«Она отказалась дать показания против Платона»
История сотрудницы Moldindconbank, получившей 8,5 лет тюрьмы
Бывшую сотрудницу Moldindconbank (MICB) Ольгу Пунгу приговорили к восьми с половиной годам тюрьмы по обвинению в мошенничестве в особо крупных размерах. При этом ее должность в MICB не позволяла сделать то, в чем ее обвинили, — это официально подтвердили в банке. По словам Ольги Пунги, дело закрутилось после того, как она отказалась дать показания против Вячеслава Платона. Дело рассмотрели в рекордные сроки. В интервью NM муж Ольги Пунги и ее адвокат рассказали, как переписка в Skype стала основным доказательством в деле, почему за «мошенничество в составе преступной группы» осудили только одного человека, и как Верховный суд вынес приговор в нарушение закона.
Следствие
Иванов Иван Иванович
Насколько я знаю, началось все с обыска у вас дома.
Юрий Пунга (ЮП): Да. 20 января 2017 года в 7 утра к нам пришли с обыском, который длился четыре часа. Изъяли телефоны, несколько флешек и $4 тыс.
Ольга тогда работала в MICB?
ЮП: Она не работала в банке с 1 ноября 2016 года.
муж Ольги Пунги
В открытом письме дипмиссиям, опубликованном в феврале в газете «Молдавские ведомости», Ольга утверждала, что дело против нее набрало обороты, после того как она отказалась дать показания против Платона.

ЮП: После задержания ее привезли в Наццентр по борьбе с коррупцией, где прокурор Мирча Чобану завел ее в отдельный кабинет и предложил дать показания против Вячеслава Платона и других лиц. Она категорически отказалась. После этого прокурор пригрозил ей, что она будет сидеть под арестом минимум полгода.
Ольгу задержали сразу после обыска, а затем поместили под предварительный арест. По версии прокуроров, по указке Вячеслава Платона (он был зампредседателя админсовета MICB) с помощью фальшивой печати она подделывала квитанции об оплате банком госпошлин, которые предоставляли в суды, где рассматривались иски MICB против дебиторов. Деньги, по версии следствия, оставались на счетах банка, но Ольга Пунга и другие обвиняемые по делу «получили так реальную возможность использовать эти деньги» и нанесли государству ущерб в «особо крупных размерах» — 4 млн 138 тыс. 570 леев 77 банов.
***
Адвокат Виктор Мунтяну
Какие обвинения ей предъявили?
Адвокат Виктор Мунтяну (ВМ): Первоначально ей вменяли превышение полномочий в должности администратора банка. Но она никогда не была администратором банка. Последние полтора года она была заместителем главы отдела внутреннего аудита банка, а до этого — начальником управления рекламы и маркетинга. У нее не было права отдавать распоряжения, касающиеся денег, не было доступа к банковским счетам. И это официально подтвердили в банке, в том числе, по запросу суда. Подтвердили и сотрудники банка, выступившие свидетелями.

В сентябре 2017 года обвинение переквалифицировали на более тяжкое — «мошенничество в особо крупных размерах в составе преступной группы». Объяснили это тем, что деньги, которые банк якобы не заплатил за госпошлины из-за фальшивых платежек, она присвоила. Но это же нонсенс. В MICB были проверки, они подтвердили, что банк оплатил все госпошлины, не было ни одного лея недочета. Не было и ущерба государству, что подтвердили в казначействе, то есть не было потерпевшей стороны. Суд даже постановил вернуть ей наличные деньги, которые изъяли при обыске. Но их до сих пор не вернули.

ЮП: Вернули только телефоны и флешки.
ВМ: Более того, суд первой инстанции отменил постановление судьи по уголовному преследованию [об изъятии телефонов, денег, флешек], но только в феврале 2019 года мы обнаружили, что изъятые при обыске деньги изъяли из этого дела и приобщили к другому.
К какому другому?
ВМ: Мы не знаем, о каком деле речь, нам ничего не сообщили. Просто эти деньги взяли и приобщили к другому делу. Мы это обжаловали.
Свидетель из тюрьмы
Во время обыска в квартире Ольги Пунги не нашли ни фальшивую печать, ни фиктивные платежки. Доказательством вины Ольги стала переписка в Skype между пользователем с никнеймом Иванов Иван Иванович (прокуроры утверждают, что за ним скрывался Платон) и пользователем ion_dorogoi (Ион Дорогой — имя адвоката, участвующего, по версии следствия, в мошенничестве с платежками).

28 июля 2014 года ion_dorogoi написал Иванову Ивану Ивановичу такое сообщение: «Здравствуйте, мне нужна госпошлина на 50000 леев, могу ли я обратиться к Ольге П. или заплатить. Спасибо». Затем он отправил еще одно сообщение: «Наберите Ольгу П. Насчет госпошлины она сказала, что без вашей команды ничего делать не будет. Спасибо». Еще одним подтверждением вины Ольги Пунги прокуроры считают показания свидетеля Адриана Цуркана, который рассказал, что по просьбе Иона Дорогоя однажды встречался с Ольгой Пунгой, и она передала ему в конверте «доказательство уплаты госпошлины». По словам Цуркана, Ольга была доверенным лицом Платона, о чем ему якобы рассказал сам Платон.
***

Обвинение доказало, что за этой перепиской стоит Платон, а упомянутая там Ольга П. — это Ольга Пунга?

