Раскрывая жертву
Как выставляют напоказ имена пострадавших от сексуального насилия
Во многих судебных приговорах по делам о преступлениях, совершенных на сексуальной почве, указаны имена жертв, даже если дела рассматривали в закрытом режиме. В некоторых случаях имена жертв скрыты, но их без труда можно вычислить по другим данным в деле. О том, как это объясняют судебные инспекторы, почему это может быть опасно и как это характеризует молдавское правосудие - в материале NM.
Как в судах защищают личные данные?
В решении суда по делу учительницы из Унген против телеканала Pro TV ее имя скрыто. Однако, если ввести в поиск решений одной из судебных инстанций определенные ключевые слова, то узнать ее имя не составит труда. О несовершенстве защиты персональных данных в судебных решениях NM узнал случайно, когда готовил материал о том, как в Молдове шантажируют интимными фотографиями.
При изучении судебных решений выяснилось, что на сайтах судебных инстанций в открытом доступе находится множество дел. Корреспондент NM нашел минимум десять публичных решений самых разных судов, в которых личные данные жертв не скрыты вовсе или скрыты так, что их без труда можно узнать по другим косвенным данным, например, по названию места преступления или именам свидетелей.

Чтобы не навредить жертвам расследований и не раскрывать их данные, в этом материале не будет прямых ссылок на найденные судебные решения, а в скриншотах NM закрасил данные, по которым можно раскрыть имя жертв.
Отметим, в некоторых случаях имя жертвы тщательно скрыто или вместо решения суда опубликован белый лист, как, например, здесь.

В других решениях опубликованы практически все данные. Например, в одном из прошлогодних решений Кишиневского суда по делу об изнасиловании скрыто только место рождения и идентификационный номер преступника. Однако в деле раскрыты все остальные данные, в том числе, имя жертвы, адрес квартиры, в которой произошло преступление, имя владельца, а также имена всех свидетелей и даже номер мобильного телефона обвиняемого.
В деле также подробно описаны все обстоятельства происшествия и показания сторон.
Схожая ситуация в еще одном деле, приговор по которому суд Кишинева вынес в конце прошлого года. В нем тоже опубликованы сведения об обвиняемом, имя жертвы, имена свидетелей. Единственное, что скрыто в этом решении, – адрес места преступления и идентификационный номер обвиняемого, однако, известно, что дело происходило в одном из пригородов столицы.
При желании можно вычислить и адрес, так как живущие по нему люди – свидетели в этом деле и их имена известны, как известно и название населенного пункта.
В некоторых случаях в решении имя жертвы скрыто в одном месте, но открыто в другом. Так, в декабре 2017 года в Кишиневе вынесли приговор по делу о сексуальных домогательствах. Обвиняемый звонил жертве, писал ей через соцсети и телефонные мессенджеры, угрожая физическим и сексуальным насилием.

В самом начале решения, когда излагаются обстоятельства дела, имя жертвы трижды упоминается в двух абзацах, причем первые два раза оно зашифровано в виде XXXXXXXXX, а в третий раз имя и фамилия жертвы открыты. Далее в тексте приговора имя жертвы упоминается еще несколько раз, но уже без фамилии. В этом же приговоре можно найти и домашний адрес обвиняемого, и номер его мобильного телефона.
Можно предположить, что имя жертвы было опубликовано, так как дело рассматривали на публичных заседаниях. Однако NM нашел дела, которые вели в закрытом режиме, но в приговорах по ним персональные данные жертв не защищены.

Например, летом этого года суд Новых Анен вынес приговор по делу об изнасиловании в одном из сел Новоаненского района. Несмотря на то, что дело рассматривали в закрытом режиме, в судебном решении имя жертвы раскрыто. Имя обвиняемого в начале решения скрыто, но открыт идентификационный номер обвиняемого, а потом открыто и имя.

