Парламент одобрил в первом чтении законопроект о судебной системе в борьбе с коррупцией, предполагающий создание в Молдове Антикоррупционного суда. За проект проголосовали 55 депутатов от фракции «Действие и солидарность» (PAS), а оппозиция от голосования воздержалась. Юристы тем временем высказывают сомнения в целесообразности такого суда и говорят о связанных с этим рисках. При этом Венецианская комиссия рекомендовала властям прислушаться к замечаниям и оценить последствия принятия такого закона. NM разбирался, зачем Молдове новый специализированный суд, как он будет работать, и поможет ли это побороть коррупцию.
Что такое Антикоррупционный суд
Согласно законопроекту, Антикоррупционный суд — специальная судебная инстанция первого уровня, которая будет рассматривать только дела, связанные с коррупцией и сопутствующими преступлениями. Оспаривать его решения можно будет только при обращении в специальную антикоррупционную коллегию в Апелляционной палате (АП) Кишинева. В свою очередь, решения антикоррупционной коллегии можно будет оспорить в Высшей судебной палате (ВСП).
Антикоррупционный суд будет состоять из 15 судей, а коллегия в АП Кишинева — из шести судей. Все они должны соответствовать особым критериям, главный из которых — опыт работы в должности судьи или в юриспруденции: пять или 10 лет соответственно для судей первой инстанции и шесть или 11 — для антикоррупционной коллегии.
Организацией конкурса и отбором кандидатов в Антикоррупционный суд и коллегию будет заниматься Высший совет магистратуры. При этом в предварительном отборе, кроме местных специалистов, должны участвовать международные эксперты, которых делегируют внешние партнеры Молдовы. Судей в эти инстанции будут назначать указом президента на ограниченный срок шесть лет, после истечения которого судья сможет вернуться на прежнюю должность, а юрист, который до назначения не работал в судебной системе, сможет работать в должности судьи.
Депутат от PAS Василе Грэдинару, представляя законодательную инициативу, сказал, что из-за сопротивления внутри судебной системы реформа и внешняя оценка этики и неподкупности судей (Vetting) затягиваются. «Первая комиссия Vetting, которая оценивает кандидатов на должность в Высший совет магистратуры (ВСМ), закончила рассматривать дела еще в феврале 2023 года. Это означает 10 месяцев затягивания и стагнации, потерянных Молдовой. У РМ нет времени ждать, граждане хотят приговора для воров и коррупционеров, и мы с ними согласны. Именно для этого разработан законопроект», — сказал он.
У оппозиции почти не было вопросов о законопроекте, однако депутаты от Блока коммунистов и социалистов воздержались от голосования. Председатель парламентской комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету Олеся Стамате сообщила, что ко второму чтению документ доработают, чтобы учесть замечания правительства и Венецианской комиссии.
Зачем нужен Антикоррупционный суд
Создать Антикоррупционный суд Майя Санду предложила в марте , а в июле, после общественных консультаций о концепции такого суда, администрация президента направила в парламент проект закона, в котором изложены детали устройства Антикоррупционного суда и его работы. Спустя четыре месяца министерство юстиции подготовило положительное заключение на проект, предложив внести в него некоторые коррективы, в основном технического характера.
Согласно пояснительной записке к законопроекту, коррупция в Молдове считается одним из ключевых факторов, которые мешают экономическому развитию страны и увеличивают неравенство между разными слоями населения. «Тот факт, что коррупция в Молдове по-прежнему остается очень серьезной проблемой, подтверждает опрос общественного мнения, проведенный Центром юридических ресурсов Молдовы (CRJM). Согласно опросу, треть судей, четверть прокуроров и две трети адвокатов считают, что в 2023 году в стране по-прежнему много коррупции», — говорится в записке.
