В суде сектора Рышкановка продолжаются слушания дела «группы Петренко». Во вторник, 19 января, на вопросы защиты и обвинения два с половиной часа отвечал еще один пострадавший от действий митингующих — полицейский Адриан Морару. В качестве компенсации за полученные травмы Морару хочет извинений. Но удивил всех выступавший ранее полицейский Павел Трохин. На первых слушаниях он сказал, что не имеет претензий к обвиняемым. Но потом передумал.
Второе заседание по делу «группы Петренко» началось с выступления потерпевшего, которого в суде слушали днем ранее. Прокурор Ион Брынза попросил полицейского Павла Трохина, который в понедельник в этом же зале сообщил, что не имеет претензий к обвиняемым, конкретизировать, что он имел в виду, когда это заявлял.
«Я имел в виду, что не имею материальных претензий и финансовых, — отвечал Трохин, стараясь не смотреть в в сторону подсудимых. — Но моральные претензии у меня есть».
По словам Трохина, претензии у него к Григорию Петренко, так как тот, будучи организатором протеста, не смог предотвратить агрессию в отношении полиции. Когда судья спросила Трохина, в чем выражаются его претензии, у свидетеля задрожали руки.
«Моя травма не измеряется в деньгах. Пострадала моя семья, родственники, родители, дети», — ответил он, не пояснив, какая компенсация восполнит этот ущерб.
Защита поинтересовалась у Трохина, беседовал ли с ним кто-то из правоохранительных органов после того, как он накануне дал показания. Трохин ответил отрицательно.
«Когда вы врали: вчера или сегодня?» — спросил обвиняемый Александр Рошко. «Я всегда был честен. Сегодня просто конкретизировал свою позицию», — заявил Трохин, не глядя на спросившего.
Затем Трохин повторил то, что уже говорил ранее: он не видел, кто его ударил, а на видеозаписях протеста момент удара не зафиксирован. На этом суд перешел к заслушиванию позиции другого потерпевшего по делу.
Им был сотрудник отдела по уголовному преследованию столичной полиции Адриан Морару. Он тоже считает себя потерпевшим, поскольку ему 6 сентября были «нанесены удары». Претензии у него тоже только к Петренко.
Морару говорил очень тихо, чем неоднократно вызывал недовольство прокурора Нику Шендря. «Не говорите себе под нос, я ничего не слышу», — несколько раз просил прокурор. Морару отвечал, что у него болят гланды.
Полицейский повторил прежние показания Трохина о том, что протестующие, добравшись до здания Генпрокуратуры, подбежали к входу и начали бить ногами по двери и дергать за ручку. Среди них, говорил Морару, были Григорий Петренко, Михаил Амерберг и Александр Рошко.
По его словам, несколько полицейских, в том числе он, пытались остановить их. «Я лично одергивал Петренко, Рошко и Амерберга, но они вырывались», — сказал полицейский. Потом полицейские получили приказ встать живой цепью и оттеснить протестующих от входа в Генпрокуратуру, сообщил Морару. Пока он стоял в цепи его ударили несколько раз по лицу и по ногам. Кто это сдела он не видел.
Морару предположил, что протестующие могли наносить полицейским удары древками флагов. «Петренко призвал всех садиться на ступеньки Генпрокуратуры, они выкрикивали лозунги и выражения в адрес полиции», — продолжал пострадавший. Уточнить, что это были за лозунги и как называли полицейских Морару не смог.
«Когда протестующие начали устанавливать палатки мне стало плохо, я отпросился у начальника и направился к врачам», — сказал полицейский. Вспомнить, кто именно отвез его в больницу «Скорой помощи» он тоже не смог.
Прокуроры задавали вопросы по очереди, нередко повторяясь. Большая их часть относилась к маршруту протестующих. Иногда вопросы вызывали смех в зале суда. «Был ли у протестующих контакт с дверью?» — спрашивал прокурор Брынза. «Контакт был», — отвечал полицейский.
Адвокат обвиняемых Анна Урсаки поинтересовалась, почему ранее в своих показаниях Морару не указывал имени Григория Петренко, а сейчас предъявляет претензии именно ему.
«Все делалось очень быстро. Я не помню, что именно писал«,— ответил потерпевший. На просьбу уточнить, что именно делал Петренко во время митинга, полицейский сказал, что политик, помимо того, что дергал дверь и вырывался из рук полицейских, садился на землю, скандировал лозунги и пил воду.
На вопрос о том, на какую компенсацию он рассчитывает полицейский ответил, что, хотя сам оплачивал свое лечение, хочет, чтобы «Петренко просто попросил прощения». И добавил: «У каждого человека есть достоинство».
Обвиняемые отказались задавать вопросы Морару и потребовали объявить заслушивание его показаний закрытым, мотивировав это тем, что, в противном случае, он продолжит давать показания завтра и, последовав примеру Трохина, изменить их. На этом второе судебное заседание завершилось.
Слушания будут продолжены 20, 21 и 22 января. На них суд намерен выслушать показания остальных потерпевших и свидетелей. Лидер партии «Наш дом —Молдова» Григорий Петренко и шестеро его соратников были задержаны 6 сентября во время акции протеста у Генпрокуратуры, после того как между участниками акции и силовиками произошла потасовка. Суд несколько раз продлевал предварительный арест «группе Петренко», последний раз — сразу на 90 дней. Петренко и его соратников обвиняют в организации массовых беспорядков (ст. 285 Уголовного кодекса РМ). Им грозит лишение свободы на срок до восьми лет.
