Игорь Додон 27 июня провел на берегу Днестра встречу с журналистами. В ней приняли участие не только молдавские и приднестровские журналисты, но и тираспольские чиновники. Побывала там и корреспондент NM ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВА, которая узнала от президента, что NewsMaker не только больше всех критикует главу государства, но и делает это «по заданию Запада».
Виды на Приднестровье
Встречи президента с журналистами поздно вечером стали уже традицией. На этот раз позднее общение, видимо, должна была компенсировать обстановка. Игорь Додон принимал прессу в своей резиденции в Голерканах на берегу Днестра. Он сидел лицом к гостям, а за его спиной открывался отличный вид на левый берег Днестра.
Организаторы решили, что встреча будет без галстуков (дискуссию модерировал основатель пресс-клуба «Социальный резонанс» Артур Ефремов). Единственным, кто пришел при галстуке, оказался Игорь Додон. Но он быстро исправился. «Смотрю, тут в галстуке только я», — сказал президент и снял аксессуар.
К президенту приехали не только кишиневские журналисты, но и тираспольская пресса. Также в Голерканы съехались блогеры, писатели, общественники, эксперты и даже приднестровские чиновники.
Так, среди участников разговора оказалась начальник приднестровской Госслужбы СМИ Лидия Колодка. Артур Ефремов представил ее журналисткой «Первого приднестровского», а она не стала его поправлять. Додон потом сообщил, что в Голерканы хотели приехать и некоторые депутаты приднестровского Верховного совета, но им это запретили. Приднестровская тема не раз всплывала во время разговора — и по инициативе Игоря Додона, и с подачи гостей из Тирасполя.
Лидия Колодка сказала Игорю Додону, что Приднестровье интересует, что в условиях федерализации будет со статусом русского языка, с предметом «История Молдавии» и сохранением кириллической графики для молдавского языка.
Додон ответил, что его позиция по поводу молдавского языка и истории Молдовы — принципиальна: «Считаю наш язык молдавским. Буду добиваться преподавания предмета ˝История Молдовы˝ и добьюсь этого». Что касается кириллицы, то, по его словам, это надо обсуждать.
Журналисты с левого берега задавали много вопросов. Один из них поинтересовался, как можно доверять Додону, если 25 лет молдавские политики «подписывают с нами документы, а потом в одностороннем порядке отказываются их выполнять».
Президент признал, что приднестровцев «кидали». «Я могу сказать, что буду другим. Мне, скорее всего, не поверят. Но, думаю, что объективно ситуация складывается так, что мы должны тянуться друг к другу. Люди держат слово, когда находят взаимовыгодное решение проблем, а мы их найдем», — заверил Додон.
Еще один приднестровский журналист сообщил, что последние месяцы Приднестровье ждет ответа только на один вопрос: готова ли сама Молдова к федерализации? Заодно он перечислил несколько условий, на которых может быть создана такая форма государственного устройства. Среди них — молдавский язык на основе кириллицы и придание русскому языку статуса второго государственного.
«Вы еще не начали переговоры, а уже ставите жесткие условия. Я не отказываюсь от своей позиции и концепции принципов федерализации РМ, которую разработал со своими коллегами», — ответил Додон.
Он сообщил, что на переговорах с лидером Приднестровья Вадимом Красносельским были определены вопросы, требующие решения. Один из них — проблема, связанная с автомобильными регистрационными номерами в Приднестровье.
Решение, по его словам, было быстро найдено: на основании приднестровских документов о регистрации автомобильных номерных знаков вся информация помещается в государственный регистр Молдовы, а потом эти номера автоматически появляются в международной базе данных.
Журналистка телеканала TVC 21 Нина Димогло задала вопрос от имени жительницы Гагаузии, который получила через соцсети: «Когда Приднестровье вернется в утробу матери-Молдовы, какой будет статус у Гагаузии?»
Постановка вопроса рассмешила приднестровских журналистов. Димогло уточнила , что задала вопрос в авторской редакции.
Додон отметил, что сейчас важно принять находящиеся на рассмотрении парламента три проекта, касающиеся Гагаузии. И пообещал, что добьется их утверждения.
Непростые времена
Артур Ефремов спросил Игоря Додона о задержании судьи Олега Мельничука. «Думаю, он не подаст на меня в суд, если я его назову одним из самых одиозных судей. Но если Конституция позволяет вам инициировать отстранение Мельничука от судейской мантии, вы это сделаете?» — поинтересовался Ефремов.
Додон ответил, что еще несколько месяцев назад отклонил решение коллегиального органа о переназначении Мельничука судьей. «Поэтому он сейчас не судья. Бог не бьет палкой. Все, кто нарушает законодательство, должны за это ответить», — заключил Додон, назвав задержание Мельничука правомерным.
Затем ведущий задал вопрос о приходе в молдавскую политику экс-президента Румынии Траяна Бэсеску. Но Додон сначала сделал короткое заявление.
