IT-сектор Молдовы в последние годы активно развивается. На недавно прошедшем в Кишиневе Moldova ICT Summit было беспрецедентное число участников, в том числе из-за рубежа. С одним из них — маркетинг-менеджером латышского проекта Infogr.am (онлайн-сервис по созданию инфографик) КРИСТСОМ АВОТСОМ корреспондент NM НИКОЛАЙ ПАХОЛЬНИЦКИЙ поговорил о том, с чего начинали прибалтийские IT-компании, чем они занимаются сейчас и чем отличаются от молдавских.
— Чем схожи и чем отличаются IT-отрасли Молдовы и стран Балтии?
— Я в Молдове второй раз. Из того, что видел, могу сказать, что ситуация в IT-секторе Молдовы сейчас схожа с той, которая была в странах Балтии в 2006-2007 годах (Авотс работал в IT-секторах Эстонии и Латвии.— NM). Молдавские компании сегодня — это в основном аутсорсинг услуг. Но это начало: IT-сектор Прибалтики тоже начинал с аутсорсинга, который не дает больших денег. Первым шагом к активному развитию IT-сектора в Эстонии стала программа Skype, в создании которой участвовали и эстонские программисты. Skype стал доказательством того, что каждый из нас может создать что-то крупное. Когда Skype продали (в 2011 году его купил Microsoft за $8,5 млрд), многие из работавших над этим проектом и имевшие даже очень небольшие доли в нем, заработали приличные деньги — от €10 тыс. до €500 тыс., что стало хорошим стимулом и финансовым источником для их новых идей и проектов. В стартапе, в котором я сейчас работаю,— Infogr.am с первого дня было понимание, что мы работаем на международный рынок (стартапы — новые компании, только появляющиеся или планируемые к созданию.— NM). Сейчас у нас пользователи во всех странах мира.
— Вы сказали, что балтийские страны этап аутсорсинга прошли. На чем сейчас зарабатывают ваши IT-компании?
— В основном это B2B (Business to Business — создание продукта или услуги не для рядовых потребителей, а для бизнеса.— NM).
— Можете конкретизировать?
— Речь идет о разных бизнес-идеях. В маленьких странах очень сложно запустить стартап, рассчитанный на потребительский рынок. Такие стартапы могут быть успешными в больших странах с крупными потребрынками. Эстонские IT-стартапы стали фокусироваться на другом направлении — создании продуктов для отдельных узких секторов бизнеса. Например, один из наших IT-стартапов стал заниматься управлением сельхозфермами. Это, конечно, не Facebook, это не клево, это очень нишевое, но там нет сильной конкуренции. Еще один стартап работает в сфере лесного хозяйства, у них тоже отличные коммерческие предложения для компаний этого сектора и всего один-два конкурента.
— А как власти стран Балтии относятся к IT-отрасли?
— Есть общее понимание, что IT-сектор — это хорошо, ему нужно помогать. Есть также понимание того, почему нужно помогать,— это перспективно. В Эстонии стали традиционными ежемесячные встречи основателей стартапов, на которых обсуждаются разные IT-идеи для государства. Потом эти идеи предлагаются на встречах с премьер-министром. Общие инвестиции в IT-стартапы в Эстонии составили уже €170 млн.
— Откуда деньги?
— Это венчурный капитал (капитал инвесторов, предназначенный для финансирования новых, растущих или борющихся за место на рынке предприятий — стартапов — и поэтому сопряженный с высокой степенью риска.— NM). Если посчитать, то инвестиции на одного работника IT- стартапов в Эстонии, которых всего порядка 2 тыс., очень крупные, ни в какой области экономики нет таких цифр. Да, 2 тыс. человек — это немного, но их число в нашей стране каждый год растет на 30%. Эти люди работают в 150 компаниях — это маленькие компании, но они разрабатывают собственный продукт, а не занимаются аутсорсингом.
— IT-компании ощущают поддержку властей или она формальна?
— В Эстонии IT-сектор — это главный приоритет. У нас была такая ситуация: мы организовывали мероприятие, суть которого в том, что собираются 100 программистов, обсуждают и разрабатывают новые идеи. Тема этой встречи была привлечение больше женщин в IT-сектор. Нам нужен был спикер. Мы подумали и решили предложить президенту Эстонии выступить на нашем мероприятии. Написали ему в Twitter. Он ответил: «Да, буду». То есть нам даже не надо было отправлять заявку в администрацию президента. Это о формальностях.
— В Латвии та же ситуация?
— Не так хорошо. Сейчас Латвия председательствует в ЕС, где IT — важный приоритет. Латвия также объявила этот сектор одним из своих национальных приоритетов. Но разница между Латвией и Эстонией в том, что в Эстонии — это главный приоритет, а в Латвии таких несколько.
— Легко ли создатели стартапов в Прибалтике находят инвестиции и где они их берут?
— Большая часть вновь созданных IT-компаний начинает с местных кадров и капитала. Когда же у них появляется свой продукт, рынок сбыта, клиенты, тогда капитал в основном приходит из США и Великобритании. Очень странно, но в Прибалтике есть отличные технические таланты, но нет талантов в области продаж и маркетинга. Многие стартапы, получившие инвестиции, старались найти менеджеров по продажам и маркетингу в США, Великобритании, других стран. Например, у нас в Infogr.am работают 40 сотрудников из 13 стран. Наш директор раньше работал в Google, а продажами у нас занимаются специалисты из Австралии и Бразилии. Это к тому же дает нам возможность обслуживать крупный рынок Бразилии (300 млн человек), так как менеджер по продажам знает язык. Таких рынков не так много — США (300 млн), арабские страны (150 млн). Сделав языковую локализацию своего продукта, можно обслуживать еще 300 млн и еще 300 млн. Например, кода у нас регистрируется клиент из Бразилии, с ним тут же связывается наш бразильский менеджер. Он сидит в Риге, но клиент думает, что это местная [бразильская] компания.
— Как вам кажется, в Молдове есть потенциал стать cтраной с развитым IT-cектором?
— Когда я был в Молдове в прошлый раз (участвовал в Startup Weekend Moldova #6.— NM), я видел, что технический потенциал здесь есть. Но трудность в том, что молдавские программисты стесняются рассказывать о своих идеях: когда просишь об этом, говорят — неудобно как-то.
— То есть люди стесняются говорить?
— Проблемы те же, что и в Прибалтике: технический опыт есть, но нет опыта, как представить и продвигать свою продукцию. Чтобы это исправить, нужно менять систему образования. Образование должно учить людей не бояться рисковать, потому что создание компании или нового продукта — это всегда риск. Это очень важно. Если будут люди, которые не боятся рисковать, тогда и результат будет.
