В Молдове нередко путают «реставрацию», которая предполагает максимальное сохранение памятника архитектуры, с «реконструкцией» и возведением новодела, напоминающего оригинал. Это угрожает еще сохранившимся историческим памятникам. При этом получить профессию архитектора-реставратора в Молдове по-прежнему негде. NM рассказывает, как эту ситуацию отчасти помогают исправить европейские программы и каких знаний не хватает молдавским архитекторам и строителям, чтобы суметь сохранить историческое наследие.
Получить профессию архитектора-реставратора в Молдове практически невозможно. Такой специальности нет ни в профессиональных школах, ни в Техническом университете Молдовы (Политехе). В Политехе студентам-архитекторам за четыре года обучения начитывают 60 часов теории реставрации и выделяют 30 часов на лабораторные работы. Полноценных практических навыков реставрации в вузе не дают.
Но в 2018 году у преподавателей профессиональных строительных школ и профильных вузов, выпускников архитектурных и инженерных специальностей Молдовы появилась возможность перенять итальянский опыт реставрации. При поддержке Евросоюза в Молдове открылся твининг-проект «Архитектурная консервация», кураторами которого выступают итальянские архитекторы и реставраторы. Проект начался в сентябре 2017 года и закончится в 2019 году.
Одним из участников этой программы длиной в учебный год стал молодой преподаватель Центра повышения квалификации в строительстве Сергей Кочаш.
Сергей работает в центре уже несколько лет и преподает множество специальных предметов — от технологий строительства до сопромата. У него самого — диплом «инженера-строителя», полученный в Политехе.
По словам Сергея, кроме основной специальности, у него есть и другое увлечение — история. Именно поэтому он решил принять участие в твининг-проекте по реставрации и консервации.
«Многие путают реконструкцию и реставрацию»
Первый этап занятий с итальянскими профессорами начался в Кишиневе. Под руководством архитектора и доктора в архитектурной консервации Лауры де Марко ее подопечные заново узнавали, казалось, знакомый город. После экскурсий и тщательного изучения архитектурных памятников, Сергей, по его признанию, по-новому начал ценить историю Кишинева.
Часть тренинга состояла в том, чтобы на примере реального объекта научиться составлять полноценные проекты реставрации. Выбор организаторов пал на Музей земства на улице Щусева в Кишиневе. Здание, построенное в 1850-х годах как детский приют, не раз меняло свое назначение. Сегодня в нем находятся творческие мастерские, маленькие галереи и репетиционные залы театральных реконструкторов. Но за состоянием этого памятника почти никто не следит: дом находится в плачевном состоянии.
Как рассказал Сергей, задачей участников тренинга было научиться разрабатывать реставрационные планы на примере одного из больших залов Музея земства.
Началась работа с архивов и детального изучения постройки: кто, когда и из чего строил, что разрушено, какие изменения внесли позже, из-за чего пострадали старые элементы. Участники тренинга признавались, что пытались «прочесть здание». Как заметил Сергей, «даже проведенный в помещении кабель спровоцировал разрушения и повреждения стен».
«Мы занимались именно реставрацией, а не реконструкцией. Многие путают эти понятия. Реконструкция означает, это мы разрушаем старое и строим заново из новых материалов по старым проектам. При реставрации нужно сохранить максимально все, что есть, и восполнить потери материалами, которые внешне похожи на оригинал», — объяснял Сергей.
Самым удивительным для преподавателя и его коллег оказалось другое. «Добавлять новые элементы нужно так, чтобы их можно было отличить от старых. Это поразило нас в лекциях итальянцев: новые элементы должно быть возможно легко убрать, чтобы, если через какое-то время люди захотят изучить старое здание, они могли бы легко их удалить», — поделился Сергей.
Преподаватель быстро пришел к выводу, что в Молдове зачастую напрасно говорят о реставрации. Во время занятий несколько раз даже возникали споры между молдавскими специалистами, которые участвовали в проекте. То, что им казалось реставрацией, итальянцы настойчиво называли реконструкцией.
«До этого тренинга для меня реставрация и реконструкция были одним и тем же», — поделился Сергей. «У нас часто оставляют только фасад старого здания, а все остальное полностью перестраивают. Но это только ширма», — недоумевал преподаватель.
«В отличие от итальянцев, мы сначала делаем, а потом думаем»
После первого этапа тренинга Сергей на месяц отправился на стажировку во Флоренцию, где сосредоточено множество реставраторских школ и мастерских. Благодаря программе он попал в Профессиональную строительную школу Флоренции, где обучают разным видам реставрации. Туда, по его словам, съезжаются студенты со всей Италии.
