В Молдове все чаще говорят о грядущей «холодной и суровой зиме» без российского газа. Угрозы оставить Молдову и всю Европу «на морозе» усиленно подогреваются Кремлем и российскими нарративами. Но так ли на самом деле «страшен черт», или его нам таким малюют? Об этом — в материале наших партнеров из «Новой газеты. Европа». NM публикует адаптированную версию материала.
За свою почти четвертьвековую историю путинский режим не научился делать ничего — ни в политике, ни в общественных отношениях, ни в экономике. Впрочем, одному в отношениях с Западом он все-таки научился — торговаться. При этом торговлю режим понимает очень своеобразно, поскольку это торговля краденным.
Он сначала крадет (территории, людей, идеи и технологии), а затем предлагает Западу купить у него часть украденного в обмен на признание остального законно приобретенным. А в качестве побудительного мотива для этой торговли режим использует такое естественное человеческое чувство как чувство страха — страха того, что, если договоренностей на его условиях достичь не удастся, то будет еще хуже. Как в известной фразе Жванецкого (в которой хорошо можно заменить на плохо): мы вам не обещали, что вы будете жить хорошо. Мы вам обещали, что вы будете жить еще лучше.
В торговле страхом за свою жизнь режим преуспел пока не очень — Швеция и Финляндия, сохранявшие нейтралитет многие десятилетия (если не столетия) стали членами НАТО, а Украина успешно сопротивляется его вторжению.
В торговле страхом голода в виде украденного у Украины зерна в обмен на смягчение санкций тоже не заладилось — и вот уже министр обороны Шойгу (взявший на себя функцию министра внешней торговли) летит в Стамбул на подписание соглашения о вывозе украинского зерна с захваченных территорий.
В рукаве остался один козырь — страх холода, шантажируя которым можно попытаться легитимизировать ранее награбленное. Речь идет о поставках в Европу природного газа.
И здесь следует оставить свои эмоции и перейти к сухим цифрам. Следует сказать, что просчеты европейских лидеров в последние пятнадцать лет (начиная со знаменитой мюнхенской речи Путина в 2007 году) уже довольно дорого обходятся не только европейской, но мировой экономике в целом. Особенно видны эти просчеты на примере немецкого правительства Меркель, которая, «поставив» в долгосрочном плане на «зеленую энергетику» и возобновляемые источники энергии, полностью свернула свою атомную энергетику и перевела практически все свои электростанции с угля на более экологически чистый природный газ, сделав его основным энергоносителем переходного периода.
С экономической и экологической точек зрения такая стратегия была вполне оправдана, но в ней был существенный политический изъян — источником дешевого природного газа объявлялась путинская Россия. Путин же с удовольствием дал эту «наживку» проглотить, запустив сначала «Северный поток-1», а затем подготовив к запуску «Северный поток-2».
Ряд других европейских стран (Италия, Голландия и Чехия, например) также оказались в путинском капкане. Так, по данным Евростата, на настоящий момент, по крайней мере, четыре европейских страны (Венгрия, Молдова, Латвия и Северная Македония) полностью зависят от российского газа. А еще с десяток (в том числе и упомянутые ранее Германия и Италия) зависят от этих поставок в значительной степени. Более того, угроза «топливного холода» стала одной из причин правительственного кризиса в Италии, который привел к уходу в отставку премьер-министра Драги.
Строительство газопровода «Северный поток». Трубоукладчик Solitaire. Фото: gazprom.ru
Угрозы оставить Европу «на морозе» усиленно подогреваются Кремлем и, в частности, последними событиями с перезапуском «Северного потока-1» после планового ремонта на фоне первоначального отказа Канады вернуть России основную турбину Siemens, находившуюся там на техническом обслуживании, и последними заявлениями Путина о том, что газопровод-то заработает, но далеко не на предостановочную мощность.
Но так ли на самом деле «страшен черт» или его нам таким малюют?
Пример Нидерландов показывает, что отказ от российского газа не просто возможен, но и вполне реалистичен.
С начала этого года страна снизила потребление природного газа вдвое, что значительно больше немецкого снижения (на 14%) и кажется просто экономическим чудом на фоне Италии, снизившей свое потребление газа за этот же период лишь на 2%. При этом потребление природного газа в Нидерландах так и осталось практически на довоенном уровне (около 40% от общего потребления энергоносителей) — недостающие объемы российского газа были замещены поставками из США и Катара. Эти источники, однако, близки к насыщению, и поэтому дальнейшую экономию энергии страна видит в создании дополнительных стимулов по теплоизоляции жилищного фонда и закупках более энергетически эффективного оборудования.
Можно возразить, что успех Нидерландов в деле противостояния российскому газовому шантажу локален — страна маленькая, набор возобновляемых источников энергии велик, включая ветровую энергию и энергию морских приливов. Однако, похоже, что и другие европейские страны осознали опасность дешевой (а теперь уже и недешевой) газовой иглы.
Германия планирует в краткосрочной перспективе несколько ослабить очень жесткие экологические стандарты и снова перевести некоторые свои электростанции на европейский (польский и немецкий) уголь и даже вернуться к идее расконсервации в среднесрочной перспективе одной или двух атомных электростанций.
Италия, в отличие от Германии, идет по пути общественной консервации электроэнергии. Так, ECCO (итальянский центр изучения климатических изменений) описывает, как уменьшение температуры воздуха в помещениях всего на два градуса в сочетании с другими мерами энергоконсервации способно привести к экономии электроэнергии (а, следовательно, к потреблению природного газа как основного энергоносителя) на 15% от существующего уровня. При этом в ход идут и экономические меры — итальянское правительство продлило снижение НДС на природный газ с 22 до 5%, введенное в октябре 2021 года, до четвертого квартала нынешнего года.
А теперь посмотрим на «газовую проблему» с другой стороны. Кремль усиленно продвигает в европейские СМИ мысль о необходимости потребления российского газа европейскими странами, сознательно замалчивая ее оборотную сторону — необходимость добычи природного газа самой Россией. Даже если оставить в стороне экономическую составляющую (гораздо меньшие валютные поступления в страну на фоне значительного снижения экспорта), существуют еще ее технологические аспекты. В 2013 году компания ExxonMobil (имевшая тогда стратегическое соглашение с компанией Роснефть о вхождении во все российские нефтегазовые проекты Роснефти в размере одной трети от стоимости каждого из проектов) пробурила в Карском море скважину «Университетская», в которой были вскрыты колоссальные запасы нефти и газа.
Фото: gazprom.ru
В связи с «крымскими» санкциями 2014 года ExxonMobil вынуждена была законсервировать скважину и уйти из России. Роснефть неоднократно в неофициальных беседах подтверждала тот факт, что у нее отсутствуют технологии как расконсервации этой скважины, так и бурения рядом с ней новой скважины.
Такая участь ждет и практически все законсервированные газовые скважины в России, а консервировать их придется — при значительном падении газового экспорта хранить добываемый газ негде, а адекватных мощностей для его сжижения у России нет. Одной из последних жертв текущих санкций стал проект строительства огромного газохимического комплекса в районе Усть-Луга (Ленинградская область), который, среди прочих, покинул лицензиат в области сжижения природного газа — немецкая компания Linde.
Все это дает основание полагать преждевременными слухи о скором конце Европы от «газового холода».
Борис Аронштейн, «Новая газета. Европа»
При поддержке Медиасети
