Операция Про-Молдова. Три спорных вопроса о новом курсе Демпартии, будущих выборах и союзе с социалистами
|
Лидер Демократической партии (ДПМ) Владимир Плахотнюк провозгласил новый партийный курс. После нескольких лет попыток закрепиться в качестве главной проевропейской силы ДПМ пойдет на парламентские выборы как «промолдавская» партия. Обозреватель NM Евгений Шоларь сформулировал три главных вопроса о перепозиционировании правящей партии и перспективе создания коалиции после выборов. И обсудил их с президентом Института стратегических инициатив (IPIS) Андреем Поповым.
1. Демпартия отходит от проевропейского курса?
Объявление лидера Демпартии Владимира Плахотнюка о том, что ДПМ теперь будет партией «Про-Молдова», многие восприняли как отказ от прежнего проевропейского курса. Действительно, с 2016 года правящая партия пыталась представить себя главным проводником курса на евроинтеграцию и первым защитником европейского будущего Молдовы от реванша пророссийских сил.
После отмены результатов выборов мэра Кишинева отношения между молдавскими властями и Евросоюзом резко охладились. «И вот за полгода до решающих парламентских выборов в Демпартии, вероятно, посмотрев на цифры очередного соцопроса, поняли, что без поддержки ЕС на проевропейском фланге им искать нечего», — говорит Андрей Попов.
Демократы, по его словам, не выдержали конкуренции с правой оппозицией в борьбе за проевропейского избирателя. «И как в басне Крылова про лису и виноград: раз не могут дотянуться до желанной грозди, значит, „виноград зеленый“. И можно попытать счастья на промолдавском фланге», — добавил эксперт.
Сами демократы, впрочем, уверяют, что об отказе от европейского курса речи нет. По словам почетного председателя ДПМ Дмитрия Дьякова, «Про-Молдова означает продолжение европейского курса». Но, в отличие от геополитической версии евроинтеграции, которую в последнее время исповедовали демократы, «промолдавская евроинтеграция» означает объединение всех граждан вокруг идеи построения Европы у себя дома.
2. Демпартия возвращается в центр?
Заявленный отход Демпартии от геополитики и смену тональности риторики на примирительную можно было бы рассматривать как ее смещение в политический центр. Именно для центристских партий характеры умеренные взгляды, тезисы об объединении общества и сохранении стабильности.
В течение последних двух с половиной лет Демпартия позиционировала себя, скорее, как правую партию. «Правизна» ее, впрочем, в основном заключалась в эксплуатации антироссийского популизма, в попытке заработать легкие политические очки и голоса крайне правого электората, для которого объявление персоной нон грата Дмитрия Рогозина или высылка российских дипломатов важнее украденного миллиарда, имитации реформ и захваченного государства.
Смещение в политический центр, по мнению Андрей Попова, рассчитано на привлечение голосов умеренных избирателей, которые не готовы голосовать за Додона, лояльно относятся к евроинтеграции и не доверяют правым, потому что боятся объединения с Румынией. «На них рассчитана объединительная риторика, заявления об отказе от геополитики и о собирании Молдовы в кулак», — говорит эксперт.
Впрочем, уместно ли вообще говорить о месте Демпартии на шкале правые-левые? ДПМ в значительной мере даже не центристская, а внеидеологическая партия, для которой контроль над административным и финансовым ресурсом значит куда больше любых идеологий, «принципов и ценностей», произвольно меняющихся политических лозунгов и… союзников.
3. Демократы и социалисты готовы к «промолдавской» коалиции?
Последние два года политические аналитики прогнозировали создание после будущих парламентских выборов той или иной формы коалиции демократов с социалистами. Особенно после того, как в 2017 году Додон свел на нет антиевропейскую риторику, а две партии после очевидной «игры в пас» вместе проголосовали за переход к смешанной избирательной системе, удобной для демократов.
Так что объявление демократами нового «промолдавского» курса не стало сенсацией, а, скорее, было воспринято как логичный шаг к такому сценарию. «Додон чуть раньше отступил слева ближе к центру, умерив геополитическую риторику, отказавшись от идеи денонсации Соглашения об ассоциации с ЕС и даже заявив о том, что Молдова должна подготовиться к вступлению в ЕС, — говорит Андрей Попов. — Теперь Демпартия справа делает шаг навстречу. Это очевидная подготовительная мера к созданию поствыборной коалиции. Осталось лишь обставить дело технологически, с чем у демократов никогда проблем не было».
