Министерство инфраструктуры объявило внеплановые проверки после пожара в Дурлештах

Ровно четыре года назад, 24 февраля 2022 года, Россия напала на Украину. Начавшаяся война изменила жизнь Молдовы, значительно повлияв на ее внутреннюю и внешнюю политику. К четырехлетней годовщине войны NM разбирался, как война отразилась на нас, и что она сделала с молдавской политикой.

Как война (не) убила пророссийский электорат

Четыре года назад казалось, что после российского вторжения в Украину пророссийский политический фланг Молдовы ждет провал. Это теория подкреплялась молчанием самих представителей этого фланга. Если проевропейские политические силы заняли четкую антивоенную позицию, то многие из их оппонентов предпочли «сохранять нейтралитет» и сосредоточиться на внутренней повестке. Но продлилось это недолго. Уже через пару месяцев поездки молдавских оппозиционных политиков в Москву возобновились, а в политическую повестку вернулся евроскепсис.

Запрос на политическую альтернативу евроинтеграторам в Молдове действительно есть. Согласно декабрьскому опросу Idata, 29,9% респондентов высказались против евроинтеграции.

А в августе прошлого года 12,6% опрошенных указали, что у Молдовы должны быть наилучшие отношения с Россией. За наилучшие отношения с ЕС высказались 33,3%. А более половины (51,5%) выступили за равные отношения с Москвой и Брюсселем. В том же августовском опросе 43,2% выступили за вступление в Евразийский союз, против — 49,5%

Этот запрос избирателей отражается и на политическом раскладе. Партия социалистов, несмотря на ощутимое падение рейтинга, продолжает оставаться второй силой в стране после правящей партии PAS. На парламентских выборах в 2025 году социалисты получили наименьшее число мандатов с 2014 года.

Политический аналитик Ян Лисневский считает, что сохранение пророссийских настроений связано со слабой эффективностью проевропейского правительства. «Когда власти плохо справляются с кризисами и используют слишком жесткие методы, избиратель отталкивается от логики „враг моего врага мой друг“, отсюда и рейтинг у пророссийских сил. Сразу после начала войны он обвалился, но сейчас вновь выравнивается. Хотя я считаю, что в Молдове только одна пророссийская сила, и она находится в Москве, а все остальные просто используют нарративы дружбы с Россией. На самом деле все политические силы, находившееся у власти, сотрудничали с западными партнерами, отличалась лишь интенсивность и символичность», — считает эксперт. По его словам, подобные процессы уже происходили после событий в Украине в 2014 году: «Сначала популярность пророссийских партий упала, но потом снова выросла».

Доктор политических наук Анжела Колацки полагает, что пророссийский электорат сохраняется благодаря информационным кампаниям Кремля. «Нужно понимать, что запрет на вещание российских каналов ничего не решает. Развлекательные каналы остаются. А Россия очень умело вписывает политику в неполитический контекст. Нужно понимать, что информационные диверсии происходят не на уровне программы „Время покажет“ (информационно-аналитическая программа)», — сказала эксперт.

По ее словам, война за четыре года стала рутиной. «К счастью, Россия так и не добилась коридора к Приднестровью. Война стала чем-то далеким. Появилось ощущение безопасности. В конце концов человек привыкает, это естественный инстинкт выживания», — отметила Колацки. Она также подчеркнула, что это не только молдавская, но общемировая тенденция. «Мы видим, как Трамп вывел Путина из западной изоляции. От войны устают и
российское руководство именно на это делает ставку и пытается извлечь свою имиджевую выгоду», — подытожила Колацки.

Как война изменила понятие безопасности

После начала войны в Украине Кишинев всерьез задумался о собственной безопасности. Речь идет не только о военной угрозе, хотя стратегия национальной безопасности предполагает выделения больших средств на оборону. Война в Украине изменила само понимание безопасности. Молдова, как сказала на Мюнхенской конференции президент Майя Санду, находится «на передовой гибридной войны с Россией». Власти заявляют об информационных кампаниях России и попытках дестабилизации Молдовы. Борьба с влиянием Москвы стала одной из главных задач PAS.

Правда, Ян Лисневский считает, что власти выбрали неверную стратегию. «99% политиков понятия не имеют, как бороться с гибридными угрозами. Враг хочет, чтобы мы делали как можно больше ошибок. Самое уязвимое место в гибридной войне — доверие к правительству. Его нужно восстанавливать, используя мягкую силу, а не жесткие методы, как это делает нынешняя власть», — считает эксперт.

За четыре года войны в Украине власти Молдовы прекратили трансляцию десятка телеканалов, связанных с олигархами Иланом Шором и Владимиром Плахотнюком, заблокировали множество сайтов и ТГ-каналов — и российских, и связанных с Шором, а также очень ужесточили наказание за электоральную коррупцию.

Что касается региональной и мировой безопасности, то, как отметил Лисневский, «самолеты и танки» больше не работают, вместо них нужны «программисты, психологи, дипломаты и технологии». «Мировая безопасность формируется и будет формироваться еще лет 10 лет, и Молдове надо будет учиться быстро лавировать. У нас нет возможности стать сильными, но мы можем стать хитрыми», —сказал эксперт.

Как война стала политическим инструментом

За четыре года войны и власть, и оппозиция научились использовать войну в своих целях. Власть использует войну как инструмент оправдания. «Любой политический лидер может построить целую кампанию на фоне кризиса. Использовать кризис для оправдания отсутствия результатов — это очень легкая стратегия», — отметил Лисневский.

Оппозиция же использует войну как инструмент запугивания. Нарратив «вы хотите, чтобы было, как в Украине», часто звучит на акциях оппозиции. Таким образом они критикуют действия власти, называя их повторением «украинского сценария». Этот нарратив активно подпитывается и из Москвы. Пресс-секретарь российского МИД Мария Захарова нередко критикует Кишинев за антироссийскую политику.

Это позволяет политикам играть на страхах избирателей, в нынешнем случае — на страхе войны. «Политики очень хорошо чувствуют кровь или страх. Сначала был ковид. Война стало следующим этапом. Как только началась война, ковид пропал. Ее легче бояться, чем вирус. Интерес к войне будет снижаться, и тогда найдется другая опасность», — считает эксперт.

Как война ускорила евроинтеграцию

После начала войны в Украине Киев направил заявку на членство в ЕС. Его примеру последовали Тбилиси и Кишинев. Уже через полгода Кишинев и Киев получили статус кандидатов на членство в ЕС. Сейчас открыты переговоры о вступлении Молдовы и Украины в ЕС. Две страны идут «в одном пакете». До 2022 года темпы евроинтеграции были значительно ниже. Теперь же власти объявили своей целью стать полноправным членом ЕС уже к концу десятилетия.

В 2024 году в Молдове прошел референдум о внесении евроинтеграции в Конституцию. За проголосовали 50,35% избирателей. Европейскую интеграцию провозгласили стратегической целью и внесли в Конституцию европейскую идентичность и необратимость европейского пути.

Тем не менее результаты референдума оказались ниже ожидаемых. Несмотря на высокие темпы евроинтеграции, широкого общественного консенсуса по этому вопросу нет. «Многое будет зависеть от эффективности правительства и исполнения программы. Если жители Молдовы почувствуют улучшение уровня жизни, тогда евроинтеграция станет по-настоящему необратимой на уровне всего общества. Пока же рано говорить о том, что евроинтеграция носит устойчивый характер, и что по этому вопросу есть единение. Власти должны остановить коррупцию и добиться экономического роста», — сказала доктор политических наук Анжела Колацки.

Как война изменила отношение к Приднестровью?

Ускоренная евроинтеграция предполагает и решение приднестровского вопроса, который остается ахиллесовой пятой молдавской власти. Начавшаяся в Украине война остановила переговорный процесс в формате «5+2», так как два посредника в этом переговорном формате оказались в состоянии войны. После начала войны переговоры проходят на уровне политических представителей сторон без особого эффекта.

Кроме того, из-за войны Тирасполь оказался в критическом положении. После того как Украина отказалась от транзита российского газа по своей территории Приднестровье осталось без бесплатного газа, и это привело к затяжному энергетическому кризису. Сейчас непризнанная республика получает газ по сложной схеме, но в меньших объемах, поэтому крупные промпредприятия работают вполсилы, экспорт и поступления в бюджет резко сократились. При этом схема поставки газа, который оплачивает Россия. нестабильна. Это усугубляет и без того сложную экономическую ситуацию в регионе.

В Молдове, судя по всему, нет консенсуса по приднестровскому урегулированию. Согласно опросу Idata, 38,7% выступают за полную реинтеграцию региона, 16,5% — за придание Приднестровью статуса автономии, 13,7 — за сохранение нынешней ситуации. При этом лишь 0,4% опрошенных считают, что реинтеграция Приднестровья должна стать главным приоритетом правительства.

---

Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.

---

---

Хотите поддержать то, что мы делаем?

Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.

Поддержи NewsMaker!

---