Почему из расследования «кражи века» выпали 2,6 млрд леев? Почему с Илана Шора не взыскали указанный в материалах дела ущерб? Почему более половины дел, открытых в рамках расследования банковской кражи, до сих пор не дошли до суда? Эти и другие вопросы возникли у экспертов Центра юридических ресурсов после изучения Стратегии возврата миллиарда, которую ранее обнародовали власти. Эксперты предложили чиновникам, прокурорам, судьям и депутатам вместе обсудить эти вопросы, однако все они проигнорировали приглашение. NM рассказывает, к каким выводам пришли эксперты после изучения «стратегии».
Анализ Стратегии возврата миллиарда Центр юридических ресурсов представил 27 сентября. Разработчики стратегии — Генпрокуратура, Прокуратура по борьбе с коррупцией и Наццентр по борьбе с коррупцией (НЦБК) — обнародовали ее в июне.
Предполагалось, что презентация анализа стратегии пройдет в формате круглого стола с участием депутатов, министров, судей и прокуроров, которых пригласили заранее. Однако никто из них не пришел. Из приглашенных представителей госструктур была только Кристина Присэкарь из Национального органа по неподкупности.
Кроме нее и Грибинчи, в дискуссии участвовали исполнительный директор Ассоциации за демократию через участия (ADEPT) Игорь Боцан, Станислав Гилецкий из Expert-Grup и экс-замдиректора НЦБК, а сейчас эксперт портала Moldova Curata и ADEPT Кристина Цэрнэ.
Грибинча рассказал, какие вопросы возникли у экспертов Центра юридических ресурсов после изучения стратегии.
Как 2,6 млрд леев «выпали» из расследования
По версии прокуроров, из трех молдавских банков вывели 13,3 млрд леев, при этом, согласно стратегии, прокуроры расследуют вывод только 10,7 млрд. Поиском 2,6 млрд не занимаются, так как, по версии силовиков, их уже возвратили за счет продажи имущества ликвидируемых банков.
«Таким образом, 20% выведенных денег просто выпали из расследования. Получается, те, кто получил украденные из банков деньги, могут эти 2,6 млрд леев оставить себе», — отметил Грибинча.
Почему суммы не сходятся
По словам Грибинчи, в стратегии представлены завышенные данные о деньгах, которые им удалось идентифицировать. В стратегии говорится, что, согласно материалам следствия, Илан Шор вывел из банков 5,2 млрд леев. При этом суд первой инстанции постановил, что в деле есть доказательства вывода только 2,7 млрд леев.
«Это примерно половина суммы, о которой говорят прокуроры. При этом они утверждают, что обнаружили 5,2 млрд. Спекулятивно использовать эти данные, пока приговор не вступил в законную силу», — отметил эксперт.
Кроме того, отметил Грибинча, в стратегии завышена сумма денежного ущерба, которую прокурорам удалось установить. В документе говорится, что Владимир Филат получил от банковской кражи около $25 млн (на тот момент примерно 325 млн леев), а Шор — около $350 млн (4,55 млрд леев). Но по словам Шора, отметил Грибинча, он дал Филату $25 млн из этих $350 млн.
Почему с Шора не взыскали ущерб
В стратегии «власти сообщают о 2,7 млрд леев, которые взыскали с Илана Шора, но это ложь», — сказал Грибинча. «Нет судебного решения о взыскании с Шора этих денег. Судьи отказались рассматривать этот вопрос, рекомендовав начать отдельное судебное разбирательство», — напомнил эксперт. При этом, подчеркнул он, гражданский процесс могут начать, только после того, как завершится судебное разбирательство по делу Шора, что может занять еще несколько лет.