Сами демократы и социалисты такие планы отрицают. Социалисты убеждают, что «промолдавская» метаморфоза демократов — обман и уловка. В Демпартии до сих пор уверяли, что коалицию будут создавать с проевропейцами, а все разговоры о будущем союзе с социалистами — спекуляции. И пока что это действительно лишь аналитические прогнозы и предположения.
Но факты таковы: Додон и социалисты не раз заявляли, что готовы к коалиции только с «промолдавскими» политическими силами. Демократы говорили, что не вступят в альянс с партиями, выступающими против Европы. Что ж, после парламентских выборов в законодательном органе окажутся по меньшей мере две политические силы, называющие себя «промолдавскими», и при этом не враждебные евроинтеграции. И их мандатов, скорее всего, хватит для того, чтобы создать парламентское большинство и сформировать правительство.
Подписаться на NM Espresso
Ежедневный дайджест главных новостей Молдовы на вашей почте
Финляндия, которую уже восемь лет называют «самой счастливой страной мира» – это общество, далеко не лишенное тревог, кризисов и уязвимостей. Страна только начинает выходить из рецессии, уровень безработицы остается высоким, а психическое здоровье молодежи вызывает серьезные опасения – в том числе из-за уровня самоубийств, превышающего средний по ЕС.
Разница с Молдовой – не в отсутствии проблем, а в их признании и в том, как с ними работают. Журналистка NewsMaker Стела Унтила посетила несколько организаций, занимающихся психическим здоровьем молодежи. Почему Финляндия делает ставку на профилактику и раннее вмешательство, что думают финские эксперты о влиянии соцсетей, как специалисты выходят на молодежь через видеоигры и какие различия между двумя странами заметил психиатр из Молдовы – в материале NM.
Ознакомительный визит в Финляндию прошел с 4 по 10 апреля 2026 года и был организован в рамках программы EU4Youth для участников из шести стран Восточного партнерства – Беларуси, Армении, Азербайджана, Украины, Грузии и Молдовы.
Финляндия и Молдова: одни проблемы, разные ответы
Тревожность, депрессия, социальное давление, неопределенность будущего или чувство изоляции есть и в Финляндии, и в Молдове. Разница – не столько в природе этих проблем, сколько в том, как их признают и лечат. В Финляндии действует Национальная стратегия психического здоровья и программа профилактики самоубийств на 2020–2030 годы. Основной акцент – на продвижении благополучия, профилактике и раннем вмешательстве.
Это не значит, что Финляндии удалось избежать сложностей. Напротив: примерно 77% женщин и 70% мужчин в течение жизни ставят по крайней мере диагноз психического или поведенческого расстройства. Проблемы психического здоровья лежат в основе 55% случаев назначения пенсий по инвалидности. Среди молодежи от 20% до 25% живут как минимум с одной такой проблемой, около 10% сталкивались с серьезными суицидальными мыслями, а 5% предпринимали попытки самоубийства. Экономические убытки от этих проблем огромны: уже в 2011 году они оценивались примерно в €11 млрд, и сегодня, без сомнения, эта сумма значительно выше.
Иными словами, Финляндия – пример не потому, что там нет психологических проблем, а потому, что там раньше признали проблему и выстроили вокруг нее систему поддержки.
Yeesi, Helsinki, Finland
Yeesi: психическое здоровье как ресурс, а не только отсутствие болезни
Yeesi – первая национальная организация в Финляндии, работающая с психическим здоровьем молодежи. Ее главный посыл прост: психическое здоровье – это не только отсутствие болезни, но и ресурс, который нужно развивать и поддерживать. Организация работает с молодыми людьми от 13 до 29 лет, сочетая прямую помощь с адвокацией.
В финской модели вовлечены не только психологи и психотерапевты. Важную роль играют молодежные работники – они присутствуют в школах, общественных центрах и неформальных пространствах. Также широко используется поддержка «равный–равному» (peer-to-peer), которая снижает стигматизацию и делает помощь более доступной для тех, кто не готов обращаться к формальным службам.
