Власти Ирана объявили об отмене чрезвычайных мер, принятых в связи с массовыми уличными протестами, сообщает РБК. Президент Ирана Хасан Роухани в понедельник пообещал разблокировать социальные сети, которыми пользовались протестующие и доступ к которым был закрыт в последние недели. Вице-президент Ирана Эсхак Джахангири сообщил, что задержанные в ходе протестов студенты будут отпущены из-под стражи. А Корпус стражей исламской революции (элитное подразделение иранской армии) констатировал, что протестная активность сошла на нет.
Антиправительственные демонстрации начались 28 декабря в городе Мешхед, втором по величине в Иране. Они были вызваны недовольством населения экономической ситуацией, а именно повышением цен на продовольствие, ростом безработицы, коррупцией и неоправданными расходами на внешнюю политику. Однако мирные выступления довольно быстро переросли в массовые беспорядки и охватили множество городов по всей стране. Изменились и требования: митингующие призывали к свержению действующего правительства, выступали против верховного лидера страны аятоллы Али Хаменеи.
Как пишет издание Politico, по некоторым слухам, протесты спровоцировали консерваторы, выступающие против правительства Роухани. По данным иранских властей, в беспорядках погибли не менее 22 человек, еще несколько сотен были арестованы. Оппозиция сообщает, что число жертв столкновений с силами правопорядка достигло 50 человек.
Некоторые СМИ ранее сообщили об аресте бывшего президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, одного из главных оппонентов Роухани, которого обвинили в «подстрекательстве к беспорядкам» и поместили под домашний арест после того, как Ахмадинежад поддержал митингующих. Однако 8 января адвокат экс-президента опроверг информацию о его аресте.
Эти протесты стали самыми крупными со времен «зеленой революции» 2009 года. Тогда после объявления итогов президентских выборов, согласно которым победил Ахмадинежад, тысячи сторонников Мир-Хосейна Мусави, кандидата в президенты от реформистского лагеря, вышли на улицу с требованием отставки Ахмадинежада. Однако переросшие в беспорядки протесты довольно быстро и жестко были подавлены, Мусави так и не добился проведения перевыборов.
По оценкам экспертов, в Иране либеральным реформаторам, которых олицетворяет Роухани, противостоит более консервативная часть элиты и общества. При этом спектр политических лозунгов был чрезвычайно широк, но базировался на общем недовольстве экономической политикой властей.
Согласно Конституции Ирана, президент является вторым лицом в стране, тогда как первым — верховный руководитель страны, определяющий направление внешней и внутренней политики государства. Уже более 30 лет им является аятолла Али Хаменеи. Главное, что определяет президент, — экономическая модель развития.
Главной заслугой Роухани считается принятие в 2015 году компромиссного соглашения по иранской ядерной программе с США, Россией, Китаем, Великобританией, Францией и Германией, после которого со страны были сняты введенные ООН санкции. Благодаря частичной отмене санкций Роухани удалось укрепить экономику: когда он только пришел к власти, национальный ВВП падал почти на 6% в год, тогда как с марта прошлого года он показал рост до 12,5%. Роухани также удалось снизить инфляцию с 40% в 2013 году до 7,5% в 2016 году.
Однако экономические успехи в основном связаны с развитием нефтяного сектора, который почувствовал себя свободнее после частичной отмены санкций, остальные отрасли практически не развиваются. Ситуация в целом остается сложной. По данным статистического центра Ирана, безработица сохраняется на уровне 12,4%. Среди молодых людей, которые и стали движущей силой нынешних протестов, она достигает 28,8%.
По мнению эксперта Российского совета по международным делам Максима Сучкова, после протестов иранское руководство будет более избирательно подходить к расходам на внешнюю деятельность и зарубежные операции, но на целеполагание или приоритеты Тегерана в регионе протесты не повлияют. Старший научный сотрудник американского Совета по международным отношениям Рей Такей тоже считает, что несмотря на то что протестующие выступали против роста военных расходов, правительство вряд ли изменит внешнеполитический курс.