Явные отличия от того, как привыкли работать в Молдове, Сергей заметил сразу. «Сначала меня беспокоило, что работают так медленно. Никто никуда не торопится, кажется, что в лаборатории каждый что хочет, то и делает», — вспоминал Сергей. Но позже он на собственном опыте понял, к чему в работе реставратора такая медлительность.
Его группа специализировалась на реставрации фресок. На одном из первых занятий Сергей сразу попал на работы в соборе Сан-Ромоло (Фьезоле), где реставрируют средневековые фрески. На одном из этапов работы надо было снять верхний слой серой краски и оставить первый, белый, более ранний. Серый слой студенты снимали медленно, тонкими инструментами.
«Мне дали небольшой фрагмент, а я быстро поскреб и закончил за час, хотя это было задание на день. Потом сделал второй фрагмент. Пока ждал нового задания от преподавателя, посмотрел, что получается у коллег и увидел, что у них поверхность в результате белая, а у меня — серая. Я торопился и снял оригинальный слой краски», — вспоминал Сергей. Особенного вреда фреске это не нанесло, но после этого он кардинально изменил стиль работы. После этого, по рассказам Сергея, он иногда не успевал за день очистить свой маленький фрагмент.
«Наше отличие от европейцев и итальянцев в том, что мы сначала делаем, а потом думаем, что сделали. Пробуем еще раз, и опять думаем. А они сначала выясняют самые подходящие методики не только с экономической точки зрения, но и рассчитывают, сколько времени потребуется, какие материалы нужны и т.д.», — пояснял преподаватель.
В лаборатории профессиональной школы Сергей не только познакомился с методами реставрации, но и увидел, как создается фреска с нуля. Студенты воспроизводят сами старинные техники для того, чтобы понять, как правильно потом реставрировать изображения.
После возвращения из Флоренции нехватка специалистов в Кишиневе стала для Сергея еще более очевидной. «Пока не видел у нас примеры именно реставрации. Везде, где мы были и с итальянскими профессорами, и потом я сам — везде реконструкция», — говорил Сергей.
«У нас будут наконец реставраторы-молдаване»
Из Италии Сергей привез не только знания, полученные во время занятий в лаборатории, но и понимание того, как именно можно сохранить архитектурное наследие.
«В Италии нам рассказывали, как одному человеку досталось в наследство в 3 млн евро. Он купил дворец за 2 млн евро, планировал сделать там евроремонт и открыть отель. Купил, а работы начать не смог. Ему сказали: „а ты прочел контракт? Он твой, но ты ничего не можешь там менять“», — вспоминал Сергей. Итальянцу, по его словам, пришлось вложить 1 млн евро в реставрацию и этих денег хватило только на одну часть здания. Хотя отель он все-таки открыл.
«Никто не хочет реставрировать, потому что это очень дорогое удовольствие. Везде, как и у нас, стараются ломать и строить заново», — замечает он. Однако в Италии за нарушение законодательства в этой сфере действуют очень большие штрафы. Жители предпочитают не рисковать.
Сергей считает, что пока специалисты в Молдове «морально» не готовы к таким переменам: у них нет необходимых навыков. Но и «политический фактор», по его мнению, тоже замедляет процесс ужесточения правил и законов в области сохранения наследия.
«Надеюсь, с развитием туризма произойдет и изменение менталитета, и мы научимся сохранять то, что у нас есть. Ведь это же и есть наша история», — считает Сергей. Реставрацию он теперь считает особым искусством.
После поездки Сергей намерен восполнить недостаток образовательных программ для будущих реставраторов. На курсе, который преподают будущим архитекторам в Политехе, считает Сергей, «рассказывают скорее про реконструкцию, а не реставрацию». Он надеется это исправить.
Сергей намерен добиться изменения программы для студентов-строителей, чтобы и во время обучения в Центре повышения квалификации им преподавали реставрацию.
«И еще у меня есть мечта, желание организовать полноценный курс повышения квалификации именно по реставрации, чтобы на него шли подготовленные люди с какой-то базой знаний, а не те, кого просто мама и папа отправили учиться», — пояснил Сергей.
Во время обучения во Флоренции его вдохновили разные мастерские, в том числе — по реставрации старинной мебели. Он не исключает, что попробует открыть в центре «кружки» для тех, кто хочет научиться восстанавливать не только здания, но и деревянные столы и стулья.
Подобные программы, уверен преподаватель, помогут справиться с кризисом кадров. «Тогда у нас будут наконец реставраторы-молдаване. А то сейчас многие жалуются, что специалистов для отдельных проектов приходится „импортировать“», — подытожил Сергей.
Статья подготовлена в рамках проекта «Восточное Соседство ЕС». Мнения, выраженные в статье, принадлежат исключительно автору.