Однако и финские организации не застрахованы от проблем. Если несколько лет назад в Yeesi работали 15 человек, то в 2026 году осталось всего шесть.
«У финского правительства очень давние и тесные отношения с НПО. Государство во многом зависит от них: есть множество услуг, которые оно само не предоставляет, потому что их оказывают НПО. Или же государство закупает эти услуги у них. Сейчас эта модель меняется. Финансирование сектора сокращают, аргументируя это тем, что такие функции должно выполнять государство. Но при этом правительство не перераспределяет эти средства в публичный сектор. В итоге эти услуги просто исчезают – и сотни тысяч людей остаются без помощи, которая им необходима. И это, на мой взгляд, обойдется очень дорого в будущем, потому что раннее вмешательство и профилактика крайне эффективны», – объясняет эксперт по адвокации Yeesi Эрика.
Она же развенчивает образ Финляндии как социального рая: «Это миф, элемент маркетинга. Финляндия 5–10 лет назад – это уже не та Финляндия, что сегодня. Я даже не уверена, что когда состарюсь, у меня будет пенсия. Нам кажется, что у нас все хорошо, но это не так. Потому что доходы напрямую влияют на доступ к медицинской помощи».
Пандемия, война в Европе, экономический кризис и безработица изменили настроение и уровень оптимизма молодежи в отношении будущего.
«В последние годы появилась новая уязвимая группа по части суицидальных мыслей – женщины в возрасте 30–39 лет. Молодежь перестает верить в будущее. Только треть из них смотрит на него с оптимизмом», – добавляет Эрика.
MIELI Mental Health Finland Foto: Stela Untila/NewsMakerMIELI Mental Health Finland Foto: Stela Untila/NewsMakerMIELI Mental Health Finland Foto: Stela Untila/NewsMaker
MIELI: доступная, анонимная и адаптированная к реальности молодежи помощь
MIELI Mental Health Finland – старейшая в мире неправительственная организация, занимающаяся психическим здоровьем. Уже более 120 лет она помогает жителям Финляндии справляться с жизненными кризисами. Сегодня многие ее программы ориентированы на молодежь.
Один из самых востребованных сервисов – Sekasin («Messed up» – в переводе с английского), анонимный и конфиденциальный чат для молодых людей от 12 до 29 лет. На другом конце – не ИИ-боты, а реальные люди, которые общаются с подростками и молодежью в трудных ситуациях, даже если речь идет не о тяжелых кризисах. Только в 2025 году состоялось около 55 тыс. таких разговоров.
«Июль – месяц, когда нас буквально заваливают обращениями. Потому что в Финляндии все уходят в отпуск, и врачи часто предупреждают пациентов, что будут отсутствовать месяц или полтора. В случае срочных ситуаций они могут обратиться к нам», – рассказывает онлайн-консультант Сиру.
Сейчас консультации проводят восемь волонтеров – четверо днем и четверо ночью. Чат Sekasin работает семь дней в неделю, включая праздники. Данные показывают, что большинство пользователей – в возрасте от 20 до 24 лет.
«Один разговор длится не более 45 минут. Нас учат, как мягко его завершать. Чаще всего к нам обращаются молодые люди, которые испытывают стресс, тревожность, депрессию, страхи, расстройства пищевого поведения. На втором месте – проблемы в отношениях: романтические, с родителями, сверстниками, в школе… Затем идут случаи самоповреждения, вопросы идентичности и самооценки», – объясняет Сиру.
В случаях, когда речь идет о суицидальных мыслях, консультанты передают информацию в полицию. «Полиция нас знает – достаточно сказать, что я из Sekasin, и дальше следует вопрос: дайте IP-адрес компьютера. Но мы не всегда сообщаем, потому что верим в силу разговора и в то, что можем убедить человека обратиться за помощью, а не идти на крайние меры», – добавляет Сиру.
Гейминг как пространство поддержки психического здоровья
Еще один способ, которым Финляндия пытается достучаться до молодежи, – идти туда, где она уже проводит время: в видеоигры и онлайн-платформы.
Sekasin Gaming – это платформа, которая использует гейминг как точку входа для человеческого контакта и эмоциональной поддержки. Молодые люди заходят на сервер, играют, общаются в голосовых и текстовых чатах, участвуют в онлайн-мероприятиях. Около 47% пользователей – в возрасте от 18 до 24 лет, еще 30% – младше 17 лет.
