После президентских выборов парламент решил возобновить практику времен режима Плахотнюка и альянсов, прикрывавшихся лозунгами европейской интеграции. 3 декабря в ход пошли беспардонные нарушения парламентского регламента. А на прошлой неделе, 16 декабря, важные законопроекты принимали под покровом ночи. Такой подход не может не вызывать подозрений в продвижении скрытых интересов.
Майя Санду своим тезисом о «группе воров, которые решили в полночь поделить между собой государственные деньги, деньги людей, которые работают и платят налоги», задала тон дискуссиям о сути скрытых интересов.
Спустя сутки после закрытия сессии парламента во время телевизионных дебатов депутат от PAS Серджиу Литвиненко заявил, что его фракция в кулуарах парламента получила неформальное предложение принять участие в раздербанивании государственных денег. Мол, PAS получит возможность по собственному желанию перераспределить 15 млн леев в госбюджете на 2021 год, а в обмен они должны будут закрыть глаза на беспредел. По его словам, в PAS решительно отказались от такого подхода.
Чтобы разобраться в механизме распределения бюджетных денег образца 2020 года, пришлось проанализировать документы: госбюджет и 144 страницы свода предложений депутатов.
Составной частью госбюджета являются девять приложений к нему. Весь сыр-бор загорелся вокруг приложения номер семь, которое фиксирует объем трансферов из госказны в местные бюджеты. Если хотите узнать, сколько денег в 2021 году получит ваш родной населенный пункт, в том числе на капитальное строительство, инфраструктуру и ремонт дорог, то всю информацию вы найдете в седьмом приложении к госбюджету.
Как правило, наибольшее число предложений депутатов относятся именно к этому приложению. Их логика проста — чем больше твоих предложений примут, тем больше шансов получить голоса избирателей из конкретных населенных пунктов за тебя и за представителей твоей партии. 2020 год не стал исключением: к приложению под номером семь поступило 829 депутатских поправок¹.
Правительство предложило парламенту определить судьбу каждой поправки, при этом зафиксировало общую сумму — максимально 303 млн леев для одобрения депутатских предложений о финансировании местных проектов. Обвинения в «ночном сговоре» звучат в контексте распределения именно этой суммы.
Теперь перейдем к цифрам:
- 98,9% предложений (384 из 388 поправок) депутатов от ПСРМ были одобрены, на общую сумму 191 млн леев;
- 100% предложений (143 поправки) депутатов Евгения Никифорчука и Владимира Андронаки были одобрены, на общую сумму 32 млн леев;
- 100% предложений (49 поправок) депутатов от DA были одобрены, на общую сумму 14 млн леев;
- 100% предложений (44 поправки) платформы Pentru Moldova одобрили, на общую сумму 10 млн 100 тысяч леев;
- 100% предложений (34 поправки) фракции партии Шор утвердили, на общую сумму 94 млн леев;
- 100% предложений (4 поправки) депутата Александру Олейника одобрили, на общую сумму 2 млн леев;
- 100% предложений (2 поправки) фракции PAS утвердили, на общую сумму в 7 млн 65 тысяч леев;
- 44% предложений партии PRO Moldova (16 из 36) одобрили, на общую сумму в 4 млн 900 тысяч леев;
- 6,9% предложений Демократической партии (9 из 129) получили одобрение, на общую сумму в 900 тысяч леев.
Получив в результате подсчетов эти цифры, я осталась в недоумении. Если обвинения в дербане правдивы, то в нем поучаствовали все парламентские фракции и группы.
Если фракция PAS действительно получила в кулуарах предложение принять участие в распиле бюджетных денег, то почему она сразу, накануне или по крайней мере во время заседания парламента, не заявила об этом публично, указав имена конкретных людей из ПСРМ, которые якобы предложили им сделку? Направила ли фракция PAS официальное заявление в Генеральную прокуратуру и Национальный антикоррупционный центр о попытке коррупционного подкупа депутатов? И как тогда объяснить действия руководителя фракции PAS Игоря Гросу, подавшего два предложения для местных бюджетов?
Не менее резонные вопросы есть и к остальным представителям депутатского корпуса, которые молча превысили на 50 млн леев обозначенную правительством сумму расходов на местные трансферы.
Например, за какие такие заслуги 9% из общей суммы одобрили в пользу предложений исключенных из Демпартии депутатов Никифорчука и Андронаки?
Знали ли депутаты от фракции DA от своих коллег по блоку ACUM о подозрениях в распиле денег? Целесообразно ли выделять один крупный транш в 54 млн леев на дорогу местного значения, как это произошло с предложением фракции Шор, или приоритет нужно отдавать менее затратным проектам с большим охватом числа населенных пунктов?
Безусловно, все эти и другие вопросы касаются сугубо доверия, точнее, его отсутствия, к этому составу парламента. А вот за жителей населенных пунктов, которые найдут себя в этом приложении номер семь после публикации госбюджета, можно только порадоваться.
В то же время не спешу радоваться следующей статистике. На 2021 год правительство заложило увеличение бюджета некоторых государственных структур (по сравнению с 2020 годом):
— Министерство внутренних дел получит на 181 млн леев больше, чем в 2020 году;
— Министерство обороны — на 144 млн леев больше, чем в 2020 году;
— СИБ — на 31 млн леев больше, чем в 2020 году;
— Служба государственной охраны — на 27 млн леев больше, чем в 2020 году;
— Генеральная прокуратура — на 18,5 млн больше, чем в 2020 году;
— Парламент РМ — на 8 млн леев больше, чем в 2020 году;
— Национальный центр антикоррупции — на 7 млн больше, чем в 2020 году;
— Конституционный суд — на 1,5 млн больше, чем в 2020 году.
Более логичным в условиях пандемии видится перераспределение имеющихся финансовых ресурсов на медицину, образование, социальные программы и поддержку малого и среднего бизнеса.
Если отказаться от повышения расходов только в указанных выше восьми государственных институтах, уже может высвободиться 418 млн леев.
Если же власть считает иначе, она должна убедить общественность в своей точке зрения, инициировав широкую дискуссию о приоритетах развития. В том числе дискуссию о выработке четкого, понятного механизма распределения средств в бюджеты и центральных, и местных органов власти. Когда власть этим не занимается, то никто не мешает оппозиции взять инициативу в свои руки.
Пока же мы наблюдаем лишь за тем, как политический класс, как горячую картошку перебрасывает ответственность друг на друга.
Как бы то ни было, все члены парламента сошлись в негласном консенсусе как минимум по одному бюджетному вопросу. Ни один депутат, ни одна парламентская фракция не взяла на себя инициативу/ответственность за выдвижение, пожалуй, самой насущной поправки в государственный бюджет на 2021 год — выделение около 100 млн леев на проведение досрочных парламентских выборов.
¹Уточню, что в расчет я взяла предложения по каждому отдельному населенному пункту или статье расхода, а не количество подписанных депутатами и фракциями бланков, так как один депутатский бланк может содержать неограниченное количество поправок.
Автор — Инна Шупак, экс-депутат парламента, исполнительный директор Института стратегических инициатив.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
