Экс-премьер Валериу Стрелец, исполняющий в отсутствие Владимира Филата обязанности лидера Либерально-демократической партии, посетил пресс-клуб «Социальный резонанс». С подробностями о том, как пресс-клуб в какой-то момент чуть не превратился в бойцовский клуб,— корреспондент NM НИКОЛАЙ ПАХОЛЬНИЦКИЙ.
На встречи с гостями пресс-клуба «Социальный резонанс», созданного и модерируемого Артуром Ефремовым, собираются журналисты, те, кто себя ими считает, правозащитники, общественники, политики, политологи и другие эксперты.
Послушать Валериу Стрельца и задать ему вопросы пятничным вечером, 20 ноября, пришли несколько десятков человек. Первым начал хозяин пресс-клуба Артур Ефремов.
— Скажите, когда вы последний раз были на охоте? — выстрелил он в экс-премьера первым вопросом.
Валериу Стрелец даже немного растерялся.
— Отвечать сразу или подождать все три? — ответил либерал-демократ вопросом на вопрос.
— А что тут еще думать надо? — напирал модератор.
— Очень давно. Один или два раза в жизни — в 2001-м или в 2000 году,— ответил бывший глава правительства.
И на всякий случай добавил:
— Оружие у меня есть.
Затем Ефремов спросил у Стрельца, почему его партия не может объединиться с социалистами и проголосовать за отставку спикера.
— Мы не должны голосовать с кем попало. Мы хотим, чтобы [спикер парламента Андриан] Канду сам подал в отставку. У Канду прямые связи с Плахотнюком,— отвечал Стрелец.
Третий вопрос касался международной политики. Артур Ефремов спросил Валериу Стрельца о том, какими должны быть отношения с Россией.
— Как с базовым партнером, в полной мере осваивая потенциал имеющихся договоров. В нашем понимании, Россия — это держава, пренебрегать ею никак нельзя и отношения нужно поддерживать на нормальном уровне,— отчеканил Стрелец.
А затем добавил, что Россия должна уважать мнение Молдовы и дать ей право геополитического выбора. Россия же, посетовал экс-премьер, ввела эмбарго, когда Молдова выбрала Евросоюз.
Журналистка «Московского комсомольца в Молдове» Елена Ройтбурд продолжила российскую тему и спросила Стрельца, на чем должно основываться более уважительное отношение России к Молдове после запретов на въезд в РМ российским журналистам, обвинений в оккупации.
— Я думаю, что надо меньше заниматься пропагандой — я буду таким же прямым, как и Владимир Владимирович [Путин],— заниматься нужно экономикой, энергетикой, проблемами, за которые люди ратуют и которые им важны,— сказал Валериу Стрелец.
Неожиданно он сообщил, что бывал в Новом Уренгое, где добывается природный газ.
— Себестоимость 1 тыс. кубов газа, выкачанного, очищенного и закачанного в трубу,— $31. Мы покупаем уже по $204,— жонглировал цифрами Стрелец, добавив, что нужно покупать газ по «разумной цене».
— Русские — плохие: накручивают. А «Молдовагаз» почему 100% накручивает? — спросил экс-премьера совладелец газеты «Панорама» Дмитрий Чубашенко.
— Потому что это российско-молдавское предприятие — контрольный пакет у Газпрома,— со смехом ответил Стрелец.
Экс-премьер порадовал собравшихся знанием и других цифр. Так, по его словам, стоимость работ, выполненных в кишиневском аэропорту компанией Avia Invest, получившей этот актив в долгосрочную концессию, составила не предусмотренные концессионным соглашением €45 млн, а чуть менее €5 млн.
С ответом на вопрос, будут ли в стране досрочные выборы, Стрелец нашелся не сразу.
— Сложный вопрос,— задумался он.
Но быстро взял себя в руки:
— Мы понимаем, что выборы вряд ли принесут что-нибудь хорошее гражданам Республики Молдова. Мы считаем, что надо найти решение сейчас, чтобы утвердить правительство. Мы предложили, чтобы премьер был неполитическим.
Экс-премьер добавил, что у его партии уже есть кандидаты на пост главы правительства. Но называть их имена он не стал.
Юриста Константина Гылкэ волновало отсутствие представителей нацменьшинств — украинцев, русских и гагаузов — во власти. Заодно он поинтересовался, рассматривается ли вариант урегулирования приднестровского конфликта, при котором Молдова станет федерацией.
— Может быть, конфедерация, федерация, сделать маленькую Швейцарию в Молдове,— мечтал Гылкэ.
— Швейцарцев мало,— оборвал полет его фантазии кто-то из зала.
— Там три или четыре госязыка! — не сдавался Гылкэ.
— А какой там сыр, Константин Иванович! — вступил Ефремов.
Отвечая на вопросы юриста Гылкэ, Стрелец назвал кадровую тему чувствительной. Он рассказал, как долго искал кандидата на пост экономического советника премьера. Он предложил эту позицию десяти кандидатам, но все отказались, узнав, что зарплата составляет 7 тыс. леев. По признанию бывшего главы правительства, тем, кто согласился бы работать его советником, он даже предлагал доплату из собственных источников. Но никто не соблазнился.
Коснувшись приднестровской темы, Стрелец выдал настоящий эксклюзив, предварив его замечанием, что сейчас расскажет конфиденциальную информацию, которую не стоит высказывать публично.