Таким образом, игровое пространство превращается в место, где молодежь не только развлекается, но и общается, устанавливает связи и иногда просит о помощи. Сервис включает анонимный чат, основанный на поддержке «равный–равному», и доступен круглосуточно. Это крупнейшее национальное онлайн-сообщество для молодежи в Финляндии.
Система во многом держится на волонтерах. «Когда мы видим, что один из модераторов проводит слишком много времени в чате, мы рекомендуем ему взять неделю-две перерыва, потому что это становится опасно для его собственного психического здоровья», – объясняет Лукас.
За прошлый год в чате отправили около 2 млн сообщений. Из особенностей – присутствие полиции на сервере.
«У нас на сервере есть два полицейских. Мы спросили пользователей, как они к этому относятся, и большинство было не против. Потому что финская полиция очень дружелюбная», – говорит, смеясь, Лукас.
«В Финляндии полиция воспринимается как помощник. Мы называем их “gaming police”. На платформе молодежь чувствует, что может им доверять и напрямую обращаться, если с ними что-то случилось или нужна чувствительная информация», – добавляет он.
Когда помощь выходит на улицу
Однако не вся работа происходит онлайн. Программа Sekasin LIVE – это офлайн-инициатива, которую реализуют MIELI и восемь региональных кризисных центров. Она ориентирована на молодежь от 12 до 29 лет и работает там, где молодые люди проводят время: в школах, молодежных центрах, библиотеках, торговых центрах и других общественных пространствах. Команда небольшая – всего восемь человек. Они общаются с молодежью индивидуально или в группах.
«Например, если учитель говорит, что в какой-то школе ученики чувствуют себя одинокими или там есть буллинг, мы можем создать группы. Иногда мы направляем молодых людей в кризисный центр или к другим специалистам. В одном месте мы проводим воркшоп по управлению эмоциями, в другом – выходим на улицу, чтобы просто поговорить с молодежью. Мы стараемся пробовать разные подходы», – рассказывает руководитель команды Эрика.
Но и здесь есть финансовая уязвимость. Проект в основном финансируется за счет частных пожертвований, в том числе от страховой компании.
Главный посыл организации – молодежи не всегда нужны новые сервисы, концепции или программы. Им нужны надежные и внимательные взрослые в повседневной жизни, которые могут просто спросить: «Как ты? Что с тобой происходит?».
«Чтобы потребность в помощи не превращалась в потребность в лечении»
Та же логика раннего вмешательства лежит в основе программы Walk in Therapy. Ее девиз говорит сам за себя: «Чтобы потребность в помощи не превращалась в потребность в лечении».
Программа появилась в Финляндии в 2021 году как пилотный проект, а уже через год стала национальным сервисом. Она бесплатная, анонимная и не требует предварительной записи, хотя в некоторых местах такая возможность есть. Как правило, Walk in Therapy предполагает одну терапевтическую сессию.
«Иногда одного профессионального разговора достаточно. Клиенты могут продолжить сессии, но не обязательно с тем же психотерапевтом. Также можно прийти на встречу с сопровождающим – родителем, другом, партнером. Мы можем делать заметки, но не ведем записи, а в конце сессии уничтожаем все бумаги. В Финляндии, если вы получаете направление на психотерапию, может пройти немало времени, прежде чем вы попадете к специалисту. В этом случае walk in therapy может стать формой поддержки», – объясняет координатор проекта Мийка.
В прошлом году сервисом воспользовались более 2,6 тыс. человек, большинство – в возрасте от 19 до 25 лет. Сейчас он доступен в 34 населенных пунктах, более чем в 50 точках, а также онлайн в определенные часы.
Sosped, Helsinki, Finland Foto: Stela Untila/NewsMaker
Sosped и новые зависимости цифровой эпохи
В Финляндии психическое здоровье все чаще рассматривают и через призму новых поведенческих зависимостей: чрезмерный гейминг, соцсети, азартные игры. Одна из организаций, которая напрямую работает с этими проблемами, – Sosped. Это НПО, развивающая услуги на основе поддержки «равный–равному» и личного опыта – люди, прошедшие через такие трудности, становятся наставниками для других.
