Смерть 32-летнего Андрея Брэгуцы продолжают активно обсуждать в СМИ и соцсетях. Его арестовали за оскорбление полиции при нарушении ПДД, через две недели после ареста он умер в тюрьме при неясных обстоятельствах. По мнению адвокатов и правозащитников, речь идет о системной проблеме: судьи без разбора утверждают запросы прокуроров о предварительном аресте, а насилие по отношению к заключенным стало обычным делом.
По словам адвоката ассоциации Promo-Lex Думитру Слюсаренко, смерть и насилие в молдавских тюрьмах — не единичный случай, а системная проблема. Как пример Слюсаренко привел дело 23-летнего молодого человека, у которого был такой же диагноз как у Брэгуцы — шизофрения. Адвокат пишет, что соседи парня пожаловались в полицию на шум. Полиция зашла к парню в квартиру, и тот от испуга начал защищаться зонтиком. «Никого даже не поцарапали. Но только за это [сопротивление] — уголовное дело и арест на три месяца. В тюрьмах происходят страшные вещи. Они могут случиться с каждым, не говоря уже о человеке с шизофренией, который не понимает, что происходит вокруг, и не знает, как себя защитить», — считает адвокат.
Слюсаренко пишет, что 23-летний арестованный, несмотря на просьбы матери перевести его в одиночную камеру, стал объектом издевательств сокамерников: они гасили об него сигареты, играли на его спине в карты и насиловали. «Запросы были написаны в правительство и во все уполномоченные инстанции. Но, видимо, кто-то должен умереть, чтобы система проснулась», — делает вывод адвокат.
С тем, что речь идет о системной проблеме, согласен и экс-глава Конституционного суда Александру Тэнасе. Он опубликовал на свой странице в Facebook анализ дела Андрея Брэгуцы, сделанный адвокатским бюро Hanganu, Tănase & Partners, сооснователем которого является. Адвокаты бюро считают необоснованным арест на 30 дней за ссору между водителем и двумя полицейскими, даже если первый хулиганил. По их мнению, Брэгуцу в этой ситуации можно было поместить под домашний арест или под судебный контроль, и тогда он бы остался жив.
Адвокаты также указывают на проблемы Брэгуцы с психикой, и в этом случае, по мнению представителей бюро, его не следовало помещать под предварительный арест, а судья был обязан проверить эту информацию. По мнению адвокатов бюро, речь идет о системной проблеме: «К сожалению, в последние годы суды вернулись к советской практике, когда судьи не делают ничего, а только утверждают запросы прокуроров о применении превентивных мер». Адвокаты напоминают, что, согласно практике Европейского суда по правам человека, предварительный арест должен быть исключительной мерой.
Глава Центра юридических ресурсов Молдовы (CRJM) Владислав Грибинча отмечает в своем посте в Facebook несколько несоответствий в деле Брэгуцы: «Человек задержан 15 августа и содержится в отделении полиции сектора Чеканы, а не в Генинспекторате полиции, как это обычно происходит, и где повсюду установлены камеры видеонаблюдения и проводится более тщательное медобследование».
Грибинча отмечает, что в отделении полиции человека можно держать только несколько часов. Эксперт также акцентирует внимание на том, что прокурор ходатайствовал в суде о предварительном аресте на 30 суток, хотя за день до этого видел состояние Брэгуцы, которого должны были направить в психиатрическую больницу, а не в тюрьму. «Но он [Брэгуца] попадает не в тюрьму, как это обычно происходит после ареста, а еще несколько дней содержится [в изоляторе]», — недоумевает Грибинча.
«Слишком много несовпадений наводят на мысль, что человека не отправляли шесть дней [из изолятора] в тюрьму, чтобы [c тела] исчезли некоторые следы», — считает эксперт. Он утверждает, что даже если Брэгуцу избили сокамерники, в чем сам эксперт сомневается, то полиция все равно несет за это ответственность, так как не защитила арестованного. «Как можно делать вывод о том, что смерть наступила из-за пневмонии, если на теле были следы насилия? За подобное в других странах всем [судьям, медэкспертам, прокурору] грозит тюрьма, или, по крайней мере, лишение должностей», — делает вывод глава CRJM.
В соцсетях тем временем активно обсуждают видеоролики полиции, сделанные в момент задержания Брэгуцы и во время попытки провести тест на алкогольное опьянение. Некоторые комментарии полны ненависти к людям с психическими расстройствами. Пользователи соцсетей также недоумевают, как Брэгуца мог получить водительские права и насколько опасно для окружающих было его нахождение за рулем автомобиля.
У правозащитников и адвокатов видео вызвало другие вопросы. Так, адвокат Виолета Гашицой недоумевает, почему в эпизоде во дворе в ответ на агрессию Брэгуцы трое полицейских не нейтрализовали его, а продолжили бить. Она также задалась вопросом, «почему пенитенциар не отказался принимать Брэгуцу и не вызвал скорую, чтобы зафиксировать побои». По версии минюста, напомним, Брэгуца поступил из изолятора временного содержания (подведомствен МВД) в тюрьму №16 (подведомственна минюсту) уже со следами побоев.
«На самом деле они показали, что случилось: [полицейские] не знали, что делать с ведущим себя агрессивно человеком и забили его до смерти. Человек умер в госучреждении, и ответственность за это лежит на государстве», — считает правозащитник Надежда Хриптиевски.
Полиция задержала Андрея Брэгуцу 15 августа возле села Ратуш Криулянского района. По официальной версии, он сопротивлялся патрульным, которые остановили его за превышение скорости, и вел себя «неадекватно». Его доставили в инспекторат Чекан и продержали в СИЗО 72 часа, после чего суд по ходатайству прокуроров поместил его под предварительный арест на 30 суток. Он скончался через две недели после ареста. В руководстве тюрем ранее говорили, что Брэгуца умер от пневмонии, родственники утверждают, что он скончался от побоев в СИЗО.