Авторы законопроекта считают, что создание Антикоррупционного суда позволит обеспечить независимость судебных решений, поскольку, «несмотря на реформы в судебной системе, включая внешнюю оценку (Vetting), у судей нет смелости действовать вопреки установленному в системе порядку, когда интересы судей защищают в ущерб интересам общества. Таким образом, «рассмотрение в судах дел общественного значения продолжает затягиваться, дела о коррупции против судей в большинстве случаев завершаются в пользу судей, а жалобы на решения [комиссии, оценивающей неподкупность судей — Vetting] остаются нерешенными, несмотря на установленные законом сроки».
«Реформа судебной системы, включая оценку судей и прокуроров, представляет собой процесс, который принесет результаты в основном в среднесрочной и долгосрочной перспективе. В то же время, учитывая срочность проблемы коррупции и европейские стремления страны, необходимо, кроме этой реформы, предпринимать и другие действия, направленные на изменение ситуации», — говорится в пояснительной записке.
В подготовленном минюстом проекте заключения отмечается также, что в начале октября 2023 года Венецианская комиссия (ВК) рассмотрела проект закона. Она высоко оценила интерес и усилия, приложенные президентом Молдовы и другими органами власти в борьбе с коррупцией.
ВК отметила, что решение создать национальные специализированные суды для борьбы с коррупцией остается на усмотрение национальных властей. Это решение, по мнению ВК, зависит от компетенции властей и от того, есть ли в судебной системе страны необходимый ресурс. При этом Венецианская комиссия считает, что, принимая этот законопроект, необходимо учесть замечания заинтересованных сторон и провести подробный анализ последствий принятия закона, а также оценить его преимущества и недостатки с учетом того, что в стране идет процесс внешней оценки судей (Vetting).
Как будет работать Антикоррупционный суд
Антикоррупционный суд — специальная судебная инстанция первого уровня, которая будет рассматривать только дела, связанные с коррупцией и сопутствующими преступлениями. Оспаривать его решения можно будет только при обращении в специальную антикоррупционную коллегию в Апелляционной палате (АП) Кишинева. В свою очередь, решения антикоррупционной коллегии можно будет оспорить в Высшей судебной палате (ВСП).
Антикоррупционный суд будет состоять из 15 судей, а коллегия в АП Кишинева — из шести судей. Все они должны соответствовать особым критериям, главный из которых — опыт работы в должности судьи или в области юриспруденции: пять или 10 лет соответственно для судей первой инстанции и шесть или 11 — для антикоррупционной коллегии. Законопроект также предусматривает, что юристы, которые последние семь лет занимали должность прокурора Антикоррупционной прокуратуры, не могут работать судьями в новых антикоррупционных инстанциях.
Организацией конкурса и отбором кандидатов в Антикоррупционный суд и коллегию будет заниматься Высший совет магистратуры. При этом в предварительном отборе, помимо местных специалистов, должны участвовать международные эксперты, которых делегируют внешние партнеры Молдовы. Судей в эти инстанции будут назначать указом президента ограниченный срок в шесть лет, после истечения которого судья сможет вернуться на прежнюю должность, а юрист, который до назначения не работал в судебной системе, сможет работать на должности судьи.
Кроме того, законопроект предполагает, что судьи Антикоррупционного суда и антикоррупционной коллегии будут пользоваться особой защитой. Им и членам их семьи, по необходимости предоставят государственную охрану, а в зданиях, где работают эти судьи, должны быть предусмотрены специальные меры защиты, в том числе обеспечивающие сохранность документов. Также судей должны обеспечить жильем в Кишиневе, если у них нет жилплощади в столице.
Что говорят эксперты
«Это контрпродуктивно»
Председатель Центра юридических ресурсов Молдовы (CRJM) Илие Киртоакэ в комментарии NM отметил, что борьба с коррупцией и эффективное рассмотрение коррупционных дел в судах — важное дело, но создание специализированной антикоррупционной судебной системы «не обеспечит достижения заявленных в законопроекте целей». По его словам, для 15 судей Антикоррупционного суда это означало бы объем работы примерно 15 дел на судью. «Эта нагрузка значительно меньше общей нагрузки судей по стране, которая, например, в первом квартале 2023 года составила около 400 дел на судью», — пояснил юрист.
