Прошедший в Молдове референдум, по замыслу властей, должен был продемонстрировать высокий уровень поддержки населением идеи евроинтеграции. В том, что больше половины избирателей проголосуют «за», мало кто сомневался. Такая уверенность во многом опиралась на результаты соцопросов. Но после закрытия участков стало понятно, что что-то пошло не так. В итоге опция «да» с трудом перевалила за 50% и только благодаря диаспоре. Как вышло, что результаты соцопросов так разошлись с реальностью, попытались объяснить социологи. NM рассказывает об и аргументах.
Три причины, почему не оправдались прогнозы БОМ
Соцопрос «Барометр общественного мнения» (БОМ), который проводит Институт публичных политик, считается одним из самых авторитетных источников социологических данных. Перед выборами и референдумом 20 октября опрос для БОМ проводила социологическая компания iData. Согласно его результатам, 47,8% опрошенных были готовы поддержать вступление Молдовы в Евросоюз, 23% — выступили бы против, остальные не определились или не ответили на вопрос. Если считать только определившихся, то поддержка превысила бы 60%.
Генеральный директор iData Михай Бологан 23 октября опубликовал свое исследование, в котором предложил три причины того, почему опрос БОМ разошелся с реальностью. Первая: демография участников опроса и референдума отличаются. Социологические компании используют определенные критерии подбора респондентов, чтобы выборка соответствовала структуре населения страны. Но референдум работает не так.
«Мы не можем точно знать, пришли ли на голосование больше проевропейцев или больше евроскептиков, но известно, что в выборах более активно участвуют люди старше 55 лет, а менее активно — люди моложе 35 лет. Мы пересчитали данные опроса БОМ с учетом возрастных категорий на выборах и получили следующий результат: «за» — 48,2%, «против» — 23,5%, другие ответы — 28,3%. Таким образом, влияние структуры избирателей по возрасту объясняет недостающие как минимум 0,5% в результате «против» (то есть процент вырос с 23% до 23,5%). Следовательно, один лишь возрастной фактор в незначительной мере объясняет рост числа голосов «против», но оказывает измеримое влияние», — отметил Бологан.
Вторая причина: фактор голосования за кандидатов. У социологов есть возможность посмотреть, как респондент отвечал на другие вопросы. Так можно узнать, что ответили на вопрос о референдуме те, кто был готов голосовать за определенного кандидата.
«Мы пересчитали выборку БОМ с учетом процентов, полученных 11 кандидатами на выборах, и в результате получили следующую структуру ответов на вопрос о референдуме: «за» — 50,2%, «против» — 25,5%, остальные — 24,3%. Таким образом, процент «за» увеличился до более чем половины выборки, а процент «против» вырос на 2% (с 23,5% до 25,5%). Следовательно, способ, которым респонденты голосовали на выборах, объясняет дополнительно еще 2% голосов «против», — пояснил социолог.
Третья причина: фактор склонности людей голосовать против. Если говорить простыми словами, то в iData хотели понять, как настроены те 24,3% людей, которые не выбрали ни «за», ни «против». Чтобы это выяснить, они посмотрели на другой вопрос: считают ли эти люди, что дела в стране идут в правильном направлении.
Оказалось, что ответы на этот вопрос связаны с тем, как люди собираются голосовать на референдуме. Те, кто был «за», в основном считали, что дела идут хорошо, а те, кто был «против» — что плохо. Среди неопределившихся было больше тех, кто считает, что страна движется в неправильном направлении, что больше похоже на настроения группы «против». Поэтому исследователи сделали вывод, что большинство из неопределившихся, скорее всего, голосовали бы «против». Они подсчитали, что 19% из них могли бы проголосовать «за», а 81% — «против». После перерасчета получилось, что опция «за» набрала бы 54,8%, а «против» — 45,2%.
БОМ ожидал, что результаты референдума будут примерно 54,8% «за» и 45,2% «против», но на деле «против» оказалось больше на 9,3% (речь о голосовании внутри страны), что соответствует около 120 900 человек. Это превышает допустимую погрешность и требует объяснения, отметил Бологан. Одно из возможных объяснений заключается в том, что во время избирательной кампании многие изменили свое мнение и решили голосовать «против», хотя в начале кампании думали иначе. БОМ заметил, что негативно настроенные к референдуму граждане стали активнее выражать свое мнение через голосование. Могло также произойти перераспределение голосов: некоторые люди, изначально поддерживавшие опцию «за», передумали и проголосовали «против», что может объяснить разницу в результатах.
Но есть еще одно объяснение, которого придерживаются власти — подкуп избирателей структурой Илана Шора. По словам Бологана, часть перераспределенных голосов с «за» на «против» можно было бы объяснить покупкой голосов: «Таким образом, можно гипотетически говорить о максимум около 60 450 человек, которых могли финансово мотивировать проголосовать «против» вместо «за».
Почему ошибся Watchdog
Еще один опрос, вышедший незадолго до выборов, — исследование социологической компании CBS-Research по заказу экспертного сообщества Watchdog. Согласно этому исследованию, 55,1% участников опроса на референдуме проголосовали бы «за», 34,5% — «против», а остальные не определились или не пошли бы голосовать.
Социолог CBS-Research Василе Кантаржи после объявления результатов референдума тоже попытался объяснить, почему они далеки от результатов опроса. «Кажется, все мы знаем и принимаем, что существует феномен подкупа голосов Шором. Давайте посмотрим, насколько мы понимаем серьезность этого. Полиция заявляла о 130 тыс. купленных голосов, а Майя Санду говорила о 300 тыс. Я оцениваю число избирателей, вовлеченных в эту схему, примерно в 250 тыс.», — написал он в соцсети.
По словам Кантаржи, если убрать из результатов референдума голоса 130 тыс. избирателей, которых, как предполагается, подкупил Шор, то выходит, что включение европейской интеграции в Конституцию поддержали 55,2% избирателей. Аналогично ситуация изменяется и в случае с выборами президента. «Результат Майи Санду выглядел бы совсем иначе без 250 тыс. купленных Шором голосов, и выборы завершились бы уже в первом туре», — считает Кантаржи.
Кроме того, социолог считает, что, если бы Шор оказал такое же влияние на предыдущие выборы, то в стране был бы не только другой президент, но и другой парламент. «Понимаете масштабы? С полной ответственностью и серьезностью заявляю, что, если эта смертельная комбинация «схема Шора» + российские деньги продолжит диктовать в таких же пропорциях, то около 20% голосов будут под контролем Шора. Исчезнут шансы, что результаты любых выборов в этой стране будут отражать волю народа, второй тур президентских выборов будет фактически предрешен. Мы на два шага от возвращения к захваченному государству. Последний гвоздь в крышку будет забит на парламентских выборах в следующем году», — утверждает Кантаржи.
Он уверен, что приведенные расчеты показывают: результаты опросов были ближе к реальной воле народа, чем результаты первого тура.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.
Поддержи NewsMaker!
