Инициативу парламентской оппозиции об отстранении президента Майи Санду от должности обсудили 7 октября на дебатах, организованных авторами проекта. Участники дискуссии обвинили Санду в политической ангажированности, создании «второго правительства», вмешательстве в деятельность других ветвей власти и копировании практик российского президента Владимира Путина. NM рассказывает, как оппозиция обсуждала проект отстранения президента от власти, почему вспоминали голландского юриста Германа фон Хебеля, эпоху Владимира Воронина и решения Конституционного суда, и что из себя представляет процедура импичмента.
Проект отстранения от должности президента Майи Санду парламентская оппозиция инициировала 29 сентября. Майю Санду обвинили в узурпации власти и ухудшении общей ситуации в стране: в социальной, экономической и политической сферах. Проект подписали все 46 депутатов парламентской оппозиции: от Партии коммунистов, Партии социалистов, «Нашей партии», партии «Демократия дома» и блока «Альтернатива». Автором проекта выступил лидер Партии развития и объединения Молдовы (ПРОМ, входит в блок «Альтернатива») Ион Кику.
На обсуждение проекта, которые организовала ПРОМ, из парламентской оппозиции, кроме этой партии, присутствовали только представители Партии коммунистов и «Гражданского конгресса» (входит в блок «Альтернатива»). Кроме того, были представители Европейской социал-демократической партии (бывшая Демпартия) и представители юридического сообщества.
О процедуре отстранения президента от власти
В начале обсуждения проекта секретарь центрального исполнительного бюро ПРОМ Виктор Маковей сказал, что, хотя президент страны, согласно Конституции, обладает гарантиями неприкосновенности, свободы мнения и свободы слова, тем не менее они не являются абсолютными, поскольку эти права и гарантии всегда осуществляются в соответствии с Конституцией и законодательством.
«Несмотря на то, что мандат президента длится четыре года и вступает в силу с момента принесения присяги, согласно Конституции, он может быть прекращен в случае нарушения присяги и, соответственно, Конституции. Конституционный суд однозначно постановил, что любое нарушение присяги является нарушением Конституции, а любое нарушение Конституции является нарушением присяги», — сказал Маковей.
Далее он рассказал о процедуре отстранения и последующей отставке президента. По его словам, после того как проект, который подписали 46 депутатов от оппозиции, был зарегистрирован с приложенными документами в парламенте, его доводят до сведения главы государства. Далее документ в обязательном порядке должны обсудить на пленарном заседании парламента, после чего президент может представить свою позицию защиты.
Затем проект постановления выносят на голосование и принимают простым большинством присутствующих депутатов, чтобы обратиться в Конституционный суд (КС), который констатирует обстоятельства, обосновывающие отстранение президента от должности. Кроме того, это необходимо для обращения в органы прокуратуры для рассмотрения вопроса о возбуждении уголовного дела.
После получения заключения Конституционного суда в парламенте регистрируют другой проект постановления — уже непосредственно об отстранении президента от должности. «Для его принятия уже необходимо 2/3 голосов депутатов (68 из 101). Если этот проект принимают, президент отстраняется от должности, и в течение максимум 30 дней организуется референдум, на который выносят вопрос об окончательном его смещении», — пояснил Маковей.
Отметим важный момент, о котором не было сказано: на референдуме об отставке президента в пользу этого решения должны высказаться больше избирателей, чем проголосовали за президента на выборах. Только тогда решение о смещении президента будет считаться окончательным. На выборах 2024 года во втором туре Санду получила 930 тыс. голосов.
О «втором правительстве» при президенте
Далее участники мероприятия приступили к обсуждению проекта. Вице-председатель ПРОМ, адвокат Юрие Маржиняну высказал мнение, что «узурпация власти [Майей Санду] началась с отстранения от должности генерального прокурора и ареста господина Александра Стояногло».
«С ним обошлись, как я уже говорил, как с конокрадом: маски-шоу и проч… Я такого еще не видел, и вряд ли где-то в мире подобное происходило, но у нас случилось. С политической точки зрения они хотели комфортного правления, и Генеральная прокуратура во главе со Стояногло им мешала. Если помните, Генпрокуратура направила тогда множество запросов в Конституционный суд касательно разделения властей и недопустимости вмешательства в систему прокуратуры. Думаю, именно отсюда и возникла идея обезглавить Генпрокуратуру, чтобы полностью ее подчинить, а дальше все пошло по наклонной», — считает Маржиняну.
Кроме того, по его мнению, еще одним сигналом узурпации власти было участие членов Высшего совета магистратуры (ВСМ) в заседания Высшего совета безопасности.«Второй элемент — это внедрение в ВСМ представителей неправительственных организаций, политически аффилированных правящей партии PAS. Они финансировали эту партию, декларируя средства, в том числе выступая ее спонсорами», — заявил Маржиняну
И продолжил: «Я бы употребил здесь еще один термин, который не фигурировал в наших запросах, но который я считаю очень важным. Сегодня с помощью законодательных изменений в Молдове, по сути, изменили форму правления. Высший совет безопасности, которым руководит президент, превратился в исполнительный орган, хотя изначально его полномочия заключались лишь в консультировании президента». Полномочия самого президента, напомнил Маржиняну, сводятся к политическим заявлениям без прямого участия в их исполнении. «Но сейчас решения совбеза стали обязательными для всех органов, учреждений и граждан Молдовы, с предусмотренными санкциями за их невыполнение. Таким образом, центр координации — как исполнительной, так и политической власти — сместился в сторону президентуры. Разве это не изменение формы правления? У нас появилось «второе правительство» при президенте, которое она же и возглавляет на этих заседаниях», — возмутился он.
