В Центральном парке Штефана чел Маре утром 1 марта прошел второй раунд публичных обсуждений проекта его реконструкции. Впрочем, «публичность» этой встречи пришедшим к памятнику Пушкина показалась сомнительной: обсудить проект пришли меньше десяти человек. Какие вопросы возникли у собравшихся к проекту, и как на них (не) отвечал его инициатор, глава Агентства инспектирования и реставрация памятников Ион Штефэницэ — в репортаже NM.
Где документы?
Активисты движения OccupyGuguta пришли на слушания с плакатом с надписью: «Активный бойкот». Участница движения Анна объяснила, что само проведение этих слушаний незаконно: для описания проекта используется термин «ревитализация», которого нет в молдавском законе «Об охране памятников» (Центральный парк входит в реестр охраняемых памятников — NM), а сам план перекраивания парка составлен без всяких документов.
«На основе какого документа вообще инициировали этот проект, который предлагает радикально изменить Центральный парк?», — настойчиво спрашивала Анна.
Глава Агентства инспектирования и реставрации памятников Ион Штефэницэ сначала уходил от ответа. Он уверял, что с 2017 года настаивал на реставрации отдельных элементов парка, а именно — центрального фонтана. В 2018 года на парк выделили 8 млн леев, но их потратили на ирригационную систему.
Позже он убеждал, что предложенные наброски — «концепция, а не конечный документ», который после обсуждений может быть изменен на 100%. Наконец, глава агентства не выдержал: «Не нужен документ изначальный! Нужно ответственное отношение к культурному историческому наследию и понимание его реального состояния. Документ для пилотного проекта не нужен!».
Где исследования специалистов?
Активисты OccupyGuguta настаивали и на том, что никакие «концепции» нельзя составлять, пока не проведено полноценное историческое исследование. Их поддержал и пришедший на обсуждения гражданский активист, экс-советник и.о. мэра Сильвии Раду Михаил Багас.
«Для составления проекта нужны слушания и обсужедния, на которых будут историки, серьезные архитекторы, а не просто четыре студентки, которые что-то нарисовали», — негодовал Багас.
Штефэницэ на это заметил, что все имеют право разрабатывать проекты: «Вы тоже можете что-то составить!». Глава агентства тут же пригласил его в рабочую группу проекта. Активист возразил, что он — не историк, а найти специалистов — задача агентства.
«Какие историки? В агентстве пять человек», — парировал Штефэницэ. По его словам, архивные материалы об историческом облике парка передали авторам проекта, а Академия наук провела в парке геологическое и дендрологическое исследования. Когда именно — не уточнил.
На вопрос о том, как выбирали архитекторов для составления проекта, Штефэницэ ответил коротко: «Работаю с теми, кто есть». Никаких тендеров и конкурсов для составления концепции не проводили.
«А что вы будете делать с законодательством?», — недоумевала журналист Елена Пахомова. «Только уважать и соблюдать! Приведите пример, когда мы сделали что-то нелегальное!», — призвал Штефэницэ.
Почему не спросили горожан?
Пришедшим на встречу показалось недостаточным, что судьбу Центрального парка Кишинева обсуждают меньше десяти человек. Штефэницэ уверял, что сделал все «демократично» и объявил о встрече заранее на своей странице в Facebook.
«Вы с какого года живете в Молдове, в Кишиневе? Это важно, потому что это объясняет безразличие многих людей ко многим урбанистическим проектам. Я хотел бы видеть у нас дискуссии, как в Лионе!», — жаловался Штефэницэ. Он настаивал, что «этот проект всех объединит».
Журналист Елена Пахомова настаивала, что, прежде чем составлять какие-то проекты, нужно узнать мнение кишиневцев о том, каким они видят центральный парк.