Одно из ключевых направлений – программа по цифровым зависимостям для людей от 18 до 35 лет. Она сочетает профессиональную помощь с группами взаимной поддержки и включает ранние интервенции, буткемпы и даже digital detox retreats – лагеря на несколько дней без гаджетов, где участники пытаются хотя бы временно выйти из среды, поддерживающей нежелательное поведение.
Помимо цифровых зависимостей, Sosped работает и с проблемой азартных игр. Масштаб явления значительный: около 4,2% взрослого населения Финляндии играют на уровне риска или имеют проблемное поведение, а 20% финнов говорят, что пострадали от зависимости кого-то из близких.
«Азартные игры – часть финской культуры. Но они становятся проблемой, когда начинают мешать нормальной жизни», – объясняет эксперт по цифровой среде Хельми.
Она также поддерживает идею, которая все чаще обсуждается в разных странах, – ограничивать доступ подростков младше 15 лет к некоторым социальным платформам: «Показательный пример – отношение технологических магнатов из Кремниевой долины к собственным детям. Они ограничивают или даже полностью ограждают их от соцсетей и электронных устройств, давая им бумагу и карандаши. Думаю, это о многом говорит».
По сути, все опрошенные эксперты сходятся в одном: выход в офлайн и общение в реальных пространствах остаются ключевыми для психического здоровья.
Foto: Stela Untila/NewsMaker
Публичная библиотека как инфраструктура профилактики
В Финляндии профилактика – это не только психологические услуги, но и общественные пространства, спроектированные так, чтобы снижать изоляцию и укреплять чувство принадлежности. Библиотека Oodi в Хельсинки расположена в нескольких минутах от центрального вокзала, прямо напротив парламента. Здание имеет три этажа и площадь более 17 тыс. квадратных метров.
На первом этаже люди разного возраста играют в шахматы, отдыхают в лаунж-зоне, пользуются настольными играми, бильярдом или берут мячи для баскетбольной площадки рядом со зданием. На стенах – фотовыставка о психическом здоровье.
Здесь молодежные работники не просто следят за пространством, но и помогают молодым людям заполнять анкеты для трудоустройства или заявки на аренду жилья. «Здесь рады всем, независимо от национальности. Если человек не говорит по-фински или по-английски, используем Google Translate – справляемся», – говорит одна из сотрудниц. И добавляет с легкой иронией: «Раньше мы работали и в субботу, и в воскресенье. Теперь только по субботам – решили сократить расходы».
Второй этаж задуман как пространство для творчества и работы: музыкальные и фотостудии, 3D-принтеры, лазерные резаки, швейные машины, игровые комнаты, небольшие стеклянные кабинеты для работы и встреч. Картина, где в одной комнате дети играют в Roblox, в соседней пожилые женщины обсуждают что-то за круглым столом, а в другой проходит кружок вязания, говорит, пожалуй, больше любого отчета о финском понимании сообщества.
На третьем этаже – самом тихом – пространство больше напоминает классическую библиотеку, но и здесь есть зоны для чтения, работы, отдыха и общения. Среди деталей, придающих Oodi ощущение пространства будущего, – три логистических робота: Пату, Тату и Веера, названные в честь персонажей детских книг. Они ежедневно перемещаются между стеллажами и используют лифт для перевозки книг.
Библиотека открылась в 2018 году после трех лет строительства. Стоимость проекта составила около €93 млн, плюс еще около €2 млн на планирование и сопутствующие расходы. Финансирование обеспечили на 69% муниципалитет Хельсинки и на 31% – национальные фонды. Все услуги здесь бесплатны.
В Молдове проблемы психического здоровья во многом схожи, но подход к ним отличается. Александру Чобану – психиатр и психотерапевт. Уже почти 12 лет он возглавляет Центр общественного психического здоровья в Чимишлии. Он описывает структурную проблему: профилактику сложно измерить – и, соответственно, она плохо финансируется.
«Если вы лечите десять случаев, их можно задокументировать, и вам скажут “молодец”. Но если вы предотвратили 100 случаев, вы не можете их показать», – говорит он.