О «случае фон Хебеля»
О вмешательстве президента в деятельность других ветвей власти говорил и Ион Кику. «Говоря о вмешательстве в деятельность парламента, можно вспомнить тот известный случай с голосованием за Германа фон Хебеля, когда в парламенте явно не набиралось необходимого числа голосов для продвижения нужного кандидата [в веттинговую комиссию]. Но тут же, очень оперативно, появилась организованная президентурой инициатива, благодаря которой порог для утверждения был снижен с 61 голоса до 51. И уже к вечеру закон был опубликован в «Официальном мониторе», кандидата избрали, и так далее. И таких случаев вмешательства много», — сказал Кику. .
По его мнению, недавний скандал в MoldATSA тоже сопровождался вмешательством со стороны президента. «Помните публичное выступление госпожи президента, когда она вышла с целым списком прямых распоряжений тогдашнему правительству? Это недопустимо. Хотя занимавший тогда пост премьер-министра [Александру Мунтяну] уже выступил с инициативой реструктуризации Агентства публичной собственности, увольнений, отставок и так далее, госпожа президент приходит со своим списком. И чем все это закончилось в итоге? Отставкой правительства в целом, потому что мнение президента взяло верх над позицией правительства», — считает Кику.
И таких действий президента, по его словам, очень и очень много. Он добавил, что не будет подробно останавливаться на вмешательстве президента в деятельность судебной власти, что, по мнению авторов проекта, является самым серьезным нарушением. «Но, как я уже сказал, по мнению всех коллег, подписавших этот проект, вот эта глава об узурпации и неконституционном вмешательстве президента в деятельность других ветвей власти является ключевой», — подытожил Ион Кику.
Об «отрядах Майи» по примеру «отрядов Путина»
В дискуссии также принял участие бывший судья, адвокат Алексей Паниш. Он считает, что действия президента Санду и степень ее участия в избирательной кампании PAS напоминают ему президента России Владимира Путина.
«Примеры, которые уже приводили в связи с избирательными кампаниями, когда участвовала в мероприятиях правящей партии. Это изобрели не в Молдове, потому что такое же мы видим в России», — отметил Паниш. По его словам, в России президент составляет списки тех, кто участвует в выборах, списки всех лиц, которые должны быть назначены на ключевые должности. Там президента тоже поддерживают определенные известные личности. Там тоже депутаты приходят на заседания к президенту.
«Если вы уберете имена действующих лиц, если исключите место проведения этих событий и просто опишете все это на бумаге, получится один в один как в Российской Федерации. Нам осталось только дождаться того, что придумали там. В России появились такие своеобразные «отряды Путина». У нас тоже все идет к этому — к каким-то «отрядам Майи». Мы уже недалеко от этого», — заявил Паниш.
О политической ангажированности Санду
Генсекретарь Европейской социал-демократической партии Юрие Казаку, взяв слово, отметил, что ни один из шести президентов Молдовы до Майи Санду, кроме шестого (Игоря Додона) не вмешивался столь явно в деятельность других ветвей власти. «Я не помню ни одного президента, повторюсь, кроме шестого [Додона], кто участвовал бы иногда в заседаниях Национального совета Партии социалистов или как он там называется», — сказал Казаку.
Он упрекнул Майю Санду в том, что, находясь в оппозиции, она и ее партия PAS критиковали Додона за участие в мероприятиях ПСРМ, а сейчас президент Санду сама участвует не только в съездах партии, которую она возглавляла, но и в работе Национального политического совета партии.
«Мы, Европейская социал-демократическая партия, даже провели тест и публично пригласили ее на заседание нашего Национального политического совета. Туда же пригласили и наших примаров. Насколько я помню, это было после всеобщих местных выборов 2023 года, когда наша партия заняла третье место по количеству мандатов примаров, местных советников и так далее. Мы публично пригласили госпожу президента присутствовать на заседании Национального политического совета нашей партии. И, как вы все прекрасно понимаете, ответом было молчание, [президент не пришла]» — сказал Казаку.
О решении Конституционного суда
О неприкрытом участии Санду в партийной жизни PAS высказалась и лидер Партии коммунистов Диана Караман. «Когда мы говорим о решении Конституционного суда (КС) 2016 года касательно недопустимости политической ангажированности президента, нужно вспомнить контекст. Это решение КС было связано с тем, что в том же 2016 году решением Конституционного суда изменили форму избрания президента. Тогда КС постановил, что президент должен избираться не в парламенте, а напрямую, всеобщим голосованием», — напомнила Караман.
По ее словам, именно тот факт, что президент избирается прямым голосованием, стал основанием для решения Конституционного суда об аполитичности президента. До этого считалось, что должность президента, в том числе политическая, и президенты имели право даже возглавлять партии.
Караман сделала это уточнение в контексте того, что Владимир Воронин возглавлял Партию коммунистов на протяжении всего времени пребывания на посту президента (с 2001 по 2009 год).
Согласно Конституции, инициировать отстранение президента от власти могут не менее одной трети депутатов (34). Для одобрения импичмента необходимо две трети голосов депутатов, то есть не менее 68. У PAS 55 мандатов, у оппозиции — 46.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.
Поддержи NewsMaker!
