NM

Учебник должен быть отозван. Алексей Тулбуре о том, как Молдова провалила урок по Холокосту

Министерство образования Молдовы организует 11 июня круглый стол для обсуждения учебника «История румын и всеобщая история» для 12 класса, который ранее вызвал скандал и волну критики. Поводом стало то, что в учебнике, по мнению некоторых общественных деятелей и историков, обеляют режим Антонеску и преуменьшают роль румынских властей в Холокосте. Это же, по сути, подтвердила и международная экспертиза, проведенная Яд Вашем и Институтом изучения Холокоста в Румынии (Институт Эли Визеля). Бывший постпред Молдовы в ООН и в Совете Европы, историк Алексей Тулбуре в колонке для NewsMaker проанализировал экспертизу и то, какую реакцию она вызвала у профильного министерства, где по-прежнему не видят оснований для отзыва учебника.

26 июля 2016 года Парламент Республики Молдова принял Декларацию об одобрении Итогового доклада Международной комиссии по изучению Холокоста под председательством Эли Визеля.

Эта комиссия, состоящая из историков, профессиональных исследователей из Румынии, Европы, США и Израиля, представителей еврейской общины и ромов, начала свою деятельность по исследованию истории Холокоста в Румынии в ноябре 2003 года. Возглавил Комиссию бывший узник лагеря смерти Освенцим и концлагеря Бухенвальд, выходец из Румынии, всемирно известный писатель, лауреат Нобелевской премии мира 1986 года Элиэзер (Эли) Визель.

В ноябре 2004 года Комиссия представила Итоговый отчет, в котором была изложена трагедия евреев и ромов в Румынии и на управляемых ею территориях во время Второй мировой войны. Были озвучены цифры убитых евреев — от 280 до 380 тысяч человек. В Отчете была вскрыта роль и подчеркнута ответственность Иона Антонеску и его режима в совершении этой трагедии, которую до этого в официальных кругах и в системе образования замалчивали, игнорировали, отрицали или искажали, преуменьшая на несколько порядков реальное количество жертв.

Публикация Доклада в 2004 году означала официальное принятие румынским государством ответственности за зверства, совершенные по отношению к евреям и ромам во время Второй мировой войны.

Принятие в 2016 году упомянутой декларации в парламенте Молдовы означало признание нашей страной итогов доклада Комиссии Эли Визеля, то есть признание ответственности (безусловной и исключительной) румынских властей, в частности режима Иона Антонеску, его лично, за геноцид против евреев и ромов на территории, управляемой Румынией (в том числе Бессарабией) во время Второй мировой войны.

Более того, начиная с 2017 года, правительство из года в год принимает Планы действий по сохранению памяти жертв Холокоста, что предусматривает и конкретные меры в области образования. В частности, в 2019 году при содействии Минобразования был разработан и внедрен курс для факультативного преподавания в школах «Холокост: история и уроки жизни», министерство содействует проведению методических семинаров для учителей по теме Холокоста и т. д.

На этом фоне странным образом выглядит отсутствие прогресса в редактировании соответствующих глав («Вторая мировая война» и «Холокост») учебников истории в соответствии с Докладом Комиссии Эли Визеля.

Совершенно непонятным и возмутительным стал выпуск в печать и отправка в школы учебника истории для XII класса, в котором деятельность режима Антонеску во время Второй мировой описана в положительных тональностях, а о его ответственности за геноцид даже не упоминается.

Как такой учебник мог получить одобрение Минобразования? Тем более, что в министерстве работают люди, когда-то входившие в рабочую группу по разработке упомянутого выше факультативного курса по истории Холокоста. Эти люди либо имитировали заинтересованность в объективной интерпретации прошлого, либо действовали, руководствуясь другими целями, не имеющими ничего общего с сохранением памяти о Холокосте, с формированием демократической, антитоталитарной идентичности у учащихся и т. д.

Нынешнее руководство Министерства образования своим поведением, похоже, стремится перечеркнуть все усилия молдавского правительства, предпринятые после 2016 года, по сохранению памяти Холокоста в Молдове.

Вернемся к учебнику. Под давлением общественного мнения упомянутый учебник был отправлен на экспертизу в Яд Вашем и Институт по изучению Холокоста в Румынии (Институт Эли Визеля) в Бухаресте.

Обе экспертизы предельно критичны и полностью дисквалифицируют этот учебник в качестве учебного пособия для школ. Оба текста, очевидно, противоречат заявлениям министра Дана Перчуна о том, что экспертизы «не содержат ничего драматичного, что оправдывало бы отзыв» учебника из школ.

