подвозили на автобусах к избирательным участкам. Ситуации отличаются лишь тем, что теперь голосование приднестровцев возмутило не только представителей и сторонников правой оппозиции, но и социалистов. А, кроме подвоза, приднестровских избирателей стали обвинять в продаже своего голоса за $20.
В соцсетях вновь появились посты, в которых пишут, что «приднестровцы решают судьбу» Молдовы. Президент Игорь Додон обвинил приднестровский холдинг «Шериф» в подвозе избирателей и указаниях им голосовать за Демпартию. А в ACUM еще в день выборов заявили, что не признают результаты выборов по приднестровским округам.
И здесь надо сделать сразу несколько ремарок.
Во-первых, пока Молдова считает Приднестровье своей территорией, у его жителей есть точно такое же право голосовать на молдавских выборах, как и у жителей правобережной Молдовы. И это право не зависит от того, платят ли они налоги в бюджет страны, знают ли что-то о политической жизни в Молдове и так далее. К слову, люди, обладающие правом голоса, но не платящие налоги и не интересующиеся молдавской политикой, есть и на правом берегу Днестра.
Во-вторых, власти должны обеспечить право голосования для всех избирателей, независимо от того, где они живут — в Кишиневе или в Тирасполе. И вряд ли можно говорить, что такое право одинаково обеспечили для всех. Житель Тирасполя, например, если у него нет машины, мог добраться до ближайшего избирательного участка в селе Варница только с двумя пересадками, потратив на это не менее 1-1,5 часов в одну сторону. При том, что у большинства жителей Правобережья избирательные участки находятся обычно в шаговой доступности.
Теперь давайте отделим подвоз от подкупа. В молдавском законодательстве подвоз не запрещен, а, значит, законен. Чего не скажешь о подкупе. В нормальном правовом государстве людей должно заботить, чтобы право голоса соблюдалось абсолютно для всех, независимо от их взглядов. Поэтому возмущения по поводу подвоза абсолютно нелогичны. В идеале, когда у власти нет возможности открыть участки в Приднестровье, официально организованный транспорт мог бы стать решением этой проблемы. Другой вопрос — согласятся ли на это власти Приднестровья.
К слову, практика бесплатного транспорта в день голосования широко используется в США. Почитать об этом можно здесь, здесь и здесь.
Еще одна ремарка касается утверждения ACUM о том, что жители Приднестровья понятия не имеют ни о ситуации в Молдове, ни о предвыборной кампании, ни о кандидатах. Но, если это так, то в этом виноваты не приднестровцы, а политики, которые абсолютно не работали с жителями Приднестровья. Почти никто даже не пытался донести свои идеи до людей, заполнивших десятки автобусов, курсировавших между двумя берегами Днестра. В основном, их только обвиняли.
Хотя в одномандатных округам в Приднестровье было около десятка кандидатов, единственные, кто хоть как-то пытался вести там агитацию, были социалисты. Они массово распространяли там свои листовки и газеты. Возможно, и по договоренности с приднестровскими властями.
Оппозиционный блок ACUM выдвинул в округах в Приднестровье двух кандидатов — Иона Йовчева и Элеонору Черкавски, чьи идеи выглядят крайне радикально не только для жителей Приднестровья, но и для многих жителей правобережной Молдовы. Вряд ли большинство приднестровцев волнует изменение гимна Молдовы с нынешнего на румынский «Deșteaptă-te, române», что обещал Йовчев. И едва ли жители региона разделяют «борьбу» Черкавски с молдавским языком на кириллице. Жителей Приднестровья куда больше интересует, например, возможность лечиться на правом берегу Днестра, возможность говорить в молдавских учреждениях на русском языке и свободно выезжать на своих машинах за рубеж.
Ион Йовчев в интервью румынским СМИ утверждал, что в Приднестровье «почти невозможно» вести агитацию. Отчасти это правда, а отчасти — нет. Конечно, возможности агитации в Приднестровье несоизмеримы с теми, которые есть на правом берегу Днестра. Но агитацию, например, вполне можно вести в онлайн-пространстве. Кандидат от Либеральной партии Владимир Мелека еще до выборов рассказывал в интервью NM , как на молдавских президентских выборах вел агитацию в Приднестровье.
Впрочем, предвыборные программы практически всех кандидатов в приднестровских округах, по сути, никак не затрагивали интересы и реальные жизненные проблемы жителей Приднестровья.
В пользу того, что их подкупали, говорят странные результаты выборов в обоих одномандатных округах в Приднестровье: с огромным отрывом победили неизвестные приднестровцам кандидаты, близкие к Демпартии. Но даже в этом случае агитация социалистов принесла свои плоды лишь в голосовании по партийным спискам: по общенациональному округу ПСРМ получила в Приднестровье почти 52%. Выше результаты у партии только в Окницком районе, Гагаузии и Тараклии.
В соцсетях много писали, что жителей Приднестровья, которых организованно привозили на участки, агитировали в автобусах голосовать за Демпартию. Если это и так, то невозможно проверить, кто за кого голосовал, так как сфотографировать бюллетень было практически нереально. По другой версии, также обсуждавшейся в соцсетях, в автобусах людям говорили, что Виорел Мельник (избранный кандидат по 48 округу) — социалист.
Как бы то ни было, гораздо легче обвинять кого-то в своих неудачах, чем попробовать приложить усилия и изменить ситуацию. А еще, возможно, политикам и жителям правого берега Днестра все-таки стоит рассматривать приднестровцев как сограждан и жителей своей страны, а не как «vot furat», и тогда ситуация изменится. Но это неточно.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