ВМ: Я представил судьям доказательства того, что в Skype есть 21 пользователь с никнеймом Иванов Иван Иванович, и это приобщили к делу. То есть объективных доказательств того, кто стоит за этой перепиской, в материалах дела нет.
Переписка датирована 28 июля 2014 года. В ней идет речь о госпошлине 50 тыс. леев. Но в материалах дела нет ни одной платежки госпошлины за период с 28 июля 2014 года по апрель 2015 года. Более того, с 24 февраля 2015 по 6 июня 2015, когда эти предполагаемые платежки были выданы, Ольга не работала в банке.
А ее причастность к этой переписке основывалась на ничем не подтвержденном докладе офицера по уголовному преследованию: он просто предположил, что эта переписка касалась ее.
Есть еще показания свидетеля Адриана Цуркана.
ВМ: Тут есть важный нюанс: Цуркан дал показания, после того как его арестовали. Мы не знаем — по этому или по другому делу. При этом согласно решениям ЕСПЧ и Высшей судебной палаты Молдовы, касающимся применения 3 ст. Европейской конвенции о защите прав человека, показания свидетелей, данные под давлением, не могут быть доказательствами в уголовном деле.

Цуркана содержали в кишиневской тюрьме №13. Европейский комитет по предотвращению пыток признал условия содержания в ней бесчеловечными. Есть основания полагать, что этот человек давал показания под давлением. Мы обратили внимание суда и АП на нестыковку этих показаний. В суде он заявил, что не знает, что было дальше с платежкой, которую ему якобы дала Ольга, и не знает, была это настоящая платежка или фиктивная.
Ольга знакома с этим человеком?
ЮП: Она его не знает и никогда с ним не встречалась. Этот человек никогда не работал в банке. Он говорил, что об Ольге ему рассказал другой фигурант этого дела, который раньше был сотрудником банка.
Таинственная группировка
В своем письме Ольга утверждает, что дело против нее сфабриковали. Зачем?
ЮП: Чтобы создать преступную группировку вокруг Вячеслава Платона. Очень многих сотрудников MICB вызывали в НЦБК, в прокуратуру, некоторых допрашивали с утра и почти до ночи. Их отпустили. Возможно, они что-то писали или подписывали, но я не могу это утверждать.
Но в итоге по этому делу приговорили только Ольгу?
ЮП: Некоторые получили условные сроки, но эти люди не из Moldindconbank. Точной информации о сотрудниках банка у меня нет, но я точно знаю, что реальный срок получила только Ольга.

ВМ: Начиная с 2017 года, когда Ольгу арестовали, мы запрашивали информацию о том, кто еще проходит по этому делу и в каком процессуальном статусе (в материалах дела мы не видели других обвиняемых). Кроме того, каждый раз, когда ей продлевали предварительный арест, я распечатывал информацию из базы данных Погранполиции, МВД, Интерпола о разыскиваемых лицах по этому делу. В этих базах не было никого по делу Ольги. В течение всего процесса мы спрашивали, есть ли мандаты на арест других лиц по делу, но прокуратура нам ничего не отвечала. Мы дважды просили пригласить для дачи показаний Вячеслава Платона, но прокуроры были категорически против, и судьи их поддерживали.
Я спрашивала адвокатов Платона об этом деле. Ему не предъявляли обвинения по этому делу.
ВМ: Это некий парадокс, что по статье о преступлении, совершенном группой лиц, осудили одного человека.
Суд
Следствие по делу завершили за месяц. Судебный процесс по требованию прокуроров был закрытым. Суд Буюкан приговорил Ольгу Пунгу к восьми с половиной годам тюрьмы. Апелляционная палата переквалифицировала обвинение и приговорила ее к 2,5 годам тюрьмы за злоупотребление служебным положением. Высшая судебная палата отменила решение АП и подтвердила решение первой инстанции, приговорив Ольгу Пунгу к восьми с половиной годам заключения.
***
Как проходил судебный процесс в первой инстанции?
ВМ: Все происходило очень быстро. Суд очень торопился, объясняя это тем, что нарушаются права Ольги, которая находится под предварительным арестом. Мы настаивали, что спешка недопустима, что должны быть представлены все доказательства по этому делу. Мы просили допросить в суде свидетелей. И впервые за свою практику я столкнулся с тем, что суд установил срок, в течение которого готов заслушать показания наших свидетелей, а, если мы не уложимся в этот срок, то свидетелей слушать не будут.
Но самое вопиющее нарушение связано с ответом ЕСПЧ на нашу жалобу о чрезмерности применения предварительного ареста и нарушении прав Ольги. ЕСПЧ сообщил, что принял жалобу к рассмотрению, но судья даже не подготовила постановление по этому поводу, как положено по закону. Лишь сказала, что ознакомится и приложит к делу.
Судебный процесс был закрытым. Почему?
ВМ: Об этом ходатайствовал прокурор, ссылаясь на банковскую тайну. При этом из всех представленных обвинением доказательств только один процессуальный документ изъяли из банка, согласно процедуре. В законе четко прописано, что документы, связанные с коммерческой или банковской тайной, могут быть изъяты только по распоряжению судьи по уголовному преследованию. В деле Ольги есть только одно такое распоряжение судьи, при этом банковских документов много. Я настаивал на том, чтобы суд не признавал эти документы, поскольку они не были получены согласно процедуре. Но суд это ходатайство отклонил.
Как получилось, что АП переквалифицировала обвинение и смягчила приговор?