Перед тем как перейти к тексту экспертиз, хочу отметить, что, вопреки легитимным требованиям, министерство не опубликовало тексты ни одной из экспертиз. Попытки скрыть тексты экспертиз не поддаются пониманию и, уверен, получат должную оценку в стране и за её пределами.

Экспертиза из Бухареста (не усилиями нашего министерства) была опубликована на одном из румынских дидактических ресурсов, потому я буду приводить отрывки из нее. Экспертиза Яд Вашем не была опубликована, поэтому цитировать ее (широко) я не буду — приведу только один параграф. Ее текст известен не только министерству в Кишиневе и, полагаю, вскоре этот текст появится в публичном поле. Было бы правильно, если бы эту экспертизу, поскольку она представляет повышенный общественный интерес, опубликовало само министерство.

Давайте посмотрим, о чем говорят специалисты из Института Эли Визеля. Далее привожу цитаты (не все) из экспертизы в хронологическом порядке. Обычным шрифтом приведен текст учебника, жирным шрифтом — темы, страницы учебника и текст самой экспертизы:


Упражнение, озаглавленное «Свидетельства современников», основывается на неадекватной и не имеющей отношение к соответствующему упражнению цитате.

Стр. 83:
«Легионерское движение оказалось в крайне сложной ситуации. Лидер легионеров Корнелиу Зеля Кодряну был осужден, приговорен к 6 месяцам тюрьмы, затем к 10 годам и казнен 29/30 ноября 1938 г. В ответ на это 21 сентября 1939 г. группа легионеров убила премьер-министра Арманда Калинеску».

Не только Легионерское движение оказалось в сложной ситуации. Все партии были распущены. Этот параграф дает понять, что убийство премьер-министра Калинеску было оправданным.


Урок 23 – Вторая мировая война. Стратегии и военные действия во время войны (1939–1945)

стр. 114:
«В начале 1941 г., угрожая применить силу, Гитлер убедил Болгарию, Румынию и Венгрию присоединиться к странам „оси“».

Эта фраза подслащивает (edulcoreaza) статус союзника нацистской Германии, который имели соответствующие государства. Эти государства сохраняли суверенитет, и их политические и военные элиты сотрудничали добровольно с нацистской Германией.


Урок 25 – Участие Румынии во Второй мировой войне: причины, события и последствия

стр. 124, рубрика «Исторические взгляды»:
«Антонеску объявил вне закона Национал-легионерское государство, которое он и гвардия основали в сентябре 1940 г. как военно-фашистскую диктатуру. Но его диктатура во многих отношениях отличалась от диктатуры его предшественников и европейских коллег. Он перенял много из черт корпоративного управления, характерных для правления Кароля. Он искал поддержки у всех консервативных политических групп и ответственных легионеров во имя собственного национального антикоммунистического крестового похода. Следует отметить, что Антонеску не стал возвращать антисемитское и расистское наследие легионеров и покончил с хулиганством. Его реформаторские тенденции были ближе к тенденциям Кароля, нежели Кодряну, и он сосредоточился, хотя и в военных целях, на модернизации сельского хозяйства и промышленности. Его кардинальной ошибкой, заложенной в самом обосновании его диктатуры, было направление национальных усилий на ведение военной кампании, антикоммунистической и антирусской кампании. Чтобы свергнуть коммунизм и вернуть территории, отошедшие к России в 1940 г., он решительно втянул Румынию в смертельную войну против Советского Союза, начатую Гитлером в июне 1941 г., – это не значит, что Антонеску неверно оценил настроения в Румынии. Антонеску пользовался подавляющей поддержкой румынского народа в своих военных действиях против Советского Союза». — Стивен Фишер-Галац, «Румыния в XX веке»

Отрывок неподходящий для учебника, который ставит целью воспитание гражданского чувства и демократических ценностей. Позитивный анализ, который автор проводит в отношении Антонеску, исключает возможность продемонстрировать геноцидный характер правления Антонеску и даже мистифицирует антисемитский и расистский характер режима.


