Европейский союз переживает перемены. Усиление правых партий меняет политический ландшафт Европы, а популярность популистов растет. Смогут ли молдавские политики оседлать эту волну? И получится ли у Молдовы вступить в меняющейся ЕС по «старой методичке» — разбирался NM.
Европа перемен
Последние полтора года в Европе и США прошли под знаком масштабного электорального цикла. Один из свежих примеров — 25 мая 2025 года в Польше завершились президентские выборы, победу в которых одержал кандидат консервативной партии «Право и справедливость» (PiS) Кароль Навроцкий, опередивший мэра Варшавы Рафала Тшасковского, выступающего за тесное сотрудничество с Брюсселем.
Однако главной точкой притяжения были президентские выборы в США 5 ноября 2024 года. Дональд Трамп вернулся в Белый дом и сразу пересмотрел внешнеполитический курс, фактически выведя Россию из международной изоляции и усилив критику в адрес ЕС.
У Трампа нашлось множество сторонников среди европейских правых популистов. Яркий пример — лидер нидерландской Партии свободы Герт Вилдерс, известный антииммигрантской риторикой и евроскептицизмом. Его называют «голландским Трампом» из-за политических взглядов и внешности. Несмотря на победу на выборах в ноябре 2023 года, Партия свободы не смогла самостоятельно сформировать правительство.
Европейские правые на подъеме
В Германии на парламентских выборах 23 февраля 2025 года ультраправая «Альтернатива для Германии» (AfD) заняла второе место, активно поддерживаемая командой Трампа. Вице-президент США Джей Ди Вэнс лично встречался с лидером AfD Алисой Вайдаль, а Илон Маск провел с ней полуторачасовой публичный разговор, выразив ей поддержку. Уже в мае AfD объявили экстремистской организацией, хотя до запрета партии пока не дошло.
Правый популизм стремительно стал мейнстримом, изменив европейскую политику. В Венгрии и Словакии правые полностью взяли власть, а в Нидерландах, Германии, Франции, Бельгии и Австрии их влияние существенно возросло.
В соседней Румынии правые радикалы называют себя суверенистами. Партия AUR («Альянс за объединение румын») на парламентских выборах 1 декабря 2024 года заняла второе место. Ее лидер Джордже Симион получил более 40% голосов в первом туре президентских выборов, но во втором туре уступил проевропейскому Никушору Дану.
Несмотря на поражение, рост популярности ультраправых в Европе очевиден. Они придерживаются евроскептической и изоляционистской политики, что может серьезно изменить внешнеполитический курс ЕС.
Такие разные правые
Впрочем, единства среди ультраправых нет, отмечает социолог Александр Макухин. «Между популизмом Симиона, Навроцкого или Орбана есть большая разница. Симион играет на чувстве несправедливости: „Мы в ЕС, но они [Брюссель, Берлин, Париж] нас не уважают“. Навроцкий опирается на сильную партию [„Право и справедливость“] со своим ядерным электоратом и четкими требованиями избирателей: „почему при экономическом росте и разговорами о том, что польская экономика — локомотив Европы, мы все равно живем хуже жителей Франкфурта или Марселя?“ Орбан же более свободен от идеологии и говорит что угодно, если это полезно его режиму», — отметил эксперт.
Нет единства правых радикалов и в их отношении к России. Ультраправых часто ассоциируют с симпатиями к России и евроскептицизмом. Но, например, национал-консервативная польская PiS занимает жестко антироссийскую позицию, поддерживает Украину и выступает за расширение ЕС на Восток.
«Тут и исторические факторы и прямая угроза со стороны Москвы, — объясняет политолог Михаил Исак. — Поэтому и PiS, и большинство польского общества едины в поддержке Украины и НАТО. А Польша еще со времён Качиньского была адвокатом расширения ЕС на Восток и активным сторонником Кишинёва в противостоянии российскому влиянию». Польский пример, по словам эксперта, показывает, что популизм не монолитен и может сочетаться с мощными антироссийскими настроениями
Популизм не для Молдовы?
Политические изменения в Европе затрагивают и Молдову, считает аналитик Дионис Ченуша. Молдова, по его словам, участвует в процессе расширения ЕС, и конфликты между Брюсселем и суверенистами могут создавать трудности. Кроме того, популярность AUR в Румынии уже влияет на Молдову, особенно в свете грядущих парламентских выборов«.