ВМ: Мы просили АП рассмотреть дело по существу, и эту просьбу удовлетворили. В то же время мы просили повторно допросить свидетеля, который давал противоречивые показания, но нам отказали, просили допросить Вячеслава Платона и тоже получили отказ. Чувствовалось нежелание суда выяснить, какова его роль, имеет ли он отношение к этому делу. Но в целом АП выслушала наши аргументы, хотя мы просили полностью отменить приговор, так как, на наш взгляд, обвинения в превышении служебных полномочий так же необоснованны, как и обвинения в мошенничестве. Никак не было доказано, что Ольга была посредником и выполняла чьи-то указания.
ВСП подтвердила приговор первой судебной инстанции. Насколько это соотносится с общепринятой судебной практикой?
ВМ: ВСП отменила решение Апелляционной палаты. С нашей точки зрения, то, что сделал Верховный суд, — абсолютно незаконно. В первой кассационной жалобе прокуроры просили вернуть дело на пересмотр. А затем прокуроры подали кассационную жалобу с совершенно другим требованием — отменить решение Апелляционной палаты.
То есть они подавали кассацию дважды?
ВМ: Да, прокуроры подали две кассационные жалобы с принципиально разными требованиями. И Высшая судебная палата вынесла свое решение по второй, которую подали с нарушением сроков. ВСП приняла эту жалобу к рассмотрению, до того как истек срок, когда Ольга сама могла подать отзыв на первую кассацию прокурора или мою кассационную жалобу, в которой я требовал ее оправдать.

Я просил ВСП отложить в связи с этим рассмотрение дела. У Ольги, кроме того, было право подать свою жалобу. Верховный суд, приняв к рассмотрению вторую кассацию прокуроров, тем самым нарушил право Ольги на защиту.
Что дальше
После приговора ВСП вы будете еще раз обращаться в ЕСПЧ?
ВМ: Обязательно, учитывая, какие вопиющие нарушения были допущены в этом деле. Есть еще один момент. Уголовное дело против Ольги открыли на основании жалобы одного лица. Этот человек был администратором нескольких фирм, против одной из них подали исковое заявление в суд. В нем тоже шла речь о неуплате госпошлины. Суд отложил рассмотрение этого дела, пока не будет уплачена госпошлина. Ее оплатили, суд не посчитал это проблемой. Чтобы вы до конца все понимали — это решение принимала та же судья, которая рассматривала дело Ольги Пунги.

ЮП: Это двойные стандарты.
ВМ: Судья была обязана взять самоотвод по делу Ольги. Мы просили ее отвода, но отвод отклонили. Еще одно нарушение связано с предварительным арестом. В законе четко сказано, что прокуроры должны подавать ходатайство о продлении меры пресечения не позднее чем за пять дней до истечения срока действия меры пресечения. Срок ареста истекал 5 января, оглашение приговора суд назначил на 3 января. То есть ходатайство о продлении ареста прокуроры должны были подать до 1 января, но не подали.

В законе сказано, что в случае нарушения этого срока, судья без участия сторон отклоняет ходатайство. А в нашем случае судья продлила арест в отсутствии ходатайства об этом прокурора.
ВСП вынесла окончательный приговор по делу. Какие еще шаги возможны в этом случае?
ВМ: Мы будем требовать пересмотра судебного процесса.

ЮП: Речь идет о ходатайстве об аннулировании решения суда.

ВМ: Будем использовать все законные возможности, которые еще остались на национальном уровне.
А что говорит Ольга?
ЮП: Она уже ни во что не верит. Столько нарушений, столько преступлений совершили судьи и прокуроры против нее.

ВМ:
К сожалению, очень часто мне и моим коллегам адвокатам приходится объяснять подзащитным, почему творится явное беззаконие. И мы не можем это объяснить. Человек показывает Уголовно-процессуальный кодекс и говорит: вот здесь написано одно, но происходит совсем другое. Как в случае с Ольгой — по обвинению в мошенничестве в составе преступной группы приговорили почему-то одного человека, который не коснулся ни одного лея со счетов банка. Во время обыска у Ольги не нашли ничего. НЦБК провел техническую экспертизу изъятых телефонов и флешек, переписки в Skype, представленных прокурорами документов и не нашел ничего относящегося к делу.
Текст: Александра Батанова
Главное фото: Pixabay
Оформление: Татьяна Булгак