Стр. 125, рубрика «Историографические взгляды»:
«Не все те, кто находился, так сказать, в тени маршала Антонеску, „видели“ его под одним и тем же углом или придавали одинаковую силу зафиксированным впечатлениям. […] Мы предпочли познакомить читателя с самым важным, самым трудным, самым противоречивым периодом жизни и деятельности Иона Антонеску — периодом, когда он был лидером румынского государства и, соответственно, внес свой ритм и свои убеждения в разворачивающуюся румынскую историю, и не только это — мы убеждены, что лучше оставить читателю возможность самому сделать выбор среди многочисленных „фрагментов“ или „аргументов“ за и против, предлагаемых читателю объемным, грандиозным и все еще открытым „Досье Иона Антонеску“». — Г. Бузату, «Маршал Антонеску»

Георге Бузату был одним из самых активных апологетов Антонеску и отрицателей ответственности Румынии за Холокост. Выбранный отрывок неподходящий, а задание для учащихся, связанное с ним, не соответствует тексту.


Урок 26 – Бессарабия и Транснистрия во время Второй мировой войны

стр. 128, рубрика «Исторические взгляды»:
«В Бессарабии режим И. Антонеску позиционировал себя, прежде всего, как антикоммунистический режим. Внутренние войска Бессарабии – полиция и жандармерия – арестовывали людей, которые пропагандировали коммунистическую идеологию, покорно служили большевистскому режиму и порочили всё румынское. Полицейские органы Бессарабии вели постоянную работу по выявлению лиц, которые публично выступали против румынского государства, наносили моральный и материальный ущерб румынам, оставшимся под властью большевиков, на основании доносов преследовали их и помогали расстреливать и депортировать. Так, за проведение активной антирумынской и коммунистической деятельности были арестованы Иван (Ваня) Браилов, Антон Кузнецов, Вера Косован, Хришан Гуцу, Г. Фостерис, работники столовой НКВД в Кишиневе. Орхейская полиция расследовала и передала военному трибуналу в Кишиневе Агрипину Сургучи, 36 лет, служащую при советской власти в мэрии Орхея. Находясь в дружеских отношениях с коммунисткой Секаре, заместителем председателя мэрии, она предоставляла ей информацию о бывших чиновниках, в том числе о мэре города Плэчинтэ, последние из которых были депортированы советской властью в Сибирь». — Анатол Петренку, «Бессарабия во время Второй мировой войны»

Этот фрагмент полностью замалчивает массовые преступления (убийства) и депортации, совершенные румынскими властями летом и осенью 1941 года.


Стр. 130:
«Несмотря на то, что регион не подчинялся напрямую центральным властям в Бухаресте, национальное дыхание пронизывало эту часть Румынии в те годы. Губернаторы и директора способствовали процессу румынизации рабочей силы, ориентировали деятельность сельских жителей на практические занятия, которые в прошлом ассоциировались с иностранными элементами, предлагали налоговые льготы для экономических инициатив и согласовывали интересы работодателей с интересами работников. Была проведена работа по выявлению, инвентаризации, управлению и оценке имущества, перешедшего в собственность государства. Также проводилась колонизация, в ходе которой привлекались молодые люди из других регионов страны с избытком населения, которые заняли оставленные немецкими поселенцами участки или свободные места. Дисциплинированное руководство страны при Ионе Антонеску, уделявшее особое внимание моральной очистке и грамотному продвижению кадров, большинство из которых обладали блестящей военной карьерой, оказало значительное положительное влияние на развитие этого региона между Прутом и Днестром. В 1944 г. Бессарабия вновь стала театром военных действий, что привело к серьезным последствиям для территориальной целостности Румынии».

Этот отрывок мистифицирует серию реальностей румынского управления в Бессарабии во время войны. Использование синтагмы «процесс румынизации», в контексте презентации периода Второй мировой войны, инвариантно (invariabil) ассоциируется с политикой румынского государства по конфискации, лишению собственности и исключению из экономической и социальной жизни граждан Румынии еврейского происхождения. Выражения типа «занятия, которые в прошлом ассоциировались с иностранными элементами», или «занятие мест, оставленных свободными войной» — это выражения, скрывающие насильственный и антисемитский характер режима Антонеску.


Стр. 130:
«Хотя в Транснистрии преобладал румынский элемент, Румыния не могла ни владеть, ни претендовать на суверенитет над территорией, которая ей не принадлежала. Румынская администрация сосредоточила свои усилия на восстановлении и возрождении экономической жизни в Транснистрии. Вначале она приняла меры по обеспечению населения продовольствием и товарами первой необходимости, а также по поддержанию общественного порядка».

Фраза «в Транснистрии преобладал румынский элемент» является ложной.


Стр. 131:
«Работа румынской администрации в Транснистрии была омрачена преступлениями, связанными с использованием Транснистрии в качестве места депортации и подавления евреев и ромов. И. Антонеску проводил противоречивую политику по еврейскому вопросу: сначала он был сдержан и не одобрял политику нацистов, но постепенно, под давлением, принял расовые законы, приказал депортировать евреев и ромов в Транснистрию, а его сотрудничество с нацистами привело к многочисленным жертвам и преступлениям против человечности».

Неточные (deficitare) формулировки создают путаницу в вопросе ответственности румынской администрации за депортации и смерть евреев и ромов. Выводы Комиссии Эли Визеля ясно указывают: «Прямую ответственность за Холокост в Румынии (включая Транснистрию — А.Т.) несет исключительно румынское государство, руководимое Антонеску». Законодательство и меры против евреев и ромов были инициативами румынских властей, а не результатом давления со стороны нацистской Германии, как утверждает учебник.


Стр. 143–144: Глава «Наказание военных преступников»

Несмотря на то, что учебник охватывает аспекты Всеобщей истории и Истории румын, в этой главе ничего не говорится о суде и наказании военных преступников из Румынии — аспект, в котором осуждение Иона Антонеску и его соратников играет центральную роль.


Это не все экспертные замечания Института Эли Визеля — их больше, и они касаются не только формулировок, анализа и интерпретаций событий, но и указывают на целый ряд фактологических ошибок.

Приведенных замечаний достаточно, чтобы понять: ситуация очень драматична, и по этому учебнику преподавать тему Второй мировой войны и Холокоста недопустимо. Учащиеся школ в Молдове имеют право на качественное, основанное на научных знаниях преподавание самых трагичных периодов как в истории страны, так и в истории всеобщей.

Из экспертизы Яд Вашем приведу только один параграф. Напомню, что текст экспертизы Министерство образования Молдовы отказывается публиковать, ссылаясь на какие-то свои суверенные права.

Вот этот отрывок:
«Учебник полностью избегает демонстрации роли и ответственности правительства Антонеску за осуществление преследования и уничтожения евреев в Румынии: „большое количество евреев было депортировано“ (кем?), „49 лагерей и гетто было создано в Бессарабии“ (кем было создано?), „инструкции, касающиеся депортаций, указывали“ (что/кем даны?). Ни одного упоминания ответственных румынских властей, армии, полиции, жандармерии и т.д.»

Одной этой цитаты достаточно, чтобы понять, как серьезна и драматична ситуация с этим учебником.

В заключение — несколько общих замечаний. Министр Перчун проинформировал общественное мнение, что получил заключения всех «исторических факультетов» страны по учебнику, и все эти мнения позитивны. После изучения международных экспертиз учебника, хотелось бы эти мнения почитать, если они, конечно, существуют.

В Молдове много хороших историков, однако по теме Холокоста ситуация другая. Специалистов очень мало, и многие из них сегодня находятся за рубежом. Тема Холокоста замалчивалась в советское время, замалчивалась в Молдове и после развала СССР. Заниматься Холокостом с точки зрения научной, преподавательской, политической, карьерной, социальной и т.д. было невыгодно и даже опасно. И не занимались, за редким исключением. Поэтому сегодня в стране экспертизы по этой теме на «исторических факультетах» практически нет.

Мы проходим путь, который проходили многие до нас, включая Румынию: замалчивание, отрицание, искажение, релятивизм («не все так однозначно») и в конце концов — принятие и объективная интерпретация. Сейчас мы на этапе искажения и релятивизма, хотя я был уверен, что работа последних 8–9 лет (декларация парламента, планы действий правительства, семинары, тренинги, факультативный курс по Холокосту и т.д.) продвинули страну чуть дальше. Ошибался. Был слишком оптимистичен.

Министр заявляет, что содержание глав про Холокост мало чем отличается от содержания предыдущих изданий учебников, и он не понимает, чего вдруг все всполошились. Всполошились потому, что пришел конец терпению. Возмущались и раньше, но, видно, не так громко. Пришло время перемен. Нашим детям надо читать историю, написанную на основе научных знаний, а не продиктованную соображениями пропаганды и ложно понятым румынским патриотизмом. Патриотизмом, который и в самой Румынии уже рассматривается как общественная угроза. Казус Джорджеску — яркий тому пример. Да и в семью европейских демократий Молдова должна войти демократической страной, а не страной, в которой в учебниках искажают правду о Холокосте.