Как и в других приговорах, в решении подробно изложены все обстоятельства преступления.
Аналогичная ситуация и с приговором по делу о попытке изнасилования, который вынесло Глодянское отделение Дрокиевского суда. В нем можно найти не только нынешнюю, но и девичью фамилию девушки.
В некоторых случаях суды во всем документе полностью скрывают имя жертвы, но его можно без труда выяснить по другим открытым данным, которые есть в опубликованном приговоре.

Например, весной этого года суд Комрата вынес приговор по делу об изнасиловании. В нем имя жертвы действительно зашифровано и даже зашифрован населенный пункт в одном из райцентров Гагаузии. Однако там указано, что преступление произошло возле одного из объектов, который уникален на территории Гагаузии.

Кроме того, в судебном решении указано имя матери пострадавшей, выступавшей свидетелем.
Как регулируется защита данных?
По словам адвоката La Strada Анны Нани, анонимизация (сокрытие персональных данных – NM.) судебных решений регулирует Закон о судоустройстве и положение Высшего совета магистратуры (ВСМ) «О порядке публикации судебных решений на национальном портале судебных инстанций и на веб-странице Высшей судебной палаты».

В последнем документе подробно оговорены правила публикации решений и анонимизации личных данных. В нем указано, что на уровне судов за публикацию решений отвечают судьи и их помощники. Именно помощники под наблюдением судей регистрируют решения в онлайн-системе.

В этом же положении указано, что все дела необходимо публиковать с открытыми данными за некоторыми исключениями. Исключение – судебные дела, которые рассматривали на закрытом или тайном заседании.
Всегда анонимизируются «для защиты интересов нравственности, несовершеннолетних либо частной жизни сторон процесса» имена лиц, ущемляемых в правах «через призму данных ценностей и интересов».
Всегда анонимизируются «для защиты интересов нравственности, несовершеннолетних либо частной жизни сторон процесса имена лиц, ущемляемых в правах через призму данных ценностей и интересов».

Согласно документу, анонимизацию решений применяют в ситуации, когда может быть раскрыта коммерческая тайна или идет речь о национальной безопасности.

При этом абсолютно во всех делах, независимо от того, в каком режиме их рассматривают, должны быть зашифрованы IDNP сторон дела, банковские реквизиты, данные о состоянии здоровья, личные адреса и номера мобильных телефонов.
Что говорят судьи и судебные инспекторы?
Экс-глава ВСМ судья Виктор Мику в беседе с NM отметил, что преступления на сексуальной почве очень редко рассматривают в открытом режиме. Однако даже в этом случае нужно обеспечить полную анонимность жертв, так как в регламенте есть пункт «о защите интересов нравственности». Мику отметил, что не должно быть и таких ситуаций, когда имя жертвы можно вычислить дедуктивным методом, как, например, в случае с решением суда Комрата, когда указано имя матери и можно узнать населенный пункт.

Мику рассказал, что этими делами должна заниматься судебная инспекция при ВСМ. «Если выяснится, что анонимность персональных данных не обеспечил судья, этим должен заниматься Высший совет магистратуры, а если помощник судьи - тогда решение должен принимать председатель суда, который рассматривал это дело», – сказал NM Мику. По его словам, наказание может быть разным: от предупреждения до увольнения. «Правда, увольнение – это, скорее, последняя мера», – отметил Мику.
«Если выяснится, что анонимность персональных данных не обеспечил судья, этим должен заниматься Высший совет магистратуры, а если помощник судьи – тогда решение должен принимать председатель суда, который рассматривал это дело».

Виктор Мику
экс-глава ВСМ, судья
Инспектор судебной инспекции при ВСМ Иоана Киронец в беседе с NM сообщила, что в ВСМ не поступали жалобы на то, что данные о жертвах преступлений на сексуальной почве были открытыми.

