«Не вооружение, а перевооружение армии». Госсекретарь минобороны об армии Молдовы и каналах связи с Россией. Интервью NM
9 мин.

«Не вооружение, а перевооружение армии». Госсекретарь минобороны об армии Молдовы и каналах связи с Россией. Интервью NM

Будет ли Молдова закупать новые истребители и артиллерию? Какое вооружение уже поступает в страну и для каких целей? О чем молдавские военные говорят с представителями минобороны России? И почему модернизация армии и ее вооружение — не одно и то же? Об этом в интервью NM рассказал госсекретарь министерства обороны Валериу Мижа.

«Диалог и консультации»

Недавно в Мадриде прошел саммит НАТО, по итогам которого стало понятно, что альянс настроен на более тесное сотрудничество с Молдовой. Что это значит, и как в минобороны понимают это «тесное сотрудничество»?

Из заявлений, которые прозвучали на этом саммите, мы поняли, что некоторые члены альянса видят Молдову географически более близкой к себе, и готовы уделять нам больше внимания.

Сотрудничество альянса с такими странами, как Молдова, подразумевает диалог, консультации. Альянс заинтересован, чтобы в государствах, соседствующих со странами-членами НАТО, все было стабильно, предсказуемо, и чтобы страна развивалась. Иными словами, сектор безопасности в этих странах должен быть функциональным: важно, чтобы у государства был демократический подход и контроль над своими вооруженными силами, чтобы правительство подходило к вопросу обороны с точки зрения демократии.

Если говорить об эволюции взаимоотношений Молдовы и НАТО, то она заключается в реформе сектора безопасности и обороны, в модернизации, укреплении потенциала вооруженных сил для участия в международных миротворческих миссиях. Главный элемент этого — консультации и координация действий с альянсом.

Молдова — особенный для НАТО партнер, потому что у нас нейтральный статус, и альянс всегда говорит с нами с позиции уважения конституционного нейтралитета. Альянс не навязывает, а предлагает помощь, способную удовлетворить наши потребности.

Если говорить прямо, то НАТО в рамках инициативы 2014 года помогает нам модернизировать сектор обороны. Эта инициатива двухэтапная: приведение в соответствие законодательной базы и модернизация оборонного сектора. Первый этап мы уже прошли.

«Нам бы хотелось 2% ВВП»

В Стратегии национальной обороны указано, что в последующие годы государство начнет выделять больше средств на оборону. Последние годы бюджет на оборону варьировал от 0,3% до 0,4% ВВП. Насколько этот бюджет может вырасти в следующие годы?

Оборонный сектор не был приоритетным у предыдущих лидеров. Это общеизвестный факт. Тогда опирались на нарратив нейтралитета и демилитаризации. С 1992 года армия сокращалась, и сокращение дошло до того, что у нас сегодня в сфере обороны около 6,5 тыс. военнослужащих и 2 тыс. персонала. Некоторые эксперты говорят, что эта цифра соответствует концепции нейтрального государства и оборонительной стратегии, которой мы придерживаемся.

То есть у нас достаточно ресурсов для того, чтобы мы могли защищаться без наступательных операций. Бюджет, к сожалению, не рос по объективным причинам: экономический кризис и уязвимый социальный сектор в Молдове. Оборонный бюджет Швеции и Финляндии — около $3-4 млрд. Это государства с нейтральным статусом, у которых нет конфликтов и территориальных споров. Оборонный бюджет нейтральной Австрии —$3-4 млрд, Швейцарии — $6-7 млрд. У нас этот бюджет после начала войны в Украине впервые вырос до $50 млн.

Де-факто и де-юре насколько мы можем увеличить бюджет на оборону?

Нам бы хотелось до 2% ВВП страны. Но мы понимаем, что есть кризис, и понимаем, что ни одно правительство не пойдет на такие радикальные меры в условиях нашей социальной уязвимости. Мы планируем достичь этих 2-2,5% в течение ближайших 10 лет (1,1 млрд – 1,4 млрд леев). Сейчас стандарт на оборону в ЕС и НАТО — 2-2,5% ВВП. Но нужно понимать, что в Молдове это будет одна цифра, а в Швейцарии — совсем другая.