Попытки представить критику учебника происками Кремля здесь не пройдут. Холокост, сохранение памяти жертв геноцида, объективная интерпретация событий Второй мировой войны никогда не были темой ни для историков, ни для политиков СССР, и не являются таковой для современной России. Это не тема Москвы. Сохранение памяти жертв Холокоста, осмысление произошедшего, уроки геноцида, формирование на основе знаний о Холокосте демократической идентичности у граждан — все это инициативы и ценности западного мира, куда Молдова должна стремиться не только на словах, но и на деле.

И последнее. Я всегда с несколько большим пониманием отношусь к ситуации, когда обычные люди в Молдове, неискушённые в хитросплетениях исторических событий, при контакте с темой Холокоста сразу начинают говорить о сталинских репрессиях, противопоставляя одну трагедию другой. Но когда я вижу такое в выступлениях журналистов, политиков и даже историков — тут мое понимание заканчивается. Люди с историческим образованием должны знать, что эти две трагедии не обусловлены. Те, кто не могут говорить о Холокосте, не переходя сразу к преступлениям коммунистических режимов, должны знать, что такие «переходы» — это форма антисемитизма. Такое «да, но…», когда человек, возможно неосознанно, дает понять, что и за эти преступления евреи тоже в какой-то мере ответственны.

Настолько же несправедливы и попытки оправдать массовые депортации участием местного населения в уничтожении евреев во время войны. Тех, кто участвовал в преступлениях, судили сразу после войны. А депортированных ссылали без суда и следствия — как классово чуждых советской власти людей. В том числе — евреев.

Вывод следующий: учебник противоречит Докладу Международной комиссии по изучению Холокоста в Румынии (Комиссия Эли Визеля), противоречит официальной позиции страны, не раз озвученной на заседаниях Всемирного форума памяти Холокоста (IHRA) и других международных платформах. Международные экспертизы из Яд Вашема и Института изучения Холокоста имени Эли Визеля в Бухаресте недвусмысленно показывают, что по этому учебнику преподавать историю Второй мировой войны и Холокоста недопустимо. Этот учебник нарушает права учащихся на объективную информацию о прошлом и должен быть отозван.

Новый учебник должен пройти международную экспертизу до публикации. Это гарантирует его качество и предотвратит разбазаривание публичных ресурсов.


Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.



Хотите поддержать то, что мы делаем?

Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.

Поддержи NewsMaker!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие материалы

5
Опрос по умолчанию

Вам понравился наш плагин?

Максим Андреев, NewsMaker

Власти Молдовы хотят усилить контроль над СМИ? Что не так с разработанным PAS законом о медиа

Проект закона о СМИ, разработанный PAS и одобренный правящим большинством в первом чтении, вызвал дискуссии в парламенте. Оппозиция считает, что этот закон может стать рычагом политического давления на СМИ. Негативное заключение на проект дал и Наццентр борьбы с коррупцией. NM рассказывает, что предусматривает закон, а также, за что его раскритиковали и какие риски он может нести.

Проект закона о СМИ парламент одобрил в первом чтении 11 июня. Его авторами выступили восемь депутатов от правящей партии «Действие и солидарность» (PAS), в том числе глава профильной парламентской комиссии по культуре, образованию исследованиям, молодежи, спорту и СМИ Лилиана Николаеску-Онофрей. За проект проголосовали 53 депутата от партии власти.

В пояснительной записке к проекту отмечается, что в Молдове действует закон о СМИ, принятый в 1994 году, который был написан с учетом специфики рынка 90-х годов, когда основными медиа были печатные СМИ и информагентства.

Что предусматривает законопроект

В проекте говорится, что СМИ может быть юрлицо или физлицо, занимающееся предпринимательской деятельностью.

При этом указано, что журналист должен работать «свободно и независимо», и имеет право отказаться «от разработки медиапродукта или иного медиаконтента в случае, если он противоречит профессиональным и этическим нормам, критериям и стандартам журналистики». Работодателю при этом запрещено за это журналиста штрафовать, увольнять или понижать в должности. Журналист также имеет право «не разглашать личность источника информации или любую информацию, которая может привести к его идентификации», а давление или запугивание журналиста «влечет за собой, по обстоятельствам, административную или уголовную ответственность».

Также в законе даны определения концентрациии медиарынка, в том числе горизонтальной, когда у собственника много медиа одного типа, и вертикальной, когда у собственника есть контроль «на различных этапах цепочки производства, распространения или продажи медиаконтента, включая поставщиков медиауслуг, производителей контента, дистрибьюторов или субъектов, занимающихся продажей рекламы».

