Деньги

Нацбанк опубликовал второй доклад Kroll. Что нужно знать о новом отчете?

Александра Батанова
| 22 декабря, 2017
15:40

Национальный банк Молдовы (НБМ) опубликовал вторую часть расследования, проведенного детективами Kroll, о мошенническом выводе денег из трех молдавских банков. Детективы доказали, что кражу координировали и руководили ею группы компаний мэра Оргеева, бизнесмена Илана Шора. Но конечные бенефициары кражи по-прежнему неизвестны. Сам Шор свою вину отрицает и считает, что на Kroll «зря потратили миллионы долларов».

Как украли деньги?

Второй отчет финансового детективного агентства Kroll НБМ опубликовал вечером 21 декабря. В 58-страничном документе подробно рассказывается о схеме, по которой выводили деньги из трех уже ликвидированных молдавских банков — Banca de Economii (BEM), Banca Sociala и Unibank.

Практически на каждом листе отчета фигурирует фамилия мэра Оргеева, бизнесмена Илана Шора и связанная с ним группа компаний, называемая в документе «группой Шора». Имени бизнесмена Вячеслава Платона, которого приговорили к 18 годам за вывод денег из BEM, в отчете нет.

newsmaker.md/rus/novosti/nbm-opublikoval-kratkoe-soderzhanie-doklada-kroll-2-35287

Детективы утверждают, что «группа Шора», которая включала 77 компаний и физические лица, владела тремя вышеназванными банками и руководила процессом отмывания денег. Так, с 2012 по 2014 год «группа Шора» в общей сложности получила кредитов на $2,9 млрд. Причем к ноябрю 2014 года доля кредитов «группе Шора» в трех банках составляла 80%. Деньги выдавали в основном на покрытие существующих кредитов.

Из суммы $2,9 млрд большую часть — $2,6 млрд — отмывали по специальной схеме, подробно описанной в отчете. Оставшиеся $220 млн остались в Молдове, чтобы покрыть платежи по текущим кредитам, а еще $110 млн отправились напрямую в другие страны, «в том числе, на счета в российских банках».

Детективы утверждают, что отмывание денег было «профессиональным», в некоторых случаях транзакции происходили буквально за секунды. Деньги отмывали в основном через два латвийских банка. Их названий в отчете нет. В двух банках был открыт 81 счет для оффшорных компаний из Великобритании, Британских Вирджинских островов, Панамы и Белиза. Большинство этих компаний были основаны недавно, не занимались бизнесом, и о них не было никакой публичной информации. Проводя расследование, Kroll обнаружил параллельную схему отмывания денег, связанную с переводом $58 млн на 45 счетов эстонских банков.

После отмывания $2,6 млрд обратно вернулось только $2 млрд. Таким образом, Kroll оценивает ущерб от этой схемы минимум в $600 млн. Кроме этой схемы, использовали и другие: перевод денег в другие молдавские банки, через другие эстонские и латвийские банки, Китай, Гонг-Конг и Кипр.

Всего же детективы нашли подозрительных транзакций минимум на $1 млрд. Деньги переводили в другие молдавские банки ($169,3 млн), банки Латвии ($302,1 млн), Кипра ($112,4 млн), Китая ($83,3 млн), России ($80,6 млн), Австрии ($56,1 млн), Эстонии ($51,4 млн), Швейцарии ($42,8 млн), в США ($25,2 млн), Гонконга ($22,6 млн) и других стран ($115,5 млн).

Кто получил деньги?

Несмотря на подробное описание схем, в отчете нет ответа, куда ушли все деньги. В документе говорится, что конечное назначение переводов, которые «пошли через эти счета», пока неизвестно. «Скорее всего, деньги перевели по другим направлениям или на них купили активы», — говорится в отчете.

Кроме того, из отчета следует, что за счет схем около $50 млн получили местные физические лица. Их имена в отчете тоже не указаны. Kroll обещал передать их правоохранительным органам.

Впрочем, детективы утверждают, что готовы помочь найти и вернуть украденные деньги.

В чем Шор обвинил Kroll?

Илан Шор уже прокомментировал расследование Kroll. Он заявил, что Kroll не сообщил ничего нового. «Практически все, о чем так громко и „сенсационно“ говорит Kroll, я представил следствию. В том числе, и то, что мои банки и структуры использовали как инструменты. Ни реальные бенефициары, ни следы основной массы денежных средств в этом „отчете“ так и не были выявлены», — написал Шор на своей странице в соцсети.

Он также задался вопросом, «зачем платить сомнительной компании миллионы долларов за информацию, которая не дает ничего нового».
Шор сделал вывод, что «цель реальных заказчиков расследования и нанимателей компании Kroll не в выявлении истины». «Главная их задача — найти „стрелочника“, одновременно отомстив ему за правдивые свидетельские показания. Достаточно вспомнить, что нанимателем Kroll было правительство, подконтрольное Филату», — написал Шор.

Он также сообщил, что его адвокат уже подал иск против компании Kroll в Верховный суд Лондона.

«Kroll неоднократно попадалась на незаконном сборе информации, шантаже, подтасовке данных и заказных расследованиях с заранее определенными результатами. Судя по всем признакам, подобный заказ Kroll выполняет и в отношении меня», — написал мэр Оргеева.

Он прикрепил к публикации копию искового заявления, поданного в лондонский суд.

Что говорят власти и эксперты?

Расследование Kroll прокомментировал и спикер парламента Андриан Канду. Он просто поблагодарил детективов за то, что они разрешили его опубликовать. «Из разговоров с главой Нацбанка я понял, что Kroll приедет в середине января для дискуссии по отчету. И в это же время утвердят стратегию возврата средств», — сказал Канду.

Комментируя нахождение Илана Шора на свободе, Канду сказал, что его осудили в первой инстанции, и сейчас ожидается решение Апелляционной палаты Кишинева. «Очевидно, его привлекут к уголовной ответственности», — сказал Канду.

Посол США в Молдове Джеймс Петтит назвал публикацию Kroll «началом». «Наверное, нам стоит быть внимательными с любым расследованием. Нужно скрывать фамилии, потому что их разглашение может создать в будущем сложности для проведения расследования до конца», — сказал посол в эфире În PROfunzime на телеканале ProTV.

Эксперт IDIS Viitorul Вячеслав Ионицэ считает, что депутаты должны сейчас создать спецкомиссию, которая разбиралась бы с тем, что делали органы власти в этот период. «Из отчета видно, что это была скоординированная операция. Было бы интересно понять, что делал каждый госинститут. В 2011 году, когда была одна из рейдерских атак на банки, европейцы сказали, что нужно найти две вещи: виновных и бреши. У нас целый госорган занимается борьбой с отмыванием денег, а их выводят и на них покупают активы. Тут есть над чем поработать», — сказал NM эксперт.

Говоря о возможностях возврата денег, Ионицэ отметил, что все будет зависеть от того, кто этим займется. «Больше шансов, если этим займутся британские правоохранительные органы. К сожалению, на них надежды больше, чем на наших», — резюмировал эксперт.

Бывший министр финансов Вячеслав Негруцэ, комментируя тот факт, что местные физлица получили от кражи $50 млн, предположил, что закон по декриминализации экономических преступлений готовится именно для того, чтобы вывести их из-под удара.

Власти Молдовы хотят усилить контроль над СМИ? Что не так с разработанным PAS законом о медиа

Николай Пахольницкий
| 12 июня, 2026
18:41

Проект закона о СМИ, разработанный PAS и одобренный правящим большинством в первом чтении, вызвал дискуссии в парламенте. Оппозиция считает, что этот закон может стать рычагом политического давления на СМИ. Негативное заключение на проект дал и Наццентр борьбы с коррупцией. NM рассказывает, что предусматривает закон, а также, за что его раскритиковали и какие риски он может нести.

Проект закона о СМИ парламент одобрил в первом чтении 11 июня. Его авторами выступили восемь депутатов от правящей партии «Действие и солидарность» (PAS), в том числе глава профильной парламентской комиссии по культуре, образованию исследованиям, молодежи, спорту и СМИ Лилиана Николаеску-Онофрей. За проект проголосовали 53 депутата от партии власти.

В пояснительной записке к проекту отмечается, что в Молдове действует закон о СМИ, принятый в 1994 году, который был написан с учетом специфики рынка 90-х годов, когда основными медиа были печатные СМИ и информагентства.

Что предусматривает законопроект

В проекте говорится, что СМИ может быть юрлицо или физлицо, занимающееся предпринимательской деятельностью.

При этом указано, что журналист должен работать «свободно и независимо», и имеет право отказаться «от разработки медиапродукта или иного медиаконтента в случае, если он противоречит профессиональным и этическим нормам, критериям и стандартам журналистики». Работодателю при этом запрещено за это журналиста штрафовать, увольнять или понижать в должности. Журналист также имеет право «не разглашать личность источника информации или любую информацию, которая может привести к его идентификации», а давление или запугивание журналиста «влечет за собой, по обстоятельствам, административную или уголовную ответственность».

Также в законе даны определения концентрациии медиарынка, в том числе горизонтальной, когда у собственника много медиа одного типа, и вертикальной, когда у собственника есть контроль «на различных этапах цепочки производства, распространения или продажи медиаконтента, включая поставщиков медиауслуг, производителей контента, дистрибьюторов или субъектов, занимающихся продажей рекламы».

Закон также возлагает на минкультуры ответственность «за разработку и продвижение государственной политики в области СМИ и за выполнение государственной политики, установленной настоящим законом».

Отдельно в законопроекте говорится о Совете прессы: он остается консультативным органом, решения которого носят рекомендательный характер, но не обязательны с точки зрения закона.

Законопроект также предусматривает создание реестра медиа. Речь идет о реестре поставщиков медиауслуг, который будет вести минкультуры. При этом, согласно проекту, включение медиа в реестр не является обязательным, но субсидии от государства смогут получать только СМИ, включенные в реестр.

Для регистрации в реестре владельцы медиа должны предоставить пакет документов, в том числе выписку из Агентства госуслуг, информацию о собственниках, бенефициарах, источниках финансирования медиа, данные о руководстве, включая главреда, который несет ответственность за контент и др.

Отказать в регистрации могут, если СМИ представило неполную информацию, если невозможно идентифицировать поставщика медиауслуг или «запрос не соответствует требованиям закона». Тут дана отсылка на указанные в законе нужные документы.

Если минкультуры отказывает в регистрации в реестре, медиа может оспорить это в суде.

Почему создание реестра вызвало дискуссии

Именно пункт о регистрации в реестре вызвал горячие дискуссии в парламенте и критику. Оппозиция обвинила власти в том, что такой реестр позволит властям получить больше контроля над СМИ, так как именно власти будут решать, кто достоин субсидий, а кто нет.

«Ни в одной европейской стране правительство не ведет и не управляет реестрами новостных порталов или печатной прессы и не решает, кто достаточно послушен, а кто нет, чтобы быть признанным медиа-учреждением», — сказал депутат от «Нашей партии» Николае Маргаринт.

Его поддержал и депутат от блока «Альтернатива» Гайк Вартанян, заявив, что с коллегами разработает поправки, и если парламентское большинство их поддержит, то его фракция готова проголосовать за новый закон: «Мы за европейское законодательство о СМИ, но европейский закон о свободе СМИ разработали для защиты прессы от властей, а не для того, чтобы передать ее под контроль министерства».

Раскритиковал в своем заключении законопроект и Национальный центр борьбы с коррупцией (НЦБК). Возражения вызвало и то, что в законе предусмотрено государственное финансирование СМИ при условии «соблюдения редакционной нейтральности», но правового пояснения этого понятия нет. В НЦБК сочли, что это создает риск злоупотребления служебным положением.

Лилиана Николаеску-Онофрей на это заявила, что закон не предусматривает создания механизмов контроля государства над редакционной политикой СМИ. При этом она признала, что в европейской практике реестры такого типа обычно ведут независимые регулирующие органы, а не министерства, подчиненные правительству, и допустила возможность передачи этих полномочий негосударственному институту.

«В ходе обсуждения проекта мы говорили, что сейчас предпочтительнее оставить этот вопрос в ведении министерства культуры, как органа, ответственного за политику в этой области. Но если вы считаете, что мы можем передать это другим институтам, я лично поддерживаю такие идеи», — заверила она.

Исполнительный директор Ассоциации независимой прессы (API) Петру Маковей, принимавший участие в разработке законопроекта, считает его хорошим и даже «слишком либеральным». «Нужно учитывать, что сейчас есть СМИ, которые считают себя СМИ, но фактически этого не делают [не соблюдают нейтральность]. Нужно защищать качественную прессу. И это правильно, что субсидии должны получать только медиа, которые делают качественный контент» — сказал Маковей NM.

Он отметил, что, кроме нового закона, субсидирование СМИ регулирует и профильный закон о Фонде субсидий СМИ. Из него следует, что субсидии может получать только медиа с официальной регистрацией в Агентстве госуслуг, которое соблюдает Деонтологический кодекс, работает не менее года и не имеет задолженностей перед бюджетом.

На вопрос NM о том, есть ли риск, что после смены власти этот закон будет работать против независимых медиа, эксперт отметил, что в случае смены власти любую реформу можно свернуть. «Но это не значит, что, ссылаясь на этот риск, надо ничего не делать», —заключил Маковей.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.

Хотите поддержать то, что мы делаем?

Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.

Поддержи NewsMaker!