В медицине по-прежнему доминирует реактивная помощь – уже после того, как проблема возникла. Однако Молдова уже не там, где была 15–20 лет назад. За последнее десятилетие система заметно изменилась. Специалист говорит о постепенном переходе от жесткой и карательной советской психиатрической модели к более общественно ориентированной – с упором на согласие пациента, коммуникацию и интеграцию услуг в повседневную жизнь.
Иными словами, Молдова не начинает с нуля: есть общественные центры, дружественные молодежи, обученные семейные врачи и больше открытости к темам депрессии, тревожности и выгорания, чем раньше.
Одно из ключевых отличий от Финляндии в том, что в Молдове работа системы часто держится на личных усилиях специалистов, проектах, грантах или локальных инициативах. Система существует, но зачастую «справляется как может».
«Если, например, вы хотите сделать буклет для подростков о признаках депрессии, нужно писать проект, искать доноров. Много бюрократии. Зато политических листовок – сколько угодно, мусорные баки ими переполнены. В этом моя боль – ресурсы не выделяются. А специалисты в молодежных и общественных центрах выкручиваются как могут», – говорит Александру Чобану.
По его словам, наиболее распространенные проблемы психического здоровья в Молдове – бессонница, тревожность, панические атаки и депрессия. Иногда они возникают по отдельности, иногда взаимно усиливают друг друга.
«В Молдове каждый четвертый человек хотя бы раз сталкивается с депрессией. Каждый пятый – с паническими атаками. Думаю, каждый третий хотя бы раз испытывает проблемы со сном – бессонницу или частые пробуждения. И, как минимум, один из десяти молдаван принимает антидепрессанты», – говорит Чобану.
Некоторые группы более уязвимы: «Интеллектуальные профессии вовлекаются сильнее, у них чаще возникает выгорание. А выгорание – это “звонок в дверь”. Если на него не реагировать, могут развиться тревожность, депрессия, бессонница или даже психотическое расстройство», – добавляет психиатр.
Одна из ключевых причин роста проблем психического здоровья в Молдове – социальная культура истощения. Во многих профессиональных средах переработка по-прежнему воспринимается как признак ответственности, серьезности или нормы.
«У нас есть эта культура – работать до изнеможения, она передается из поколения в поколение. Особенно это касается врачей и учителей. Они много работают, не берут отпуска, работают даже в отпуске. Берут дополнительные часы – либо потому что некому работать, либо из-за чувства ответственности перед людьми, либо потому что нужны дополнительные источники дохода», – объясняет эксперт.
Такая культура приводит не только к усталости, но и к постоянному откладыванию момента, когда человек обращается за помощью. Иными словами, многие приходят к специалисту уже тогда, когда проблема стала серьезной.
Именно поэтому Чобану настаивает на профилактике и использует простую метафору: «Я всегда говорю пациентам про «звонок в дверь». Когда вы уже заболели и лежите на носилках, вам нужна операция, уколы или длительная психотерапия. А профилактика – это когда «звонок» слышен не у двери, а еще у ворот».
Одиночество, миграция и давление «преуспеть»
К экономическим и профессиональным проблемам добавляется еще одно – менее обсуждаемое, но все более заметное – одиночество.
«В последнее время в Молдове все чаще возникает проблема одиночества. Большие семьи из трех поколений встречаются все реже, каждый живет отдельно. Семьи становятся меньше, а люди чувствуют себя все более одинокими. Тем более что многие уезжают – или один из родителей. Я вижу клиентов 30–40 лет, не состоящих в браке или разведенных, которые привыкают к одиночеству и с трудом выстраивают отношения», – рассказывает врач.
Он также отмечает, что давление – «преуспеть» в жизни, создать семью, уехать за границу или, наоборот, остаться и «справиться» – часто сочетается с ослабленной системой эмоциональной поддержки. Многие молодые люди растут в семьях, затронутых миграцией, разлукой или эмоциональным отсутствием. Другие сразу попадают в ритм работы, учебы и тревоги за будущее, не имея инструментов для управления стрессом.
Социальное давление не исчезает с возрастом. «Есть это постоянное давление: когда ты женишься, почему не женишься, когда будут дети?» – говорит Чобану. В итоге и взрослая жизнь превращается в пространство сравнения, вины и недовольства собой.
