Страны «Восточного партнерства» ехали на рижский саммит с целым набором ожиданий. Грузия стремилась получить подтверждение скорой либерализации визового режима, что, к сожалению, было невозможно по причине невыполнения технических условий. Украинская делегация, в дополнение к отмене виз, настаивала на включении в итоговую декларацию саммита европейской перспективы для стран-участниц «Восточного партнерства» и более жестких формулировок по Крыму и восточным регионам. Ни тому ни другому не суждено было лечь на бумагу из-за разногласий внутри ЕС по первому вопросу и противодействия Армении и Белоруссии по второму.
Армения желала увидеть более ясную картину специального договора о сотрудничестве с ЕС, Белоруссия ждала задокументированных сигналов оттепели в отношениях с Брюсселем, а Азербайджан — подтверждения статуса особого партнера и важности энергетического сотрудничества.
Все уехали неудовлетворенными, а итоговая декларация саммита получилась пресной. Критики сошлись на том, что ничего другого и не приходится ожидать от совместного документа стран, векторы внешней политики которых диаметрально противоположны.
Ожидания Молдовы от саммита были довольно скромными. В Кишиневе по традиции говорили о важности перспективы членства. Эту линию, однако, никто не стал гнуть с чрезмерной настойчивостью, так как европейские партнеры уже давно недвусмысленно дали понять, что к очередным расширениям союз не готов.
Кроме того, преамбула Соглашения об ассоциации прямо признает «европейский выбор Республики Молдова», а предписания юридически обязывающего документа, несомненно, важнее любых политических деклараций. Кроме упомянутой европейской перспективы, Молдове от Евросоюза просить и требовать на саммите было, в принципе, нечего. Безвизовый режим был введен год назад, свои обещания по финансированию Евросоюз выполняет, Соглашение об ассоциации, предполагающее создание зоны свободной торговли, подписан и вступил в силу. Мяч — на поле Молдовы, и качество отношений с Евросоюзом будет определяться скоростью исполнения Соглашения об ассоциации и серьезностью реформ.
Таким образом, в сухом остатке реалистичных ожиданий — внутренние реформы и выполнение обязательств, связанных с политической и экономической ассоциацией.
После ноябрьских выборов на Молдову в Брюсселе смотрят с опаской, но избегают резкой критики. С одной стороны, невозможно не признать произошедшую самодискредитацию проевропейских партий, формирование миноритарного, а значит уязвимого, правительства и масштабный банковский кризис, оголивший глубинные дисфункции государственной системы.
Правительству Габурича доверяют с натяжкой, и именно поэтому во время последнего визита в Брюссель бывшего премьера Лянкэ приняли и председатель Европейского совета Дональд Туск, и еврокомиссар по вопросам расширения и политики соседства Йоханнес Хан, и многие другие чиновники и парламентарии. С другой стороны, на фоне событий в регионе Молдова не так уж и плохо держится. Резюмируя брюссельские обсуждения последних месяцев, из стран «Восточного партнерства» редко поступают хорошие новости: в Азербайджане решили не обращать внимание на сетования Евросоюза и начали применять строгие меры против гражданского общества, Армения развернулась на 180 градусов в сторону Таможенного союза, Белоруссия не изменяет себе и сотрудничает с Брюсселем по минимуму, а катастрофическая ситуация на востоке Украины и в стране в целом переворачивает представления о европейской безопасности и планы на будущее.
Поэтому Украина, а не Молдова, была в центре обсуждений на рижском саммите. И она же была больше расстроена его результатами.
Молдова же до саммита ничем не отличается от себя сaмой после: в Риге не произошло, да и не должно было произойти, ничего особенного.
От самого события страны ЕС не ожидали многого. Принимавшая саммит Латвия с самого начала заявила, что он будет техническим и не менее амбициозный, чем позапрошлогодний — вильнюсский, что само по себе немного. В эволюции «Восточного партнерства» саммит не ознаменовал новой эпохи — скорее изменения произойдут постепенно, в результате пересмотра всей европейской политики соседства, проводимого в течение этого года в Брюсселе и столицах ЕС. Более того, весь регион постепенно исчезает с радаров срочных действий Евросоюза из-за растущих рисков в Средиземном море и на Ближнем Востоке, ставших приоритетными в последние месяцы.
Поэтому дни саммита пронеслись и забылись, а тяжелые будни продолжаются. Останется ли Молдова в топе не самых проблематичных соседей ЕС, теперь зависит от нее самой и от молдавских политических элит.
Автор — эксперт в области международных отношений, Брюссель