«Судьи были обязаны высказаться о возмещении ущерба, которого требовали прокуроры, но они этого не сделали. Хотя в делах против Филата и Платона суд первой инстанции постановил взыскать нанесенный ущерб», — напомнил Грибинча
Он также отметил, что неизвестно, был ли наложен арест на имущество Шора. «Но известно, что основной бизнес Шора продолжает успешно работать. При этом на все имущество Филата и Платона арест наложили еще на этапе уголовного преследования. Столь разительно отличающийся подход к главному подозреваемому в банковской краже трудно совместить с заявленным намерением властей вернуть похищенные деньги», — сказал эксперт.
Почему более половины дел не дошли до суда
После презентации стратегии, отметил Грибинча, в суд не передали ни одно новое дело о краже миллиарда, хотя прокуроры заявляли, что расследуют их. «Расследования более половины похищенной из банков суммы так и не дошли до суда. Понятно, что расследование очень сложные, но пока нет достоверной информации о том, почему нет судебных дел, это вызывает много вопросов», — подчеркнул эксперт.
Он также подчеркнул, что в стратегии не указано, что «ни один лей из украденного миллиарда до сих пор не возвращен государству» (когда власти говорят о возврате, речь идет о возмещении.
«Конечно, возникают вопросы»
Глава Центра юридических ресурсов назвал стратегию возврата миллиарда, скорее, неким сообщением, а не руководством для расследования. «Эту стратегию опубликовали, чтобы показать ее международным партнерам. Спустя пару дней после публикации стратегии в Брюссель оправилась делегация», — напомнил Грибинча.
Экс-замдиректора НЦБК Кристина Цэрнэ посчитала эту реплику «спекулятивной». «Молдавские делегации ездят в Брюссель каждую неделю, это ничего не значит. У нас есть Соглашение об ассоциации, и делегации — его часть», — сказала она. Цэрнэ также отметила, что власти Молдовы постоянно винят в том, что они ничего не делают для расследования кражи миллиарда, но надо учитывать, что речь идет о масштабном преступлении.
«Часть дел уже в суде. Прошло почти четыре года после обнаружения этой кражи, но нельзя говорить, что совсем ничего не делается. Думаю, все зависит от угла зрения: для нас стакан наполовину пуст или наполовину полон», — сказала Цэрнэ.
При этом она согласилась с тем, что суды повели себя «странно», когда приняли решение провести отдельный гражданский процесс против Шора. «Конечно, возникают вопросы. Но тут может быть и политически аспект, дело и в парламентских выборах, которые не за горами. Было бы прекрасно, если бы тут были прокуроры, которые сказали бы, что тут нет никаких связей, но, может, и не сказали бы, не от прокуроров все зависит в этой стране», — отметила Цэрнэ.
Игорь Боцан согласился с Грибинчей в том, что тем, что стратегия была, скорее, неким «сообщением», чтобы люди не думали, что прокуроры ничего не делают. «Но этот документ глупо составлен, это недопустимо. Кроме того, власти, которые не пришли на этот круглый стол, поставили в себя в незавидное положение. Вы представили документ, но не пришли ответить на вопросы, все это просто пыль в глаза. Мы должны настоять на том, чтобы власти все же снизошли и ответили на наши вопросы», — сказал Боцан.
Станислав Гилецкий, в свою очередь, отметил, что с экономической точки зрения стратегия — это попытка ввести общественность в заблуждение. «В стратегии оперируют 13,3 млрд леев — это те деньги, возврат которых повесили на граждан. Но не факт, что это та сумма, которую вывели из банков. Деньги покидали банки одним путем — через кредиты. На мой взгляд, расследование должно начаться с портфеля кредитов в этих банках, который больше 13,3 млрд», — считает эксперт.
Участники дискуссии, однако, пришли к выводу, что нецелесообразно продолжать ее без представителей следственных органов. Игорь Боцан назвал отношение властей «неадекватным», особенно в преддверии парламентских выборов. И предложил передать анализ стратегии, подготовленный Центром юридически ресурсов, партнерам по развитию. На этом обсуждения стратегии закончились.
