Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»
12 мин.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

Представьте себе два гектара цветов, в основном гладиолусов. 800 сортов, часть из которых коллекционные. И вся эта цветущая красота не где-то в Нидерландах, а у нас в Молдове, в Единецком районе. Выращивает эти цветы семья Виктора и Дианы Гриб. И не только выращивает, но и занимается их селекцией. В интервью NM Виктор Гриб рассказал, как он дошел до цветочной жизни, выгодно ли в Молдове заниматься селекцией, почему новые сорта гладиолусов патентуют в России, а не в Молдове, и почему он не хочет идти в «большой бизнес».

x

«Одной любви к гладиолусам мало»

С чего все началось, и почему цветы?

Все началось десять лет назад с любви к гладиолусам. Но, как и в любом деле, одной только любви мало. Почти пять лет я работал на стройке — собирал деньги, искал, покупал и параллельно разводил коллекционные сорта.  Просто так их не найти, да и нет в большом количестве.

Сейчас вся наша семья разводит цветы. Последние пять лет мы целенаправленно занимаемся селекцией гладиолусов. Но также выращиваем и продаем другие многолетние цветы: ирисы, георгины, лилии, тюльпаны и хризантемы. Только гладиолусов у нас более 800 сортов. Общая площадь земли, на которой мы выращиваем цветы, — около 2 га.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Но выращивание и селекция — это ведь разные вещи.

Да. Выращивание — это когда зарегистрировал компанию, заказал машину и привез все из Нидерландов. Тут речь идет о больших объемах и площадях, недорогих и неприхотливых сортах. А селекция — это выведение новых и сохранение коллекционных сортов. Например, как у нас — коллекционные сорта гладиолусов:  нежные, красивые, но при этом они плохо размножаются и хранятся.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Сначала мы зарегистрировались как крестьянское хозяйство и со временем решили ничего не менять. Поэтому мы не можем самостоятельно импортировать луковицы (чтобы заниматься импортом, надо зарегистрировать ООО или ИП).

Получается, все 800 сортов вы нашли и купили в Молдове?

Новые сорта я купил у других селекционеров — и здешних, и заграничных. Вот, например, в нашем районе живет известный селекционер Сергей Филимонович Пынзарь, который входил в пятерку крупнейших селекционеров СССР. В 1980-е годы он вернулся в Молдову с Дальнего Востока и привез с собой 5 тыс. сортов гладиолусов. Мы познакомились восемь лет назад. В нашем районе он продавал луковицы цветов. Тогда он работал над 50 собственными сортами, сейчас, насколько мне известно, их более 80.

Мы не можем покупать луковицы за границей, но есть компании-посредники, которые их нам отправляют. Бывает, что коллекционеры обмениваются сортами. Например, в этом году новосибирский коллекционер попросил у Сергея Филимоновича 3 тыс. луковиц его сорта «Богиня Лада». У него было только 1,5 тыс., за остальными он обратился ко мне. И, кстати, цена за луковицу была хорошей — около $5 за штуку.

Я очень рад за него. Ему 86 лет. Большую часть жизни посвятил разведению и селекции гладиолусов. Все свои сорта он зарегистрировал в России, потому что в Молдове регистрация одного сорта стоит €50. Для подтверждения авторского права приходится ежегодно платить еще €50, в противном случае селекционер это право теряет. А, если сортов несколько десятков, то в год получается очень большая сумма. В России это бесплатно. И я уже не говорю о рынке — в Молдове некому продавать луковицы коллекционных сортов, их никто не покупает.

Кстати, у Сергея Филимоновича есть интересные сорта с молдавскими названиями, например, «Хайдук», «Молдова», «Будулай». Особенность сорта «Будулай» в том, что его семена (детки) можно хранить в архиве 5-6 лет, и если с луковицами что-то происходит, то даже спустя несколько лет сорт можно восстановить. Нередко бывает, что за зиму луковицы портятся (пока у нас не получается создать оптимальные условия для хранения), и из года в год мы восстанавливаем сорт из «деток» (небольшие новые луковицы, которые появляются за весну-лето). К сожалению, цветы этого сорта мы даже не можем размножить.

«В Кишиневе не самый хороший рынок»

Вот вы говорите, что у вас 800 сортов. А сколько луковиц, можете сказать?

Могу, наверное. Один ряд — в среднем шесть ящиков вместе с отходами. Там примерно 1500 луковиц. Всего 90 рядов. Получается 120-140 тыс. луковиц среднего размера, но это очень приблизительные цифры. К тому же не все сохраняются до весны. Часть луковиц мы продаем. Деток не считаем. Их количество исчисляем мешками, весной мы их снова высаживаем в грунт.

Сколько человек у вас работает?

Цветами занимается только наша семья и родственники — мы не привлекаем других работников. Цветы ведь все хорошо чувствуют. Например, дерево достаточно просто хорошо полить, а цветам нужен особый уход и любовь. И нам удалось привить любовь к цветам моим родителям и родителям жены. Есть и еще один стимул — нам удается себя обеспечивать, поэтому сосредоточились исключительно на цветах.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

К слову о прибыли. Неужели выгодно заниматься цветами, когда десяток гладиолусов стоит 30-50 леев (корреспондент NM купил у Виктора Гриба букет из 10 гладиолусов за 30 леев)?

У нас люди очень бедные, у них нет денег на цветы. Но не все гладиолусы стоят 3-5 леев за штуку. Цена зависит от качества, размера, сорта и прочего. Лучшие цветы у нас покупают прямо из дома: приезжают оптовые покупатели, у которых есть цветочные магазины. Остаток продаем на рынке, иначе наша прибыль уменьшится. В этом году, что интересно, был очень большой спрос у покупателей севера Молдовы, включая Бельцы.

А почему вы не выходите на кишиневские рынки?

В Кишиневе  не самый хороший рынок. Там большая конкуренция, крупные производители, которые буквально «душат» нас. К тому же мы находимся далеко от Кишинева — ездить туда со срезом (срезанными цветами) очень рискованно. Если нет контракта или постоянных покупателей, то лучше даже не пробовать.

Например, накануне поездки звоню и выясняю, что на оптовом рынке цена за штуку 7 леев. Приезжаю. В это время другой крупный поставщик снижает цену до трех леев, а мне это невыгодно. У них простые, неприхотливые сорта гладиолусов (например, обыкновенные белые), которые они выращивают на больших площадях. А покупателю часто все равно, поэтому они берут то, что дешевле. Бывало, возвращался домой с половиной непроданного товара — а ведь это цветы. Туда 200 км и обратно 200 км, а температура в машине — свыше 40 градусов. Понимаете, в каком виде они возвращаются домой?

И, кстати, чтобы срезать, связать и уложить тысячу гладиолусов, нужно восемь часов работы и четыре пары рук. Это очень тяжелый труд. Получается, что ночь накануне поездки мы готовим цветы, а следующую ночь продаем их (рынок работает с вечера до полуночи). Так я практиковал три-четыре года назад. Сейчас мы продаем только на севере: я — в Дрокии, мама и жена — в Единцах, а дочь — в Рышканах.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Сколько живет срезанный цветок?

Все зависит от сорта. Например, махровые гладиолусы с очень плотными, будто брезентовыми лепестками, могут стоять в вазе до двух недель. Достаточно раз в три дня менять воду в вазе. И, наоборот, не махровые гладиолусы с нежными лепестками сохраняются гораздо меньше.

«Нынешней весной, в карантин, мы продали не меньше, чем в прошлые годы»

Сколько вы зарабатываете на цветах?

В последние два-три года дела идут хорошо. Если не считать убытка на 180 тыс.леев. В прошлом году через компанию-посредника мы заказали партию нового сорта георгинов в горшках (как хризантемы в горшках, только цветут они летом), но покупатели не поняли этого. Цветы им показались очень дорогими, поэтому мы даже не вернули деньги, которые вложили.

В последние несколько лет  больше всего зарабатываем на гладиолусах. До этого выручали примерно столько, сколько вкладывали.

Получается, того, что вы зарабатываете летом, хватает на целый год?

Не совсем так. Мы продаем почти круглый год. До декабря — хризантемы, а с января начинаются выставки луковиц гладиолусов, тюльпанов и проч. И мы участвуем в каждой выставке, проводимой на Moldexpo.Там находим новых клиентов и получаем какой-то опыт.

Что интересно, в марте-апреле я думал, что мы не сможем платить проценты по кредитам. Но нам звонили, обращались, сами приезжали и покупали. И, получается, что весной этого года мы продали не меньше, чем в другие годы, когда рынки были отрыты. В Молдове ведь не так много селекционеров и тех, кто выращивает цветы, поэтому все друг друга знают.

Вы каждый год берете кредиты?

Нет, в этом году решили не брать. Рынки были закрыты, карантин. Боялись, что не потянем кредит, поэтому решили полагаться только на собственные силы и возможности. Сейчас мы продаем только те сорта и цветы, которые выращиваем последние несколько лет.

А луковицы выгодно продавать?

Не особенно. Селекционные луковицы очень дорогие. Например, обыкновенные голландские луковицы стоят по три лея за штуку. Молдавские агромагазины привозят их из Нидерландов и продают по 10 леев. Наши луковицы стоят от 10 до 30 леев, и им это невыгодно.
Луковицы нового сорта в первый год продажи стоят не менее €10 (у разных селекционеров разные цены на коллекционные сорта). На второй год продажи луковица стоит около €6, на третий год — еще меньше и т.д.

У меня новая коллекция, 40% в ней — сорта, которым не более пяти лет. Такие луковицы очень дорогие, и я не могу продавать их по заниженным ценам. Есть, конечно, коллекционеры, которые понимают, что это новый сорт, и платят за него.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Цветы требуют постоянного внимания. Как вы ухаживаете за ними?

Гладиолусам, как и хризантемам, нужен постоянный полив. Много лет я выращивал гладиолусы у дома — там у меня было маленькое озерцо, но из-за дефицита воды пришлось сменить участок и выращивать их там, где воды достаточно.
У нас капельное орошение. Поливаем практически каждый день. И все равно летом, когда температура на солнце достигает 40 градусов и выше, они вянут. Поэтому цветы срезаем только ночью. Мы же понимаем, что стоит хоть раз продать магазину увядшие цветы, и к нам больше не обратятся.

«В большой бизнес идти не хочу»

А у вас не воруют цветы?

Не замечал этого. Цветы растут в селе. Там родительский дом с 40 сотками земли, рядом дом бабушки и тоже 40 соток земли, еще более 100 соток земли у родственников. Вот и получается около двух гектаров. Ко мне может прийти сосед и попросить букет. И я никогда не отказываю, и деньги не беру. Бывает, что соседи приходят помогать.

С какими трудностями вы сталкиваетесь?

Главная — у нас не организован рынок. Еще — очень высокие проценты по кредитам. Часто для получения кредита приходится закладывать имущество. А еще — жаркое, засушливое лето, но это от нас не зависит.

А вы не думали открыть собственные магазины?

Нет. Конкуренция очень высокая. Я селекционер. Меня ищут и находят те, кто любит цветы. В большой бизнес идти не хочу, потому что в Молдове никто не защищает мелких производителей. Мы решили работать так, чтобы на жизнь хватало, и чтобы ничего не держало, если со временем придется уехать (смеется).

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Наверное, в праздники ваша прибыль ощутимо вырастает?

В принципе нет. К 8 марта я не успеваю. Растут продажи накануне 9 мая и к летним праздникам. В праздники зарабатывают импортеры и владельцы цветочных магазинов, а мы — нет.

Сколько времени у вас занимает уход за цветами, свободное время остается?

В январе-феврале мы начинаем готовиться к выставкам. Перебираем, сортируем и упаковываем луковицы. В марте-апреле высаживаем луковицы в грунт. Потом выезжаем на рынки. Получается,  практически все время занимаемся цветами. В межсезонье, конечно, по ночам мы спим, а летом — днем на рынке, поздним вечером и ночью — поливаем и срезаем цветы. Осенью выкапываем луковицы из грунта. Храним их в старом коровнике, который зимой отапливается (луковицы надо хранить в сухом прохладном месте, поэтому подвал для этих целей не подходит). Зимой отделяем луковицы, перебираем их и очищаем от лишней шелухи.

Потому что гладиолус. Как бизнесмен из Единец создал на севере Молдовы «маленькую Голландию»

ok.ru/victor și diana grib

Почему нынешней весной был хороший спрос, как думаете? Все-таки карантин, многие остались без работы. По идее, людям не до цветов.

Много лет владельцы цветочных магазинов сами выращивали гладиолусы, пусть и в небольшом количестве. У них были голландские сорта — они крупные и не такие требовательные к уходу, как мои. Но в последние годы мы все чаще сталкиваемся с засухой, уже не выгодно выращивать цветы только для своего бутика, поэтому они отказались от этого. Сейчас они только покупают и перепродают цветы.

Какие цветы у нас самые популярные?

Спрос всегда разный. О розах я не говорю — они всегда популярны, но я ими не занимаюсь. Несколько лет назад были популярны георгины. Сейчас покупают хризантемы. В этом году еще и гладиолусы. Есть определенная мода не цветы, если так можно сказать. Но людям надо объяснять, рассказывать, что цветы — это ведь красиво, а выращивать гладиолусы, например, можно не только в открытом грунте, но и дома, в горшке.

Выращивать дома, правда?

Да. Голландские сорта — высокие. А у меня в коллекции есть сорта до метра, кучерявые. Они очень красивые, довольно долго цветут, не требуют особого ухода и растут в маленьком горшке. Главное — постоянный полив и, конечно, любовь к цветам.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: