Первый тур выборов президента прошел, но осадочек остался. Во второй тур вышли лидер PAS Майя Санду и независимый кандидат Игорь Додон. Санду обошла Додона благодаря рекордной мобилизации диаспоры. Загвоздка теперь в том, к кому во втором туре перейдут голоса избирателей Ренато Усатого, получившего очень хороший результат. Теперь две недели мы будем наблюдать за последней битвой. Какой она будет?
Эта кампания прошла почти без геополитического радикализма. Но и борьбы идей, каких-то реальных программ реформирования страны не наблюдалось.
Лейтмотивом гонки стала возможная скупка голосов жителей Приднестровья. Риск фальсификации присутствует всегда, особенно в таких недоразвитых демократиях, как молдавская. Но на этот раз упор делался на голосование диаспоры и жителей Приднестровья. Ремарка — диаспоры из Российской Федерации, остальные опасения не вызывали.
Под каким бы соусом это все ни подавали, дискриминационный подход трудно было не заметить. В день выборов борьба с предполагаемой фальсификацией достигла апогея. Лидер «Платформы Достоинство и правда» Андрей Нэстасе вместе с комбатантами отправился в населенные пункты, где голосовали жители Приднестровья. Обозначенная цель — помочь полиции препятствовать подвозу избирателей, запрещенный Центризбирком.
Кстати, на всех предыдущих выборах, отметим, подвоз не приравнивался к подкупу избирателей, и разные политические игроки практиковали его во многих районах страны.
На подмогу комбатантам приехал Игорь Гросу — депутат от партии PAS, кандидат которой победил в первом туре выборов. Прибыв на место, он перекрыл своим автомобилем дорогу, препятствуя таким образом свободному передвижению и голосованию.
Как эта «блестящая» идея возникла в штабе партии, не знаю. Возможно, предположили, что Нэстасе замкнет на себе голоса праворадикального электората, и это была попытка отвоевать эти электоральные очки.
Так или иначе, вышло недемократично, да и не по европейским стандартам, которые обещают соблюдать партии и политики, которые в день выборов перекрывали дороги.
Еще раз уточню: это не отменяет вопросов о возможном подкупе избирателей, о нарушении запрета ЦИК о подвозе и законные требования наказать нарушителей.
И все же в свободном демократическом обществе, в свободных медиа нельзя не обратить внимания на очевидную дискриминацию группы граждан, только потому что они — жители определенного региона. Если мы считаем Приднестровье частью Молдовы, то жители Левобережья остаются гражданами Молдовы с такими же правами, как у всех.
Интересно, кстати, посмотреть на результаты голосования граждан из Приднестровья.
Процент проголосовавших там за Санду перевалил за 13%. Это больше, чем, например, проголосовало за Санду в Окницком и Бричанском районах. А в Гагаузии, например, Санду набрала 2%. Надеюсь, во втором туре не будем перекрывать дороги в Комрате?
У Додона собственная система «свой-чужой». Подводя итоги выборов, он разделил граждан Молдовы на тех, что живет в стране и за ее пределами. Диаспора, по его словам, — некий другой, «параллельный электорат». То есть она живет в параллельном мире и не ведает, что лучше для Молдовы. Голосует не так, как страна. В общем, какой-то неправильный электорат.
Интересно, что Гросу и представители DA утверждали, что приднестровцы понятия не имеют о том, что происходит на политическом поле Молдовы. Додон говорит то же самое о диаспоре.
Посмотрим, не придет ли в голову штабу «народного кандидата» использовать админресурс, чтобы препятствовать голосованию диаспоры. Которая, кстати, не голосовала за него ни в Европе, ни в России.
Теперь о главном сюрпризе выборов — Ренато Усатом. Он по традиции активно использовал популизм (впрочем, в этом он не одинок), зато старался не касаться геополитики. Его результаты показывают, насколько высок процент протестного электората. У населения, еще более обнищавшего из-за пандемии, есть запрос на решение насущных проблем.
Именно за 17% граждан, проголосовавших за Усатого, и развернется основная битва во втором туре. Многое (хотя и не все) будет зависеть от месседжа самого Усатого.
Вопрос еще и в том, какую тактику выберут Додон и Санду, которых, соответственно, относят к условно левым и условно правым политическим лагерям. Пойдут ли они проверенным путем антагонизации общества по принципу «разделяй и властвуй» и попытаются ли радикализовать общество.
Вбрасывание негатива: о приднестровцах, русскоязычных, которые «за Додона», гагаузах, «голосующих как Чечня», румынах, которые спят и видят, как заполучить Молдову, ЛГБТ, «растлевающих» молдавские семьи, «соросятах», «работающих на Госдеп», и так далее — ни к чему, кроме поляризации общества, не приведет.
Кстати, одна из главных страшилок первого этапа этой кампании, которую можно сформулировать: «диаспора в России голосует за Додона», — оказалась пустышкой. В России проголосовали не за него.
Все это мы проходим уже не первый десяток лет. Но не построили на этом фундаменте ни правовое государство, ни экономику — ничего. Поддержка граждан Молдовы — это огромный ресурс, который можно использовать для объединения или разъединения, в том числе и во время предвыборных кампаний.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