Александру Чобану, психиатр-психотерапевт
При этом у молодежи в Молдове все же есть возможности получить помощь: «Если говорить о молодых людях с 16 лет, которые чувствуют себя плохо, они могут обратиться к семейному врачу или медсестре – они прошли обучение. Также можно пойти в центр, дружественный молодежи, в Центр общественного психического здоровья, к частным психотерапевтам, в том числе на онлайн-сессии», – говорит Чобану.
По его словам, за последние годы изменилась и ситуация со стигмой. Люди легче обращаются к специалистам, семейные врачи лучше подготовлены, а сама идея обращения за помощью больше не вызывает такого стыда, как раньше.
Тем не менее стигма не исчезла полностью. Особенно в небольших сообществах сохраняется страх быть «отмеченным» или осужденным. Кроме того, многие по-прежнему воспринимают психические страдания как слабость или недостаток силы воли. Поэтому модернизация системы – это не только вопрос медицинских услуг, но и образования, языка и социальной культуры.
Онлайн-среда: ресурс и риск одновременно
Как и в Финляндии, цифровая среда в Молдове играет двойственную роль. С одной стороны, соцсети могут быть входом в помощь. По словам Чобану, чаще всего молодые люди именно там и обращаются за поддержкой:
«Очень часто нам пишут: хочу записаться, сколько это стоит, есть ли страховка. Кроме того, они видят страницы центров, где находят информацию. Меня часто рекомендуют в группах».
С другой стороны, эта же среда может усиливать тревожность, депрессию и чувство небезопасности. «В соцсетях вы сами выбираете, что смотреть – негатив, политику, войну, темы, которые усиливают тревогу и депрессию», – говорит он.
Он вспоминает период пандемии, когда многие пациенты рассказывали, что даже открытие Facebook вызывало у них панику, тревогу или страх.
Его сравнение простое: «Соцсети – как нож. Им можно резать хлеб, а можно ранить человека».
Эта позиция делает его скептичным по отношению к идее полного запрета соцсетей для подростков. По его мнению, запреты не решают проблему, а лишь смещают ее в другие, иногда более опасные зоны. Решением может быть цифровое образование, диалог между родителями и детьми и активное присутствие взрослых в онлайн-пространстве подростков.
Чего не хватает Молдове: не только денег, но и людей
Молдове не хватает не только финансовых ресурсов. Не хватает институциональной устойчивости, предсказуемости и способности превращать удачные инициативы в стабильную политику.
По мнению Чобану, в целом законодательная база неплохая, но есть пробелы и необходимость доработки. В частности – в «серых зонах» между психиатрией, правосудием и реинтеграцией, особенно в тяжелых случаях.
Еще одна проблема – человеческие ресурсы: небольшие команды должны справляться не только с тяжелыми случаями, но и с огромным количеством более легких, а также с бюрократией, справками и административной нагрузкой.
Здесь снова проявляется контраст с Финляндией: там профилактика поддерживается широкой сетью акторов – специалистов, волонтеров, молодежных работников, сообществ, НПО, анонимных сервисов и общественных пространств, ориентированных на благополучие. В Молдове эти элементы есть, но их меньше, они более хрупкие и хуже связаны между собой.
Урок Финляндии: профилактика дешевле лечения
Финляндия – не общество без тревоги, кризисов или уязвимой молодежи. Напротив, данные показывают, что проблемы психического здоровья широко распространены и обходятся дорого. Но именно признание этой реальности позволило выстроить систему, в которой помощь начинается не только в кабинете психиатра и не только в момент кризиса.
Она начинается раньше – в школе, в сообществе, в анонимном чате, на игровом сервере, в публичной библиотеке или в простом разговоре со взрослым, который вовремя спрашивает: «Как ты?»
В Молдове психическое здоровье молодежи тоже не игнорируется: есть реформы, есть специалисты, есть центры и больше открытости, чем раньше. Но система по-прежнему во многом реагирует слишком поздно, испытывает нехватку ресурсов и зависит от индивидуальных усилий тех, кто в ней работает.
Финляндия раньше поняла, что психическое здоровье защищается не только в кабинете врача, но и в школе, в семье, в сообществе, в общественных пространствах и в повседневных разговорах.
В Молдове это понимание уже есть на уровне специалистов. Вопрос в том, как быстро оно станет приоритетом всей системы.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.