Александр Макухин уверен, что молдавский популизм не будет эффективным, а попытки копировать «трампизм» абсурдны: «Трампизм невозможно повторить за пределами США. Молдавские партии часто лишены четкой идеологии и просто подхватывают модные тренды. Лозунг „Сделаем Молдову великой снова“ наверняка кто-то поднимет, но смысла там не будет».
Впрочем, лидер социалистов Игорь Додон еще в начале лета предложил переименовать Партию социалистов в «Партию суверенистов», выразив симпатии Трампу. Переименования так и не произошло, но социалисты объединились в блок с другими российскими и партиями и назвали его «Патриотическим блоком», опять же делая акцент на суверенности. С другой стороны Василий Костюк, находясь с Вашингтоне с Джордже Симионом, объявил о создании новой «патриотической силы», которая будет бороться с «глобалистами и сатанистами» из молдавской власти. Узнаваемая риторика суверенистов. Однако позднее партия Симион зарегистрировалась для участия в предвыборной кампании самостоятельно, без широких объединений и блоков.
А Дионис Ченуша предполагает, что и блок «Альтернатива» может попытаться сыграть на консервативном поле — и стать суверенистской партией. Это будет зависеть и от того, окажутся ли они у власти после парламентских выборов.
Михаил Исак считает, что европейский правый популизм в Молдове может принять самые разные формы — от пророссийского популизма до радикального унионизма: «Оба направления пока остаются на периферии, но обладают потенциалом роста в случае ухудшения социально-экономической ситуации». В Молдове, как и в Румынии высок уровень разочарования и недоверия к государственным институтам, и это делает людей восприимчивыми к популистским месседжам.
Интеграция в меняющийся ЕС
Но если Европейский союз меняется изнутри, то сможет ли Молдова вступить туда, действия по «старой стратегии»? Дионис Ченуша считает, что Молдове нужно укреплять демократию, институты и избегать авторитаризма: «Власти должны обеспечить демократические, свободные и справедливые выборы. Интеграция в ЕС должна быть свободна от политизации и коррупции. Только тогда граждане почувствуют выгоды».
Михаил Исак предлагает адаптировать свою тактику к новым реалиям: «Объяснять людям, что ЕС меняется, но фундаментальные ценности — верховенство права и свободы — по-прежнему актуальны. Кишиневу стоит развивать тесные связи с проевропейским ядром ЕС и находить точки соприкосновения с государствами, где у власти популисты. В том числе для того, чтобы снизить их сопротивление расширению ЕС».
Власти и в Кишиневе, и в Брюсселе уже говорят о том, что Молдова должна вступить в ЕС в период мандата нынешней Еврокомиссии — то есть до 2029 года. Потому что точных прогнозов того, что будет дальше в европейской политике, и каким будет состав и настрой следующей Еврокомиссии, сегодня никто не даст. К власти вполне могут прийти евроскептики. Так что, как отмечает вице-премьер Молдовы по евроинтеграции Кристина Герасимов: «Окно возможностей для евроинтеграции Молдовы может закрыться очень скоро».
Впрочем, и возможное «экспресс-вступление» Молдовы в ЕС несет свои риски. «Вступление, основанное только на геополитических соображениях, без соблюдения копенгагенских критериев, без серьезных реформ в области правосудия, управления, борьбы с коррупцией, может подорвать доверие к самому процессу и сыграть на руку европейским популистам, которые уже обвиняют Брюссель в двойных стандартах и поспешном расширении», — считает Михаил Исак.
Александр Макухин отмечает, что вступление Молдовы в ЕС зависит от того, кто будет у власти в европейских странах. Ведь по завершению переговоров, договор о присоединении Молдовы к ЕС должна одобрить каждая страна-член. И тут очень много неопределенности. «Нужно понимать, где у Европы больные точки и как договориться с каждой страной. Ускорение евроинтеграции возможно, но не решит всех проблем. Нужна разумная дипломатия и тщательно проработанная внешнеполитическая стратегия», — резюмировал эксперт.
Статья опубликована в рамках проекта Piața europeană, подготовлена при поддержке Центра Мерошевского».