— Мы обсуждали [приднестровскую тему] с нашими коллегами в правительстве. Мы говорили, слава богу, что приднестровцы пока отказываются обсуждать вопросы из так называемой «третьей корзины»: вопросы политического характера и вопросы безопасности (предполагают урегулирование конфликта на Днестре на основе особого статуса для Приднестровья.— NM). Потому что, если бы они завтра сказали: «Хорошо, мы готовы обсуждать наш статус. Что вы предлагаете?» — мы бы попали впросак, честно говоря,— признался Стрелец.
По его словам, в бытность премьером он поручил вице-премьеру по реинтеграции Виктору Осипову срочно создать рабочую группу и разработать свой сценарий урегулирования приднестровского конфликта.
— Чтобы мы имели свой сценарий на случай разблокирования ситуации. У нас был и «меморандум Козака» и вариант Ющенко, все, что угодно, только не собственный сценарий, кроме закона 2006 года об особом правовом статусе Приднестровья, который не работает и не будет работать,— пояснил экс-глава кабмина.
То, что Валериу Стрелец сообщил о ситуации в переговорном процессе с Приднестровьем, было довольно важно. Молдавские политики, не планирующие заканчивать свою карьеру, никогда еще публично не заявляли того, что заявил бывший премьер: что у Молдовы нет собственного видения урегулирования отношений с Тирасполем.
— Надо разработать свое видение. Можно не называть его федерацией, конфедерацией, но надо знать точно, куда мы идем,— отметил Стрелец.
В конце встречи слово дали экстравагантному общественному деятелю Федору Геличу. И разговор с Валериу Стрельцом едва не перерос в конфликт.
— Мне сложно задавать вопросы. Хочется растерзать, по стенке размазать,— начал Гелич.
— Давай,— ответил Стрелец.
— Но у нас хорошие воспоминания: вместе боролись за чистоту рядов. Я пришел в партию (ЛДПМ.— NM) из идейных соображений,— продолжал Гелич.
— Я тоже,— вставил Стрелец.
— Мы вместе [со Стрельцом] пытались очистить ряды, но получилось как всегда. У меня такой вопрос, я очень хорошо знаю внутреннюю ситуацию, потому что имел подробную информацию.
— Федор Васильевич вопрос, пожалуйста,— не выдержал Ефремов.
Но Федор Гелич не спрашивал. Он выступал.
— В 2013 году мы представили информацию, что Banca de Economii готовится к банкротству, что выводятся деньги. На меня подали в суд, меня таскали по судам. Потом мы говорили об аэропорте — чем там все кончится. То, о чем я говорил, все произошло,— информировал Гелич.— Валера, честно говоря, я смотрел лишь на вас, потому что из всех могикан остались лишь вы один, все ушли. Я думал, что вы среагируете, ведь это был сигнал на весь мир. Вы тихонечко спали в спальне с Плахотнюком — получали оргазм и удовольствие.
Артур Ефремов больше не решался перебивать оратора.
— Но случилось так,— пользовался случаем Федор Гелич,— что, как только Филата арестовали, вы мгновенно вышли с обвинениями и [в адрес] Плахотнюка, и [в адрес] Демпартии. Вспомнили банки, аэропорт. Когда вы были искренние? Сейчас или когда вы молча молчали и спали с Плахотнюком в одной комнате? Тут сидят далеко не лохи, Валера. И вы должны понимать, что мы не глупые люди.
— Все, Федор Васильевич, давайте выслушаем,— включился модератор.
— Да что отвечать?! — не нашелся Стрелец.
— С Плахотнюком вы не спали,— подсказал Ефремов.
— Я не спал с Плахотнюком,— повторил под смех зала экс-премьер.
— Уже хорошо,— похвалил Ефремов.
И Валериу Стрелец продолжил:
— Я стоял у истоков создания партии с 2007-го по 2009 год, пока мы строили партию. Это был воодушевленный прорыв. И я выполнял свою роль в качестве депутата, и я был уверен, что я поступаю правильно всегда. Я не молчал, будет у вас возможность встречаться с Плахотнюком или с господином Филатом — спросите, что на заседаниях совета альянса, на переговорах по созданию очередных правительств меня считали самым неудобным элементом, который постоянно привносил нервозность в обсуждения. Я искренне надеялся, что, будучи премьером, я смогу изменить ситуацию, зная, что происходит, как глубоко мы упали. Я начал по многим базовым направлениям целенаправленно работать без особого шума, гама. В конечном итоге я объявил, слава богу, что мы можем работать с развязанными руками, но это не понравилось нашим партнерам. Поэтому мы будем стремиться, чтобы следующее правительство работало с действительно развязанными руками.
В заключение Артур Ефремов сыграл с Валериу Стрельцом в блиц — задал четыре коротких вопроса, на которые надо было так же коротко ответить.
— Илан Шор должен сидеть в тюрьме?
— Конечно.
— [Экс-премьер] Ион Стурза — «сбитый летчик» молдавской политики?
— Не думаю. Он еще в расцвете сил, главное, чтобы он захотел использовать свой потенциал.
— Владимир Георгиевич Плахотнюк представляет угрозу национальной безопасности Республики Молдова?
— Для меня очевидно, что да, потому что та система, которую он построил, высасывает из республики все силы и ресурсы.
— Валериу Стрелец будет баллотироваться на должность председателя ЛДПМ на предстоящем съезде?
— Систему выборов мы еще будем определять. Я должен быть уверен, что у нас будет хорошая команда, с которой можно работать,— не ответил на вопрос Валериу Стрелец.