Закон также возлагает на минкультуры ответственность «за разработку и продвижение государственной политики в области СМИ и за выполнение государственной политики, установленной настоящим законом».

Отдельно в законопроекте говорится о Совете прессы: он остается консультативным органом, решения которого носят рекомендательный характер, но не обязательны с точки зрения закона.

Законопроект также предусматривает создание реестра медиа. Речь идет о реестре поставщиков медиауслуг, который будет вести минкультуры. При этом, согласно проекту, включение медиа в реестр не является обязательным, но субсидии от государства смогут получать только СМИ, включенные в реестр.

Для регистрации в реестре владельцы медиа должны предоставить пакет документов, в том числе выписку из Агентства госуслуг, информацию о собственниках, бенефициарах, источниках финансирования медиа, данные о руководстве, включая главреда, который несет ответственность за контент и др.

Отказать в регистрации могут, если СМИ представило неполную информацию, если невозможно идентифицировать поставщика медиауслуг или «запрос не соответствует требованиям закона». Тут дана отсылка на указанные в законе нужные документы.

Если минкультуры отказывает в регистрации в реестре, медиа может оспорить это в суде.

Почему создание реестра вызвало дискуссии

Именно пункт о регистрации в реестре вызвал горячие дискуссии в парламенте и критику. Оппозиция обвинила власти в том, что такой реестр позволит властям получить больше контроля над СМИ, так как именно власти будут решать, кто достоин субсидий, а кто нет.

«Ни в одной европейской стране правительство не ведет и не управляет реестрами новостных порталов или печатной прессы и не решает, кто достаточно послушен, а кто нет, чтобы быть признанным медиа-учреждением», — сказал депутат от «Нашей партии» Николае Маргаринт.

Его поддержал и депутат от блока «Альтернатива» Гайк Вартанян, заявив, что с коллегами разработает поправки, и если парламентское большинство их поддержит, то его фракция готова проголосовать за новый закон: «Мы за европейское законодательство о СМИ, но европейский закон о свободе СМИ разработали для защиты прессы от властей, а не для того, чтобы передать ее под контроль министерства».

Раскритиковал в своем заключении законопроект и Национальный центр борьбы с коррупцией (НЦБК). Возражения вызвало и то, что в законе предусмотрено государственное финансирование СМИ при условии «соблюдения редакционной нейтральности», но правового пояснения этого понятия нет. В НЦБК сочли, что это создает риск злоупотребления служебным положением.

Лилиана Николаеску-Онофрей на это заявила, что закон не предусматривает создания механизмов контроля государства над редакционной политикой СМИ. При этом она признала, что в европейской практике реестры такого типа обычно ведут независимые регулирующие органы, а не министерства, подчиненные правительству, и допустила возможность передачи этих полномочий негосударственному институту.

«В ходе обсуждения проекта мы говорили, что сейчас предпочтительнее оставить этот вопрос в ведении министерства культуры, как органа, ответственного за политику в этой области. Но если вы считаете, что мы можем передать это другим институтам, я лично поддерживаю такие идеи», — заверила она.

Исполнительный директор Ассоциации независимой прессы (API) Петру Маковей, принимавший участие в разработке законопроекта, считает его хорошим и даже «слишком либеральным». «Нужно учитывать, что сейчас есть СМИ, которые считают себя СМИ, но фактически этого не делают [не соблюдают нейтральность]. Нужно защищать качественную прессу. И это правильно, что субсидии должны получать только медиа, которые делают качественный контент» — сказал Маковей NM.

Он отметил, что, кроме нового закона, субсидирование СМИ регулирует и профильный закон о Фонде субсидий СМИ. Из него следует, что субсидии может получать только медиа с официальной регистрацией в Агентстве госуслуг, которое соблюдает Деонтологический кодекс, работает не менее года и не имеет задолженностей перед бюджетом.

На вопрос NM о том, есть ли риск, что после смены власти этот закон будет работать против независимых медиа, эксперт отметил, что в случае смены власти любую реформу можно свернуть. «Но это не значит, что, ссылаясь на этот риск, надо ничего не делать», —заключил Маковей.


Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.



Хотите поддержать то, что мы делаем?

Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.

Поддержи NewsMaker!
Больше нет статей для показа
5
Опрос по умолчанию

Вам понравился наш плагин?

x
x

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: