Сокамерник бизнесмена Вячеслава Платона Александр Сырги написал письмо генпрокурору, в котором заявил, что ему предлагали убить Платона в обмен на свободу. Сырги также утверждает, что в этом участвовали его бывший адвокат и прокурор Антикоррупционной прокуратуры Андрей Баешу. Бывший и нынешний адвокаты Сырги говорят, что ничего об этом не знают.
Письмо Александра Сырги, датированное 3 января 2019 года, NM передал источник, настоявшей на анонимности. По словам источника, письмо еще не передали в Генпрокуратуру. Почему письмо до сих пор не передали и когда его передадут, собеседник не сказал.
Что в письме
В этом письме на имя генпрокурора (копия есть в распоряжении NM) сокамерник Платона Александр Сырги, приговоренный почти к 19 годам тюрьмы по обвинению в мошенничестве, утверждает, что ему предлагали «убить в ходе ссоры» Платона в обмен на свободу.
Сырги пишет, что примерно в октябре 2018 года его перевели из 142 камеры тюрьмы №13 в 7 камеру, где содержится Вячеслав Платон. По словам Сырги, раньше он не был знаком с Платоном.
Примерно в ноябре [2018], как пишет Сырги, его вывели из камеры под предлогом встречи с адвокатом. «Вместо моего адвоката Василия Рыхли в кабинете 23 меня встретил мой предыдущий адвокат Лилиан Мэлига, который давно не представляет мои интересы. Я был удивлен. Мэлига выглядел, скорее, как прокурор, следователь, он был с телефоном, но, насколько мне известно, адвокатам нельзя приносить в тюрьму телефон», — пишет Сырги.
И продолжает, что, спустя примерно пять минут, в кабинет вошел директор тюрьмы №13 Игорь Пынтя с неизвестным мужчиной, который представился Альбертом и сказал, что он из спецслужб Молдовы, но не уточнил, из каких именно. «Он сказал мне, что, если я буду послушным, я смогу избавиться от тюремного срока 18 лет и 8 месяцев. Но что и как я должен для этого сделать, мне скажут на следующей встрече», — утверждает Сырги.
По его словам, следующая встреча состоялась примерно через неделю в кабинете 24. На ней присутствовали трое — Альберт, Игорь Пынтя и человек, представившийся Константином.
«Альберт сказал, что мне аннулируют приговор, если я под видом ссоры убью Вячеслава Платона. Сначала мне аннулируют приговор, затем заведут другое уголовное дело, какое-то время я проведу под предварительным арестом, и до Нового года, то есть 2019, поеду домой», — пишет Александр Сырги.
Примерно через два месяца, по его словам, дверь их с Платоном камеры открылась, и он увидел Альберта, Константина и Игоря Пынтю, которые пришли проводить обыск. Тогда он узнал, что Альберта на самом деле зовут Олег Рошка, а Константин — это прокурор Андрей Баешу.
Сырги в своем письме просит правоохранительные органы разобраться в этой ситуации и отмечает, что «раньше он, может, и нарушал закон», но больше этого делать не хочет. «Это странно, они способны на что угодно и могут ликвидировать (убить) Вячеслава Платона и убийство могут повесить на меня. Также они в любой момент могут меня вывести из камеры и, воплощая свой план, убить Платона и меня как свидетеля ликвидации», — пишет Сырги.
Из письма между тем не ясно, отказался ли он от этого предложения. Сырги лишь отмечает, что после этих разговоров было «все тихо», никто его не допрашивал и ничего не предлагал.
Что рассказали адвокаты Сырги
Адвокат Лилиан Мэлига, который упоминается в письме Сырги, назвал информацию, изложенную в письме, «бредом». Он сказал, что в период, когда он был адвокатом Сырги, все его встречи с ним задокументированы в соответствии с правилами тюрьмы №13. «Я был у него там пару раз, это моя работа. Я всегда был один, все это можно проверить. Там есть кабинет, все видно: что я там делал, сколько времени провел, с кем был», — сказал Мэлига.
Он также назвал «бредом» заявление о том, что у него при встрече с клиентом мог быть телефон, так как адвокатам не разрешают проносить телефоны на встречи с клиентами, а в последнее время «даже сигареты не разрешают проносить».
«Я не знаю, почему он так написал», — сказал Мэлига. И добавил, что перестал работать с Сырги, так как по делу, в котором он его представлял, приговор вынесла Высшая судебная палата.
Адвокат Василий Рыхля, который сейчас представляет интересы Сырги, сказал NM, что ничего не знает о письме, о котором идет речь. Последний раз, по словам адвоката, он видел своего клиента 15 февраля этого года. Рыхля отметил, что «на последних двух встречах Сырги выглядел очень озабоченным», но с чем это связано, адвокат не знает.
О том, что его клиента перевели в камеру Платона, адвокат узнал во время встречи с Сырги 6 февраля. «Во время предыдущей встречи, которая состоялась 12 ноября 2018 года, он был очень озабочен тем, что его перевели в камеру в подвале», — рассказал адвокат.
По его словам, на одной из встреч Сырги расспрашивал его о том, как будут проходить слушания в Апелляционной палате, которая сейчас рассматривает его дело. Как рассказал Рыхля, это третье уголовное дело против Сырги, все три — по обвинению в мошенничестве. По двум из них уже высказалась Высшая судебная палата, то есть приговоры обжалованию не подлежат.
По словам адвоката, он объяснил Сырги, что АП не будет рассматривать эти два дела, потому что по этим приговорам уже есть окончательное решение, то есть речь будет идти только о третьем деле.
Адвокат также отметил, что, до того как его клиента перевели в камеру к Платону, на встречи в здании тюрьмы Сырги приходил один. Теперь встречи с ним проходят в административном блоке, и на них его конвоируют сотрудники спецподразделения Pantera.
Василий Рыхля рассказал, что заседания АП по делу Сырги переносили трижды: они были назначены на 13 ноября 2018 года, затем на 20 декабря 2018 года и на 29 января 2019 года. В первом случае один из судей не смог участвовать в заседании, во втором — не явились потерпевшие, в третий раз снова не явились потерпевшие и не привезли обвиняемого.
«На мой вопрос, почему не привезли Сырги, председатель суда ответил, что Сырги не захотел приехать. На встрече с ним я спросил, почему он не захотел участвовать в заседании, а он ответил, что его на него не отвезли», — рассказал адвокат.
***
NM направил запросы в Национальную администрацию пенитенциарных учреждений и Антикоррупционную прокуратуру, где работает упомянутый в письме Андрей Баешу, но к моменту публикации материала ответы на эти запросы не пришли.
