18 апреля для действующего в Молдове политического режима начался обратный отсчет. Именно в этот день произошло окончательное слияние Игоря Додона с властью. Вернее, именно в этот день оно стало безусловным и зримым. В том числе, для его сторонников и международных партнеров. Он, наконец, сделал на людях то, что долгое время было скрыто от глаз простых смертных: публично подыграл власти, выдвинув идею о смешанной избирательной системе как некий компромисс.
Выглядело все это как эпатажный перформанс, в котором главному действующему лицу — художнику — глубоко наплевать на мнение зрителей. Не нравится — не смотрите! Это высокое политическое искусство. Его понимание доступно не многим.
Реакция зрителей: политиков, экспертов, обычных граждан — оказалась на удивление солидарно-брезгливой. Содержание самой идеи никого особенно не увлекло. Оскорбляло главное — очевидность сговора Додона с режимом. А еще то, что все участники сговора принимают зрителей, то есть нас, за полных профанов, этакую «чернь», которая «схавает» все. Которая не отличит нехитрую постановку сельского драмкружка от мхатовской «Чайки».
Конечно, этот финт Додона не стал сюрпризом для тех экспертов, которые предупреждали именно о такой развязке. Но это уже не главное. Важно, что именно с этого момента неприступная крепость молдавского политического режима обзавелась брешью, своей ахиллесовой пятой. И именно по ней начнут колотить все, кому не лень. И возможно добьются цели.
Игорь Николаевич Додон — действительно идеальная политическая мишень. Он не умеет сопротивляться. Он умеет лишь жаловаться своим патронам на обидчиков, писать кляузы, демонстрировать скриншоты из фейсбука. Все последние годы он выигрывал только договорные сражения. Все 100 дней его президентского правления собственно и состояли из таких договорняков. А как только речь заходила о чем-то реальном, то вдруг выяснялось, что на реальные поединки у него нет полномочий. А, скорее всего, желания.
Я всегда говорил, что бить изо дня в день по фигуре Плахотнюка — бесполезное занятие. Плахотнюка не интересуют ни рейтинг, ни репутация, ни общественное мнение. Его интерес — не развитие, а тотальный контроль. А для этого вполне годится и реноме всесильного посланца преисподней.
Додону же не нужны ни трудоемкий и рискованный контроль, ни тем более развитие. Ему просто хочется царствовать. Сыто. Красиво. С классными селфи. На фоне каларашских кодр и знамени Штефана. Желательно не неся за это никакой ответственности. Без тяжкого бремени власти.
Ему нужны глянцевые обложки, билборды с его изображением, помпезные встречи с сильными мира сего. И все это он уже получил. Задача лишь одна — сохранить все это. Уберечь нажитое. А для этого не многое нужно: отбросить ложный стыд и открыто подыграть. По-другому царствовать не разрешат.
И он сделал это! И теперь по Додону будут бить. Одни для того, чтобы освободить ту часть политического пространства, которое досталось ему контрабандным путем. Другие начнут бить по Додону только от того, что за это ничего не будет. Бей — не хочу!
Это солнечное сплетение режима абсолютно беззащитно. У хозяев режима достаточно собственных врагов, чтобы распылять силы и обрушиваться с репрессиями на критиков Игоря Николаевича. Но если вдруг режим кинется на помощь Додону, это будет означать одно: бьющие не ошиблись с мишенью, и каждый следующий удар будет больнее предыдущего. И от этих ударов больно будет всему режиму — от головы до пят.
За пределами Молдовы у Додона больше нет искренних адвокатов. Кому охота быть адвокатом политика, ставшего частью агрессивной, коррумпированной, антироссийской власти. 18 апреля 2017 года он стал именно этой частью. И, похоже, самой уязвимой.
Автор — экс-советник президента Молдовы, бывший член Центрального комитета Партии коммунистов.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