Для некоторых стран эта модернизация проходит безболезненно, а для нас, учитывая, что нужно модернизировать всё и сразу, это будет достаточно болезненно. Министерство обороны намерено увеличить этот бюджет, но не увеличивать потенциал. Некоторые журналисты и политики ошибаются, когда говорят об этом. Штатная численность молдавской армии остается прежней — 6,5 тыс., число единиц военной техники остается плюс-минус прежним. Мы говорим о модернизации.

«Не вооружение, а перевооружение армии». Госсекретарь минобороны об армии Молдовы и каналах связи с Россией. Интервью NM

Андрей Мардарь / NewsMaker.md

«Не вооружение, а перевооружение»

Многие трактуют эту модернизацию по-разному: кто-то считает, что Молдову будут «накачивать оружием», кто-то говорит, что «наращивание мышц» ведет к войне. Что такое, по-вашему, модернизация армии?

Вы правы, многие политики и журналисты не могут уловить суть этого понятия и зачастую используют выражение «летальное оружие». Это лукавство. Любое оружие может стать летальным, если применить его соответствующим образом. Любой гражданин может пойти в оружейный магазин и купить себе летальное оружие, получив на это, конечно, все разрешения. В классификации военных есть другие понятия: оружие массового поражения, [которого у Молдовы не было и нет], обычное стрелковое оружие калибром выше 100 мм и ниже 100 мм.

Теперь, говоря о ключевом здесь слове «модернизация», мы имеем в виду перевооружение. Повторяю: не вооружение, а перевооружение. Как это выглядит на практике? Возьмем, например, наш 22-й миротворческий батальон. Мы перевооружаем его на основе других стандартов. Почему мы это делаем? Потому что мы столкнулись с тем, что вооружение, с которым этот батальон участвует в международных миссиях, не соответствует стандартам. Чтобы ребята нормально работали там, надо периодически досылать им боеприпасы, так как они там тренируются, и у них, естественно, заканчиваются патроны. Нам приходится заказывать самолет и технику, чтобы привезти им новые боеприпасы. Но мы могли бы этого не делать, если бы стандарты нашего оружия соответствовали европейским стандартам или НАТО. Тогда мы могли бы взять эти боеприпасы у другого контингента и просто перечислить за них деньги.

Калибры разные, а у средств связи не сходятся радиочастоты. Бывали случаи, когда наши военные могли переместиться в другую зону и остаться там без связи. Поэтому такие воинские части, как 22-й батальон, мы будем перевооружать на другой стандарт, чтобы можно было взаимодействовать.

Но у людей все же остаются опасения.

Их не должно быть, потому что численность личного состава армии не увеличится, число воинских частей и вооружения не увеличится. Национальная армия сегодня располагает достаточным вооружением и боеприпасами, и это соответствует планам развития национальной обороны. Просто следует понять одно: пришло время модернизировать нашу армию.

Люди должны понять, что у любого вооружения и техники есть свой цикл. Допустим, ствол автомата «Калашников» рассчитан на определенное число выстрелов, после этого он становится неэффективным, его надо менять. То же самое и с артиллерийскими установками: любой ствол пушки или гаубицы рассчитан на определенное число выстрелов, после этого он становится нефункциональным. У любого боеприпаса есть срок хранения: 10-20-30 лет, потом он становится опасным. Эти боеприпасы надо утилизировать, уничтожать.

«Армия должна быть мобильной и легкой»

Есть ли понимание, какую часть вооружения и оснащения надо модернизировать?

Есть понимание приоритета. Первое, что мы хотим модернизировать — это платформы передвижения. У нас есть машины Humvee, они более оптимальны, чем БТРы. В нынешних реалиях нет необходимости в такой тяжелой технике, как танки или БТРы. Мы обсуждаем вариант мобильности. И большая часть средств (€40 млн), выделенных нам Евросоюзом, пойдет на мобильность и логистику в тылу. Кроме прочего, мы хотим модернизировать инженерные войска, военно-полевую медицину, кибероборону, средства телекоммуникаций и систему наблюдения за специальными зонами при помощи дронов.

Что касается остальных денег, то они пойдут на модернизацию военной инфраструктуры. Амбиция нового министра — построить с нуля военный городок по современным стандартам. Если мы хотим создать армию на контрактной основе, то формат службы в казармах для контрактников уже не подходит.

Если говорить о поставках, то о каком оружии идет речь, и с какой целью его нам поставляют?

Поставляют легкое стрелковое вооружение для воинских частей, участвующих в миротворческих операциях.

А артиллерийские орудия?

Пока не поставляют, но, буду откровенен, это мы тоже планируем, потому что нынешнее вооружение унаследовано с советских времен. Мы пришли к выводу, что большая часть этого вооружения не адаптирована к нынешней реальности, нам нужно что-то более мобильное и легкое. Мы изучили опыт других стран, и пришли к выводу, что тот тип вооружения был для другой тактики и стратегии. Сейчас наша стратегия говорит о том, что армия должна быть мобильной и легкой.

Не могу не спросить о МИГах. Их будут модернизировать? Будут закупать новые?

Нет, у нас нет планов закупки боевой авиации. Что касается вертолетов, этот вопрос обсуждается. Мы понимаем, что с логистической точки зрения в вертолетах есть необходимость.

«Не вооружение, а перевооружение армии». Госсекретарь минобороны об армии Молдовы и каналах связи с Россией. Интервью NM

Андрей Мардарь / NewsMaker.md

«В таких ситуациях важно, чтобы дипломаты и военные сохраняли спокойствие»

Готовится ли минобороны к возможным боевым действиям, и есть ли какое-то взаимодействие в этом контексте с де-факто властями Приднестровья? Есть ли понимание в Кишиневе, в каком состоянии сегодня приднестровско-российский военный контингент?

Когда происходят такие кризисные ситуации, как война в Украине, очень важно, чтобы дипломаты и военные сохраняли спокойствие. Важно, чтобы был диалог и сохранялся канал общения. Это очень важно во избежание провокаций третьих сил.

Что касается Украины, то мы внимательно наблюдаем за зоной наших интересов, за развитием ситуации в Одессе. Это очень важный приграничный сектор для Молдовы. Мы также поддерживаем диалог с партнерами. У нас есть открытый канал общения и с военными представителями Российской Федерации. Идет обсуждение, чтобы избежать провокаций и ситуаций, когда кто-то что-то неверно интерпретирует.

Мы хотим избежать дилеммы безопасности, парадоксальной ситуации, в которой меры обеспечения национальной безопасности одного государства воспринимаются другим как угроза своей безопасности. Когда интерпретация одной или второй стороной является спекулятивной, тогда делаются неправильные выводы.

И по линии МИД, и по линии министерства обороны, и руководства страны мы заявляли, что решение приднестровского вопроса возможно только мирным, дипломатическим путем. И российская сторона последние два-три месяца эту нашу позицию приняла, и подтвердила несколько раз. У нас есть также канал общения через ОКК (Объединенная контрольная комиссия — NM), где представители тоже общаются и взаимодействуют.

Я не буду комментировать, какие там настроения, но, судя по тому, что у нас есть канал обратной связи, фидбэк. Мы видим, что приднестровская сторона, а также российская и украинская с пониманием относятся к тому, чтобы избежать каких-то столкновений в зоне безопасности. Каналы общения открыты, но в силу обстоятельств мы не рассказывали об этом публике, так как мы за этот сектор не отвечаем.

Тогда о секторе, за который вы отвечаете. Есть ли у Кишинева понимание, в каком состоянии находится российский военный контингент в Приднестровье, и можем ли мы ему при необходимости противостоять?

Если мы говорим об обороне, то наши силы для этого функциональны. Российский контингент в Приднестровье — 1,2 тыс. человек, одна из его задач — поддержание мира в зоне безопасности в районе складов боеприпасов в Колбасне. Это нас интересует. Потому что там 20 тыс. тонн боеприпасов, срок хранения многих из которых истек, и тут еще вопрос экологии.

Что касается приднестровских формирований, то мы осведомлены об их состоянии. Пока мы не видим здесь высоких рисков.


NM запустил краудфандинг на Patreon. Станьте нашим соучастником

Теперь у каждого из вас, наших читателей, есть возможность внести свой вклад, и поддержать нас в том, что мы делаем, и стать частью изменения Молдовы к лучшему. Мы продолжим делать качественную журналистику в Молдове. И с вашей помощью сможем делать это еще лучше. Мы предлагаем на выбор 6 вариантов поддержать нас. С нас — безмерная благодарность и приятные плюшки. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. И выбирайте себе статус — от френда до президента.

Поддержать NewsMaker.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

x
x

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: