Сотрудницу Института матери и ребенка Наталью Лесник 8 апреля госпитализировали в больницу Госканцелярии с подозрением на коронавирус. Результат теста оказался положительным. Наталья Лесник рассказала NM, как проявляется болезнь, почему ее случай назвали нетипичным, как она себя сейчас чувствует, как ее лечат, а также об условиях в больнице и об отношении врачей и медперсонала.
Наталья Лесник возглавляет отдел связи с общественностью Института матери и ребенка. О других случаях заражения сотрудников Института не сообщали.
«Я думала, что просто устала»
Первые симптомы у меня появились 1 апреля. К вечеру стала незначительно подниматься температура, примерно до 37,2. Я ее даже не ощущала, думала, что просто устала на работе, и ложилась спать. Утром, когда просыпалась, чувствовала себя отдохнувшей и активной. Днем не было никаких симптомов. Вечером снова немного поднималась температура. Так продолжалось несколько дней.
Я ездила на работу на машине. Всегда была в маске и в перчатках. На работе все поверхности обрабатывала антисептиком. В кабинете большую часть времени работала одна, несколько дней мне помогала коллега.
Не знаю, где я могла заразиться. Контактов с больными людьми у меня не было. За рубеж я тоже никуда не ездила. В магазины ходила только в случае крайней необходимости и только утром и вечером, когда в них меньше всего людей. Я всегда была активной, занималась спортом.
Моя семья, муж и сын, сидели дома. Мы даже день рождения сына не праздновали. Муж не ездит на работу с 15 марта, когда объявили режим ЧС. Сын дома с февраля.
«Фельдшер была аж бордовая»
Вечером 7 апреля мне стало хуже. Температура поднялась до 37,3 — 37,4. Я стала задыхаться, мне было трудно дышать. Появились слабость, сонливость. Муж начал волноваться. Утром 8 апреля у сына тоже поднялась температура. Вечером 8 апреля мы вызвали скорую.
Врачи приехали полностью экипированные, в костюмах. Из-за того, что на улице было очень тепло, фельдшер была аж бордовая в этой экипировке. Это был ее шестой вызов.
На скорой нас повезли в детскую больницу им. Игнатенко, потому что у сына была повышенная температура. Из-за того, что ему уже исполнилось шесть лет, его хотели положить в больницу одного. Я начала паниковать. Мужу удалось уговорить врачей, чтобы они разрешили ему остаться с сыном.
Из-за того, что у меня были симптомы коронавируса, меня повезли в больницу Госканцелярии. За несколько дней до этого в минздраве решили, что в этой больнице тоже будут лечить больных коронавирусом. Меня поместили в отдельную палату в отделение для пациентов с подозрением на коронавирус и взяли на анализ мазки из зева и носоглотки .
«Когда узнала, что у мужа и сына отрицательные анализы, обрадовалась»
Вечером 9 апреля были готовы анализы мужа и сына— они оказались отрицательными. Утром 11 апреля их отпустили домой. Сейчас за состоянием сына наблюдает по телефону семейный врач.
Когда узнала, что у мужа и ребенка отрицательные результаты, я обрадовалась. Собрала вещи, чтобы вернуться домой. Ждала, что и меня выпишут.
Результат своего анализа узнала 10 апреля. Он пришел накануне вечером, но тогда врача не было, а медсестра не имела права мне говорить. Оказалось, у меня нетипичная форма коронавируса, даже без кашля.
Когда подтвердился диагноз, меня перевели в другое отделение, туда, где лечат коронавирус. Тут у меня тоже отдельная палата с ванной. В ней две кровати, но пока я лежу одна.
«Шесть моих коллег отправили на 14-дневный карантин»
Шесть моих коллег отправили домой на 14-дневный карантин из-за того, что они контактировали со мной, когда я была без маски. С большим числом людей я не контактировала: у нас многие работают из дома. Переживаю за тех, кого отправили в карантин, пишу им, спрашиваю об их самочувствии. Ни у кого нет симптомов болезни. Они мне тоже пишут, поддерживают.
Мне звонили из Наццентра общественного здоровья, уточняли список тех, с кем я контактировала. Я и сама, как только узнала, что заражена, позвонила на работу, предупредила их, предложила сдать тесты.
«Не знаю, как они выдерживают в таких условиях»
С тех пор, как меня положили в больницу, болезнь начала проявляться более активно: кроме повышенной температуры 37-38°С есть вялость, сильная одышка, головная боль. Кашля нет. Врачи говорят, что это состояние средней тяжести и убеждают, что все будет хорошо. Надеюсь, так и будет.
Мне дают противовирусные, поддерживающие, обезболивающие препараты, делают капельницы.
Врачи очень внимательны и вежливы. Они стараются изо всех сил. Часто приходят, спрашивают о состоянии, стараются поднять настроение, при необходимости корректируют лечение. Регулярно измеряют пульс, давление, насыщенность крови кислородом.
Все медработники полностью экипированы: костюмы, перчатки, маски. Это даже удивляет, как они выдерживают в этом костюме, им очень жарко. К тому же они подолгу не могут ни есть, и пить.
Я тоже постоянно в маске, не хочу заразить медработников..
Еда тут свежая и вкусная. Ее приносят в одноразовой посуде, которую потом выбрасывают в специальный желтый пакет для биологически опасных отходов. Все поверхности в палате обрабатывают антисептиком. Палату регулярно проветривают.
Родственники могут передавать пациентам необходимое. Еду передавать нельзя, но воду и личные вещи можно. Их оставляют на проходной больницы, потом медработники их дезинфицируют.