«Шесть месяцев назад у меня появился шанс сделать что-то для этого народа и страны. Не для своей команды и не для семьи, а для народа. Моя основная задача — сохранить и укрепить государственность Молдовы. Кому-то кажется это банальным и иллюзорным, но, поверьте, мы живем в очень непростое время», — оседлал своего любимого конька Додон.
И констатировал: у Молдовы без Приднестровья нет будущего, а у Приднестровья нет будущего без Молдовы. Своей первой задачей Додон назвал реинтеграцию страны и сохранение ее нейтрального статуса, второй — «продвижение патриотизма и наших традиций», третьей — сильную экономику и решение социальных проблем, а четвертой — сбалансированную внешнюю политику.
Достигнуть перечисленных целей, по словам президента, ему мешает парламентское большинство. Его, напомним, контролирует Демпартия во главе с Владимиром Плахотнюком.
На вопрос о Бэсеску Додон тоже ответил, заявив, что «держит оборону во всех судах» и борется с унионизмом. Он подчеркнул, что благодаря предпринятым действиям, Бэсеску вошел в молдавскую политику «через форточку», а не триумфально, как планировал.
Ответил президент и на вопрос ведущего о распространенном мнении сотрудничества Игоря Додона с Плахотнюком. Додон сказал, что он не сторонник конспирологических теорий. По его словам, Плахотнюк контролирует 60 депутатов парламента, и ему не нравятся многие действия президента, в том числе то, что он отклонил проект Стратегии безопасности.
«Я просто последовательно выполняю данные мною во время избирательной кампании обещания. Мое мнение остается неизменным: политики должны заниматься политикой, а бизнесмены — бизнесом. На обоих берегах Днестра. Меня нанял на работу народ Молдовы», — подчеркнул Додон.
«Вы Путина сейчас цитируете», — заметил на это Ефремов. Додон ответил, что вовсе нет. И повторил, что его нанял молдавский народ, а не Брюссель или Вашингтон.
Автограф и after-party
Не обошлось без вопроса об изменении избирательной системы. Додона попросили высказаться о прозвучавших из Брюсселя рекомендациях не менять правила игры и о том, что ЕС обусловил выделение макрофинансовой помощи Молдове выполнением рекомендаций Венецианской комиссии по поводу изменения избирательного законодательства.
Глава государства отметил, что он «двумя руками за то, чтобы Молдове не давали денег». Заявления европейских политиков о недопустимости изменения системы он назвал попыткой вмешательства во внутренние дела республики. «Если европейцы скажут прыгать в колодец, мы что, так и поступим?» — задался вопросом глава государства.
По его словам, униженное парламентское большинство встало на колени ради помощи. «Ребята, подниметесь с колен!», — призвал Додон.
Председатель общественной организации «Моя Молдова» Федор Гелич вопросов не задавал — он предпочел жанр дифирамба. Гелич предложил Додону выступить с законодательной инициативой: внести поправки в Уголовный кодекс, чтобы можно было наказывать за оскорбление президента. К президенту Гелич пришел не с пустыми руками, а с портретом главы государства.
«Додон — мой президент. Никогда в жизни не мог представить, что у меня в кабинете будет портрет президента. Но сейчас есть. Я не льщу президенту, но он абсолютно отбил у меня повод его критиковать. Нет никаких поводов для критики. Я этого человека уважаю и, когда слышу, что какие-то политики позволяют себе публично оскорблять главу государства, не могу этого выносить», — сказал Гелич и передал портрет Додону, чтобы тот оставил на нем автограф.
Кто-то из аудитории предложил главе государства оценить рвение Гелича и устроить его волонтером в службу президентской охраны. Додон дал понять, что вряд ли выступит с подобной инициативой, так как существуют нормы демократии.
Когда модератор объявил об окончании встречи, президент предложил дать возможность задать вопросы корреспонденту NM и другим желающим.
На вопрос NM, какова позиция президента в отношении дела «группы Петренко» (прокуроры требуют приговорить экс-депутата Григория Петренко к четырем с половиной тюрьмы) и считает ли он их политическими заключенными, Додон ответил, что своего мнения не меняет.
«В марте прошлого года вся фракция Партии социалистов подписала гарантии, чтобы группу Петренко освободили из-под стражи. Мы их тогда освободили. Я сейчас не буду говорить, как они ответили. Но я свою позицию не меняю: в прошлом году я говорил, что это политические репрессии и сейчас считаю так же»,— подчеркнул глава государства.
Более того, по его словам, практика политических уголовных дел набирает обороты. «Это надо остановить. Необходимо проводить реальную реформу юстиции, а не просто брать гранты у европейцев и тратить их на кофе-брейки»,— заключил Додон.
После более чем двухчасовой беседы президент продолжил общение с журналистами на фуршете, и к нему тут же выстроилась очередь желающих сфотографироваться.
В какой-то момент этого after-party президент увидел, что у корреспондента NM нет бокала. Со словами «за то, что больше всех критикуете», Игорь Додон протянул бокал.
И добавил: «Но мы же понимаем, что это Запад говорит вам критиковать президента».
А еще говорил, что не сторонник конспирологии.
