Проевропейские власти Молдовы кажется определились со своим взглядом на решение проблемы Приднестровья — сепаратистского региона на востоке страны. Оформленной стратегии у властей Молдовы по-прежнему нет, но есть свое видение — увязать реинтеграцию неподконтрольного региона с процессом европейской интеграции страны и растянуть его на долгие годы. Изящный план, но вряд ли его получится осуществить. Война по соседству еще не закончилась и готовится поставить приднестровский вопрос перед Кишиневом гораздо раньше, чем на это рассчитывают в молдавской столице.
Стратегия Кишинева — есть ли она?
Переговорный процесс об окончательном и всеобъемлющем урегулировании приднестровской проблемы и интеграции региона в правовое поле Молдовы остается замороженным почти 20 лет.
После провала «Плана Козака» (2003 год) и не получившего развития плана урегулирования приднестровского конфликта названного в честь президента Украины Виктора Ющенко (2005 год), стороны не возвращались к переговорам об окончательном разрешении конфликта. С тех пор никто в Кишиневе больше не предлагал никаких моделей разрешения конфликта.
Основной переговорный формат по Приднестровью «5+2» с тех пор сосредоточился на программе укрепления мер доверия между берегами Днестра. В рамках переговоров обсуждались признание приднестровских документов об образовании, номерные знаки для приднестровских авто, правила землепользования в зоне безопасности и все что угодно, но не окончательное урегулирование конфликта.
До начала войны в Украине возобновить диалог о статусе Приднестровья стремилась Россия. Видимо для того, чтобы обезопасить свои интересы в Приднестровье или улучшить свои позиции в Молдове перед большой войной. Осенью 2021 года РФ пыталась использовать против Молдовы газовый шантаж в том числе для того, чтобы принудить Кишинев начать переговоры по Приднестровью. Власти Молдовы обсуждать приднестровскую проблему вместе с вопросами поставки газа в страну отказались.
Военная агрессия России против Украины сделала невозможным продолжение переговоров в формате «5+2» и, вполне вероятно, похоронила его навсегда. Против возобновления переговоров в этом формате выступает Украина. В конце декабря 2022 года Владимир Зеленский уволил спецпредставителя Украины по Приднестровью и оставил эту должность вакантной. В Москве и Тирасполе пытаются сохранить формат и соответственно роль России в переговорах.
Развязанная Россией война и ее неудачи на фронте сформировали новый региональный контекст вокруг приднестровской проблемы. И сейчас, расстояние от линии фронта до приднестровского региона Молдовы — это, пожалуй, главный фактор из тех, что влияют на позиции сторон в приднестровском урегулировании.
Поэтому первые успехи Украины на фронте дали Кишиневу повод для оптимистичного взгляда на перспективу решения территориальной проблемы.
Уже по прошествии первых месяцев войны в Украине, в Кишиневе, и среди экспертов в приднестровском урегулировании, и внутри правящей партии сформировалось консенсусное мнение о том, что в будущем, по итогам российско-украинской войны и победы в ней Украины, может открыться окно возможностей для окончательного решения приднестровской проблемы.
Но хотят ли воспользоваться этой возможностью в Кишиневе? Есть ли у Кишинева своя стратегия решения приднестровской проблемы, которая не полагается только лишь на военные успехи Украины и ее будущую победу?
Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов 22 марта в интервью заявил, что молдавские власти разработали план реинтеграции Приднестровья, рассчитанный на 7 лет. Чем удивил в Молдове многих, в том числе экспертов, вовлеченных в переговорный процесс, которые о молдавском «плане на семь лет» ничего не слышали.
«Молдова недавно разработала документ, в котором они предлагают растянуть на 7 лет шаги к возвращению [непризнанной] ПМР», — рассказал Данилов и назвал такой неспешный подход ошибкой.
Вице-премьер Молдовы по реинтеграции Олег Серебрян, комментируя слова Данилова, заявил, что Молдова лишь работает над концепцией реинтеграции. И даже ее планом урегулирования называть рано.
Зато догадаться, откуда срок в 7 лет, догадаться не сложно. Президент Майя Санду давно провозгласила — к 2030 году (то есть через семь лет) Молдова должна стать частью ЕС.
И хоть, по словам того же Серебряна, концепцию реинтеграции публиковать не будут, из публичных заявлений высших молдавских чиновников ее суть уловить можно.
Президент Майя Санду не раз в своих публичных выступлениях о том, что главным драйвером реинтеграции должна стать интеграция страны в ЕС.
«Мы не отказываемся от приднестровского региона. Мы работаем в обоих направлениях: и над выполнением условий, сформулированных Еврокомиссией, реализацией программы реформ, и над урегулированием приднестровского конфликта. Чем больших результатов мы добьемся на пути интеграции и качества жизни граждан, чем больше безопасности будет на правом берегу Днестра, тем выше будет поддержка граждан левобережья Днестра для реинтеграции страны», — заявила президент Майя Санду во время саммита Европейского политсообщества, который проходил в начале июня в Молдове.
О том, что процесс евроинтеграции будет способствовать воссоединению двух берегов Днестра, говорили в разное время и вице-спикер парламента Михаил Попшой, и глава МИД Нику Попеску, и тот же вице-премьер по реинтеграции Серебрян.
Если коротко, расчет молдавских властей можно сформулировать так. Молдова и Украина безальтернативно движутся в Евросоюз и рано или поздно станут членами ЕС, Россия проиграет в войне с Украиной и никогда уже не будет играть прежней роли в приднестровском урегулировании. Поэтому у Приднестровья просто нет выбора, и за то время, пока Молдова будет двигаться к вступлению в ЕС, она постепенно втянет туда и Приднестровье.