Она рассказала NM, что приговоры анонимизируются с помощью специальной программы. «Там есть кнопка – анонимизировать. Ее нажимаешь, и программа сама скрывает данные. После этого решение нельзя исправить вручную. Но подобные решения не должны публиковать», – сказала Киронец. По ее словам, публикацией занимаются помощники судей, но из-за большого объема работы судьи не успевают их проверять.
Что говорят эксперты?
Программный директор Центра юридических ресурсов Ион Гузун считает, что дела, связанные с преступлениями на сексуальной почве, не должны быть в публичном доступе. «В этой ситуации чаще всего возникают механические ошибки. Потому что люди на этих должностях (секретари и помощники судей – NM.) часто меняются, сначала учишь одного, а потом работаешь с другим», – отметил Гузун.

По его словам, уже бывали жалобы на то, что данные открыты. Гузун указал, что 26 марта ВСМ принял во внимание решение Национального центра по защите персональных данных, который рекомендовал совету пересмотреть положение, регулирующее публикацию в интернете решений, но это не было сделано. Центр принял такое решение, после того как им поступили жалобы от граждан в связи с публикацией личных данных в судебных решениях. Однако ВСМ просто принял это решение во внимание.

Анна Нани, в свою очередь, указывает, что жертвам преступлений на сексуальной почве приходится просить рассматривать дело в закрытом режиме, чтобы их данные не опубликовали. «В противном случае, это нарушение и нужно подавать жалобу в Наццентр защиты личных данных. На практике таких случаев пока не было. В теории суд должен нести ответственность», – говорит Нани.
«Если жертва из сельской местности, и об этом узнает все село, то ей наносится очень большая травма и ущерб. Большинство людей [не жалуются на публикацию решений], потому что просто не находят эту информацию. Жертвы готовы жаловаться в суд, чтобы наказать виновного, но только чтобы об этом никто не узнал».

Анна Нани
Адвокат La Strada
Юрист указала, что жертва, или прокурор могут запросить рассматривать дело в закрытом режиме. «[Если слушание открытое], то, возможно, жертвы даже не знают об этом. Бывает много случаев, когда дела рассматривают без адвокатов, и чаще всего это происходит из-за нехватки у людей денег», – отметила Нани.
По мнению адвоката La Strada, подобная практика может нанести ущерб жертве и повлиять на решение жертвы обратиться в правоохранительные органы и суд. «Если жертва из сельской местности, и об этом узнает все село, то ей наносится очень большая травма и ущерб. Большинство людей [не жалуются на публикацию решений], потому что просто не находят эту информацию. Жертвы готовы жаловаться в суд, чтобы наказать виновного, но только чтобы об этом никто не узнал», – резюмировала Нани.

В Национальном центре защиты персональных данных на запрос NM к моменту публикации материала не ответили.
Как защищали данные от СМИ?
Примечательно, что защиту персональных данных хорошо прочувствовали на себе журналисты. Власти неоднократно отказывали в предоставлении информации СМИ, ссылаясь на защиту персональных данных.
Например, несколько лет назад на этом же основании МИДЕИ отказался предоставить NM информацию о назначении сына бывшего депутата Нае-Симиона Плешки Сорина Плешки, подозревавшегося в убийстве.

А бывший комиссар Кишинева Владимир Ботнарь после выхода расследования журналистки Марианы Рацы о том, что он устроился на работу в Moldtelecom, также обратился в прокуратуру, утверждая, что были разглашены его персональные данные.

Кроме того, судьи тщательно анонимизировали некоторые громкие решения несколько лет назад.

Так, например, данные по громким делам экс-премьера Владимира Филата, Вячеслава Платона и Илана Шора были скрыты. В них зашифровали имена сторон, адвокатов и прокуроров.

В приговоре по еще одному громкому делу о подкупе депутатов имен также не оказалось.

Два года назад ВСМ постановил публиковать решения суда без имен участников процесса. После протестов СМИ и НПО ВСМ пошел на небольшие уступки, приоткрыв имена участников процесса. Однако уже деперсонализированных решений эти поправки не коснулись.
Текст: Николай Пахольницкий
Оформление: Кристина Демиан
Главное фото: myjewishlearning.com