За 25 лет независимости нынешняя президентская гонка — первая избирательная кампания республиканского масштаба, в которой женщины не играют роль статистов, а реально борются за голоса избирателей. Для страны, где в политике традиционно доминируют «альфа-самцы», а в обществе — сельская патриархальность и семейственность, это в новинку. То, как примитивно политики разыгрывают гендерную карту, предрассудки и фобии, демонстрирует их неуважение не только к женщинам, но и ко всему обществу. А предстоящий выбор из политического превращается в этический.
Об этом не очень хочется говорить — это просто неприятно. С этической точки зрения. Но придется. Потому что то, до чего дошла нынешняя предвыборная кампания, уже вызывает внутреннее неприятие. И не говорить об этом — еще более неэтично.
Во всех избирательных кампаниях последних лет превалировала геополитика. Вернее то, что в Молдове понимается под геополитикой. Эта черно-белая картина мира с набором клише вроде «вашингтонского обкома» и «руки Москвы» тоже, мягко говоря, не впечатляет. И, казалось, примитивнее быть уже не может.
Оказалось, может. На этот раз одной лишь геополитической карты оказалось недостаточно. Кроме примитивных агиток за Запад или Восток, в ход пошли заявления о «традиционных ценностях». Причем эту «козырную карту» разыграли еще более примитивно.
Случилось вот что. Из 10 кандидатов на пост президента Молдовы четверо — женщины. У одной из них, согласно соцопросам, есть шансы не просто войти строчкой в отчеты о гендерном балансе, но выйти во второй тур.
Так получилось, что у этого кандидата нет семьи. Так сложилось. Или не сложилось. И вот в стране, где каждый второй брак заканчивается разводом (зато церковь лидирует в рейтинге доверия граждан — 72,8%, согласно последнему «Барометру общественного мнения») все вдруг вспомнили, как же все-таки важна семья и традиционные ценности.
Лидера Партии социалистов Игоря Додона благословляли на предвыборную борьбу под стенами Кэприянского монастыря. Там он пообещал защищать не только государственность, но и православную веру.
Один из рекламных роликов Додон начинается со слов, что он, «как отец троих сыновей», желает лучшего будущего своим детям здесь, в Молдове. Это прекрасно и придраться не к чему. По данным того же «Барометра», 52,9% жителей Молдовы тоже больше всего озабочены будущим своих детей. Да и сам Додон всегда позиционировал себя как государственника и семьянина.
Только вот о своей главной конкурентке — той, которая «без семьи» — лидер социалистов в различных телеэфирах говорит не иначе как о «карьеристке», «домнишоаре» и «девушке из фейсбука». Говорит, кстати, за глаза: на прямые дебаты с основным конкурентом он ни разу не пришел. Как и другой видный кандидат и тоже большой поборник традиционных «принципов и ценностей» — демократ Мариан Лупу.
Не отстают и другие кандидаты, преуспевшие в семейственности. Лидер либералов Михай Гимпу на билбордах предстает в окружении детей или пожилых людей и агитирует голосовать за «унирю» ради нашего с вами будущего, а главное — ради «будущего наших детей».
Не менее рьяно, но с иного ракурса, эксплуатирует семейную тему независимый кандидат Сильвия Раду. Фото кандидата в окружении пожилых людей, подростков и младенцев сопровождается надписью: «Семья имеет значение». Раду на выборах позиционируется не только как профессионал, но и мать троих детей. В представлении программы кандидата принимал участие и супруг, говоривший о ней как о матери и жене. Ее главный посыл: стране нужна «президент-мама».
На этом фоне в соцсетях ведутся дебаты о том, как женщина, у которой нет семьи и детей, может управлять народом. «Не может, выбирать надо семейных […], с опытом создания счастливой семьи, только они смогут и стране обеспечить счастье», — делают выводы спорщики. Наибольшей активностью среди них отличаются сторонники социалистов и демократов.
Принадлежащий первому зампреду Демпартии Владимиру Плахотнюку телеканал Publika TV выступил с еще более «разоблачительной» информацией. Оказывается, кандидат в бытность министром просвещения была против того, чтобы в школах размещались часовни и иконы. И даже потребовала закрыть «маленькую часовню», открытую в кишиневской гимназии-интернате № 3 при личном участии митрополита Владимира.
«Если [кандидат] делала это, то это очень большой грех», — приводит телеканал мнение священника Сергея Чиреша. Теперь же, как повествуется в репортаже, ученики гимназии снова «радуются возможности быть ближе к слову Господа», а «жители столицы считают, что в образовательных учреждениях должны находиться иконы и небольшие церкви, которые направляли бы молодое поколение».
В заключении репортажа снова приводится мнение священника Чиреша. Стране, считает он, нужен «православный» президент, который будет продвигать «традиционные семейные ценности», а не тот, которого поддерживают ассоциации гомосексуалистов и лесбиянок. С таким кандидатом, по словам служителя церкви, «явно что-то не в порядке».
Поводом для открытия «лесбийского» сюжета в досье кандидата «без семьи» послужил пост в ее поддержку, опубликованный в соцсетях координатором программ центра GenderDoc-M Анжеликой Фроловой. От появления аббревиатуры ЛГБТ «блюстителей» традиционных ценностей, что называется, понесло.
Телеканалы медиахолдинга Владимира Плахотнюка мгновенно отреагировали заголовками о том, что кандидата поддержали все лесбиянки и геи Молдовы. Сообщения сопровождались видео с парадов сексменьшинств и фото с целующимися лесбиянками.
Примерно так же подали информацию и СМИ близкие социалистам. Одним из вероятных сценариев в случае победы кандидата на выборах агитаторы от ПСРМ называют проведение масштабного гей-парада — чуть ли ни на второй день после выборов.
Еще более буйной фантазией отличился председатель территориальной организации ДПМ в Криулянах Вячеслав Бурлак. По его словам, с победой кандидата Молдова превратится в новый Лесбос (происхождение термина «лесбийская любовь» связывается с названием греческого острова). «Разве заслуживает эта страна, чтобы ее превратили в новый остров Лесбос. Что скажет народ, Майя…» — написал он на свой странице в Facebook.
Интересно наблюдать за тем, как люди, ратующие за то, чтобы вопросы сексуальности оставались вне публичной сферы и не становились предметом «пропаганды», выносят их на общественное обсуждение и используют как пропагандистское оружие в политической борьбе. И есть ощущение, что не сегодня-завтра вся эта кампания завершится тем, что сама кандидат будет «уличена» в том, что и она… Впрочем, не будем торопить события.
Если вернуться к гендерному фактору, то первым примером развенчания мифа о том, что политика — не женское дело, стало избрание Ирины Влах на прямых выборах башканом Гагаузии. Интересно, что это произошло в регионе, который традиционно считается одним из самых патриархальных.
Оппоненты Влах, кстати, использовали против нее в качестве аргумента и ее половую принадлежность, и семейное положение. Дескать, пусть сначала семью создаст, потом уж на управление гагаузской автономией претендует.
Влах руководит автономией уже более полутора лет. И о ее семейном статусе и поле никто не вспоминает, жителей региона волнуют только дела насущные.
Возникает очевидный вопрос: почему управлявшие до сих пор страной исключительно семейные и очень «нравственные» люди ничего в ней не изменили? Почему все эти преуспевшие в семейственности — с детьми, многочисленными нанашами и кумэтрами — высшие госчиновники за 25 лет не обеспечили в стране хоть сколько-нибудь достойную жизнь?
Возможно, спекулировать на семейных ценностях и взаимоотношениях полов проще, чем поднять уровень жизни с «пола». Ну хотя бы немного выше плинтуса.
Эта статья — редакционный материал NewsMaker