Он считает, что создание специализированного антикоррупционного суда в Молдове не является оптимальным решением. И речь тут не только о недостаточном объеме работы для такого суда, но и о повышенном риске коррупции среди ограниченного числа судей и об отсутствии надежных международных стандартов и практик, подтверждающих эффективность таких судов. Кроме того, существует риск, что внедрение такой системы может вызвать путаницу среди профессионалов и негативно сказаться на предсказуемости процесса реформирования судебной системы. Более целесообразным, по мнению Илие Киртоакэ, может быть укрепление возможностей Антикоррупционной прокуратуры и совершенствование законодательства в области процессуально-уголовного права.
«CRJM считает, что парламент должен отказаться от создания Антикоррупционного суда. В существующих реалиях, когда процесс экстраординарной оценки судей [Vetting]только начался, создание специализированных судебных органов по борьбе с коррупцией является контрпродуктивным», — сказал эксперт.
«Логика непонятна»
Юрист правозащитной организации Promo-LEX Вадим Виеру считает, что инициатива создания Антикоррупционного суда продиктована неэффективностью судебной системы в борьбе с коррупцией. «С одной стороны, специализированный суд может усилить фокус на коррупционных преступлениях, улучшить качество рассмотрения дел и повысить доверие общества к судебной системе. С другой стороны, важно учитывать такие факторы, как общее количество коррупционных дел в стране, ресурсы и текущая нагрузка на судебную систему. Если количество коррупционных дел относительно невелико, то создание отдельного суда может быть неоправданно с точки зрения финансовых и административных затрат», — сказал Виеру.
По словам правозащитника, эффективность такого суда зависит от квалификации судей, их независимости от политического влияния, а также от ресурсов для проведения тщательных расследований. Существует также риск, что сосредоточение власти и ответственности в руках небольшой группы судей может привести к увеличению их уязвимости перед коррупцией и политическим давлением. Также важна поддержка со стороны правоохранительных органов и возможность проведения эффективных расследований.
«Кроме упомянутых рисков, есть и другие потенциальные проблемы. Например, может возникнуть сложность в привлечении и подготовке квалифицированных судей, специализирующихся на коррупционных преступлениях. Также необходимо учитывать возможные проблемы с координацией между разными уровнями судебной системы и правоохранительными органами. Важным аспектом является и обеспечение прозрачности и ответственности такого суда перед обществом, чтобы избежать возможных обвинений в предвзятости или несправедливом рассмотрении дел», — считает Виеру.
Юрист экспертного сообщества Watchdog.md Александр Бот, в свою очередь, отметил в беседе с NM, что логика такой реформы становится еще более непонятной в условиях, когда 15 судей нового суда должны будут параллельно рассматривать уголовные дела о коррупции, административные дела о незаконном обогащении и выполнять обязанности судей по уголовному преследованию.
«Учитывая несовместимость должности судьи по уголовному преследованию и судьи первой инстанции, есть риск, что некоторые дела просто не смогут рассмотреть из-за отвода судьи. Другими словами, если судья участвовал в рассмотрении уголовного дела как судья по уголовному преследованию, он лишается права рассматривать дело по существу. Более того, практика показывает, что в рамках одного и того же дела законность некоторых действий или бездействия (разрешение обыска, аресты, оспаривание отказа в начале или прекращении уголовного преследования и т.д.) может быть рассмотрена несколькими судьями по уголовному преследованию, которые после этого не смогут участвовать в рассмотрении дела по существу. Кроме того, если какие-либо из доказательств по уголовному делу, например, о незаконном обогащении, были представлены в рамках административного дела с теми же обвинениями, этот судья тоже не сможет участвовать в рассмотрении дела по существу», — пояснил юрист.
***
Эта статья написана в рамках проекта «Укрепление правового государства и обеспечение прозрачности судебной системы». Его реализует ОО «Юристы за права человека» при поддержке Национального фонда за демократию, которые никоим образом не влияют на предмет и содержание опубликованных журналистских материалов.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.
Поддержи NewsMaker!
