В историю Людмилы Таборэ, которую с тремя детьми 19 апреля принудительно выселили из квартиры в Кишиневе, попыталась вмешаться омбудсмен по правам ребенка. Однако власти разводят руками, а судоисполнитель даже не дает забрать из квартиры вещи и учебники детей. Тем временем адвокат пытается обжаловать решения суда, согласно которым квартиру продали на аукционе за долги бывшего мужа Людмилы Таборэ.
Что произошло
Людмилу Таборэ с тремя детьми 19 апреля принудительно выселили из квартиры в столичном секторе Чеканы. По словам ее адвоката Андрея Брича, судебный исполнитель не уведомил о выселении управление по защите прав детей, «хотя, когда речь идет о выселении трех несовершеннолетних детей, они обязаны это сделать». Женщину и ее детей приютили родственники, но долго оставаться у них она не сможет.
Кроме того, ей до сих пор не позволили забрать из квартиры вещи, даже учебники и тетради детей, чтобы они могли нормально ходить в школу. «По закону они не имеют права накладывать арест на личные вещи», — отметил адвокат.
Почему выселили
В августе 2017 года судебный исполнитель по решению суда продал квартиру семьи Таборэ. Решение об этом суд принял по иску компании, в которой работал бывший муж Людмилы Ион Таборэ. Квартиру продали, несмотря на то, что супруги были в разводе, и половина жилплощади официально принадлежала Людмиле Таборэ, у которой не было долга перед компанией. После этого каждый из супругов обратился в суд, чтобы оспорить продажу квартиры. Эти иски суды все еще рассматривают.
Тем временем в суд обратился новый владелец квартиры, потребовав ее освободить. Несмотря на то, что еще нет окончательного решения по искам супругов, суд удовлетворил требование нового владельца. По словам адвоката Андрея Бричи, семью Таборэ не имели права выселять из квартиры до окончательного решения суда по искам супругов, оспоривших продажу квартиры. Адвокат также рассказал, что после выселения подал жалобу в суд, потребовав в ускоренном порядке рассмотреть иск своей подзащитной.
Как выселяли
По словам Иона Таборэ, ни он, ни его адвокат, ни бывшая жена не знали о решении суда о принудительном выселении. О том, что их должны выселить, они узнали только от судоисполнителя. Он уведомил супругов о выселении вечером 15 апреля.
На следующий день Ион Таборэ попросил судебного пристава дать ему отсрочку, чтобы дети могли спокойно доучиться до конца учебного года. Однако судоисполнитель сказал, что добиться отсрочки можно только по решению суда. Тогда Людмила Таборэ подала заявление в суд. Но, по словам Иона Таборэ, «судья вернула заявление, так как не было подписи старшего 14-летнего ребенка».
Ион Таборэ также рассказал, что приехал к приставу в день выселения и просил его об отсрочке, так как один из их детей в это время «вообще был в больнице». Однако уговоры не помогли, и семью выселили из квартиры.
Что говорит омбудсмен
Народный адвокат по правам ребенка Майя Бэнэреску считает, что действия пристава поставили семью в «критическое положение». Об этом говорится в сообщении, опубликованном 26 апреля на странице омбудсмена в Facebook. «Потеря жилища — это одно из самых грубых нарушений прав ребенка», — отметила Бэнэреску. Также она выразила беспокойство в связи с тем, что дети не могут посещать школу.
Бэнэреску призвала Высший совет магистратуры, министерство юстиции, Генпрокуратуру и Национальный союз судебных исполнителей проверить обстоятельства дела и привлечь виновных к ответу. Также Бэнэреску пообещала следить за развитием ситуации и при необходимости выступить в суде.
В министерстве юстиции NM cообщили, что на просьбу народного адвоката должны отреагировать в первую очередь в Союзе судебных исполнителей. «Министерство может лишить пристава лицензии, только если это решит Союз судебных исполнителей», — сообщила пресс-секретарь минюста Ольга Демченко.
Получить комментарий по этому поводу в Союзе судебных исполнителей NM не удалось.
Между тем, по словам Иона Таборэ, у него и его бывшей жены нет претензий к судебному исполнителю, есть только претензии к решению суда о принудительном выселении.