Такой подход молдавских властей находит поддержку и на Западе. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель, находясь в июне в Молдове, заявил, что приднестровский вопрос и вовсе не помешает Молдове вступить в ЕС. Молдова, по его словам, сможет повторить пример Кипра.
Неторопливость молдавских властей и одобрение такого подхода на Западе объясняются просто — в Кишиневе боятся, что Молдова не сможет в ближайшем будущем переварить реинтеграцию Приднестровья.
Реальная цена воссоединения
Нынешняя молдавская власть опасается, что интеграция в молдавское электоральное поле около 300 тыс. приднестровских избирателей (у более чем 90% жителей Приднестровья есть молдавское гражданство) и главное, легализация бизнес-империи «Шериф» и как следствие ее возможное влияние на внутреннюю молдавскую политику — могут опрокинуть курс Молдовы в ЕС, а может и вовсе привести к власти в стране пророссийские силы.
В Кишиневе уверены, что скорейшая реинтеграция Приднестровья выгодна исключительно Кремлю, который всегда пытался использовать Приднестровье в качестве якоря, который не позволял бы стране двигаться на Запад.
Все это так. Даже теперь, после начала войны Россия не прекращает попыток возобновить переговорный процесс. Недавно российская делегация в ОБСЕ потребовала сдвинуть переговорный процесс с мертвой точки, угрожая в противном случае заблокировать работу миссии ОБСЕ в Молдове с января 2024 года.
Кишинев привычно обороняется бездействием.
В молдавской столице давно уже никто не пытался перехватить инициативу и сформулировать какое-то понятное предложение и для жителей Приднестровья, и для местных бизнес-элит. Сделать так, чтобы они перестали быть заложниками кремлевских геополитических игр.
Было бы неплохо, если бы у Кишинева был бы хотя бы семилетний план реинтеграции и понимание как его реализовывать.
Пока больше похоже на то, что успокаивающие заявления главы дипломатии ЕС, других западных партнеров Молдовы, позволили Майе Санду и ее команде вернуться к привычному для Кишинева состоянию бездействия.
Война не кончилась
Расчет молдавской власти в приднестровском урегулировании строится во многом на мысли о скорой и безоговорочной победе Украины в ее освободительной войне. После которой Киев и его союзники будут диктовать Москве условия почетной капитуляции и заодно решат для Кишинева его территориальную проблему.
А что, если победа Украины в войне будет не такой близкой или не столь триумфальной, как того ждут в Кишиневе?
Украинское контрнаступление идет тяжело. После Вильнюсского саммита НАТО между Украиной и ее отдельными западными партнерами то и дело вспыхивают публичные перепалки о благодарности/неблагодарности за оказанную помощь. Страны Запада по-прежнему очень осторожно и дозированно оказывают военную помощь воюющей Украине.
И самое главное. Осенью 2024 года в США пройдут президентские выборы, где победа кандидата-республиканца может сказаться на степени военной поддержки Украины Соединенными Штатами.
Все это, к сожалению, не приближает безоговорочную победу Украины. А значит может лишить Кишинев надежды, что кто-то решит проблему левобережья Днестра, пока правый берег будет сосредоточен на дорожной карте европейской интеграции.
Что делать 1 января 2025-го?
Экономика Приднестровья держится на поставках фактически бесплатного газа из России.
Работает это так. Газпром поставляет газ в Приднестровье через молдавское предприятие Молдовагаз, более 50% акций которого контролирует тот же Газпром. Приднестровье за газ не платит на протяжении 30 лет. А долг за поставленный газ копится у Молдовагаз.
Все средства, которые власти Приднестровья собирают с населения и предприятий в регионе, идут не на оплату газа, а поступают на специальный «газовый счет» и составляют 40-50% дохода местного бюджета. Если бесплатный газ из России перестанет поступать в регион, «независимость» Приднестровья рухнет, как ожидается, в считанные месяцы. Регион столкнется с гуманитарным кризисом.
Правобережная Молдова тоже пострадает. Около 80% электроэнергии страна получает от Молдавской ГРЭС — электростанции на левом берегу Днестра, которая производит электричество из того самого российского газа. Но для Молдовы это грозит ростом тарифов на электроэнергию и, возможно, проблемами с ее доставкой из Украины или Румынии.
Бесплатный газ для Приднестровья, как и газ из России в Словакию, Австрию и Венгрию, до сих пор поставляется транзитом через территорию Украины.
31 декабря 2024 года истекает срок действия транзитного контракта Москвы и Киева, подписанного в 2019 году. Украина готовит свою газотранспортную систему к тому, чтобы приостановить экспорт газа из России в Европу после этой даты. Аналитики Колумбийского университета в США недавно пришли к выводу, что продление контракта на транзит крайне маловероятно.
У России в случае полной остановки транзита через Украину останется единственный маршрут поставки газа в Европу — через Турцию и балканские страны. Технически Приднестровье может получать газ по такому маршруту. Но учитывая дополнительные логистические трудности и ограниченную пропускную способность такого маршрута, проблемы с доставкой российского газа в Приднестровье почти наверняка будут критическими. Пока кроме отдельно взятых профильных экспертов об этом сценарии никто не говорит.
Как на это будут реагировать власти Молдовы? Как решать гуманитарные проблемы в регионе? Как воспользоваться ситуацией, чтобы выйти на приемлемые параметры окончательного решения приднестровского вопроса? Ни на один из этих вопросов ни у кого в Кишиневе, похоже, нет ответа.
Автор: Евгений Чебан, политический обозреватель NM
Статья впервые опубликована в издании Open Democracy на английском языке. NM публикует адаптированную версию статьи на русском языке.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.
Поддержи NewsMaker!