«Сначала должно быть голосование жителей Кишинева: хотят они реновации, реставрации, добавить новые элементы или все оставить как было. Такое, как ваш проект, прости господи, у меня в университете студенты на 2 курсе рисовали», — уверяла Пахомова. Она добавила, что не ясно, как можно перестраивать парк, когда еще неизвестна судьба кафе Guguta и как будет расположен бизнес-центр, который намереваются построить на его месте.
Михаил Багас добавил, что большинство «наверняка захочет сохранить парк таким, как сейчас», и только заменить мусорки, парковую мебель и отремонтировать фонтаны.
Штефэницэ заявил, что агентство «не может проводить такие голосования», а обсуждается проект здесь и сейчас. И тут же предложил Пахомовой и — в очередной раз — Багасу войти в «рабочую группу» проекта.
Кто поддержал проект?
В ходе обсуждений Штефэницэ признал, что «наброски проекта многих шокировали». «Сейчас мнения разделились 50 на 50. А в ноябре, когда мы первый раз представили концепцию, 95% ее приветствовали», — убеждал Штефэницэ. Среди присутствовавших, отметим, никто не отзывался о проекте положительно.
На настойчивые просьбы рассказать, сколько человек высказались в поддержку проекта, и кто были эти люди, Штефэницэ ответил только: «Поддержали те, с кем я говорил».
«Вы бросаетесь на того, кто хочет сделать что-то хорошее. Ничего не получится, если не будет конструктивной дискуссии», — возмущался глава агентства. «В этой стране куча беззакония. А когда я хочу сделать что-то по закону, все на меня бросаются», — негодовал Штефэницэ.
После уверений в том, что собравшиеся не знают ни одного человека, кому понравилась бы предложенная концепция, он, показывая на план проекта, заявил: «Я тоже его не поддерживаю!». На предложение Пахомовой в таком случае сжечь этот проект, глава агентства отказался. «Не сожгу, это тоже документ. Что тут плохого по концепции?», — снова спросил Штефэницэ.
Его поддержал коллега по агентству, архитектор Сергей Кирияк. «Мы не сидим с тракторами у парка, мы обсуждаем идею», — убеждал он.
«Но вы не хотите слышать, что говорят люди!», — недоумевала Пахомова. Штефэницэ на это парировал: «Люди сейчас в таком состоянии! Они ничего не хотят». Кирияк, в свою очередь, заявил Пахомовой: «Вы пришли без всего, без предложений, а у нас документы, планы».
Слушания, в которых участвовали меньше десяти человек, включая журналистов, завершились через час споров у памятника Пушкину. Собравшиеся договорились провести обсуждения более широким составом в выходной день, когда больше людей смогут в них участвовать.
Штефэницэ тем не менее итоги обсуждений не обрадовали: «У нас многие готовы только каркать в Facebook. Но так в нашем городе ничего не изменится».
***
Напомним, проект реконструкции центрального кишиневского парка Штефэницэ обнародовал в начале февраля 2019 года. Его авторы — недавние выпускницы Политехнического университета.
Проект предполагает «ревитализацию» парка (в урбанистике ревитализация — процесс воссоздания и оживления городского пространства). Авторы предлагают восстановить облик парка, приближенный к тому, каким он был в начале XIX века. Для этого предлагается убрать несколько аллей, появившихся в нем в советское время, и добавить бордюры. Кроме того, проект предполагает и появление двух сухих фонтанов.
В соцсетях проект назвали «евроремонтом» и «обустройством территории вокруг десятиэтажного курятника». После этого агентство решило провести первые общественные слушания 13 февраля. На них пришли меньше десяти человек. Проект показался достойным обсуждения только одному из присутствовавших.
Отметим, возможное переустройство аллей и фонтанов — не единственная перемена, которая в скором времени может ждать центральный парк Кишинева.
На месте детского кафе Guguţă построят десятиэтажный бизнес-центр. В июле 2018 года его проект одобрил Нацсовет по историческим памятникам при министерстве культуры, куда также входит Штефэницэ. Тем не менее, пока работы не начались.
