Арест по подозрению в коррупции пяти судей, близких к власти, эксперты называют «ясным сигналом» системе. Правда, одни связывают его с началом реальной борьбы с коррупцией, а другие — с предстоящими выборами, роль судей в которых может стать решающей: они могут отменить до трети результатов по одномандатным округам. «Судьи лояльны власти не из любви, а из страха, и сейчас этот страх нагнетается», — говорят эксперты.
Сотрудники Наццентра по борьбе с коррупцией (НЦБК), напомним, 23 октября задержали по подозрению в коррупции 10 человек, среди которых пять судей. Речь идет о судьях Апелляционной палаты Кишинева Людмиле Оуш, Галине Москальчук и Любови Брынзе, а также о судьях Светлане Тизу и Виктории Хадыркэ из суда столичного сектора Центр.
Галина Москальчук, отметим, судила бизнесмена Вячеслава Платона по делу Moldasig, по которому его обвинили в мошенничестве в особо крупных размерах. Также она занималась делом экс-премьера Владимира Филата и иском Владимира Плахотнюка против бизнесменов Виктора Цопы и Виорела Цопы о возмещении морального ущерба.
Судья Любовь Брынза тоже занималась делами Платона и Филата. Несколькими неделями ранее НЦБК арестовал ее супруга — декана юридического факультета Госуниверситета Молдовы Сергея Брынзу.
Судья Людмила Оуш рассматривала дело Филата в Апелляционной палате.
Собеседники NM в юридических кругах отмечают, что пока недостаточно информации, чтобы делать какие-то выводы об аресте судей. Собеседники предполагают, что дело может быть связано с расследованием против декана юрфака Госуниверситета, так как совпадает время начала обоих расследований — август этого года. При этом собеседники NM отмечают, что эти аресты — «тревожный сигнал для судей, которые исполняют указания сверху».
По словам координатора программ Центра юридических ресурсов Иона Гузуна, «НПО давно говорили, что уголовные дела за коррупцию надо заводить не только против адвокатов, надо открывать расследование и против тех, кому они эти деньги передавали». Гузун также отметил, что, кроме ареста судей по делу о «Ландромате», не помнит таких масштабных арестов в судейских кругах.
По мнению политического аналитика Корнелиу Чури, задержание и арест судей, которые считались близкими к правящей партии, политически можно интерпретировать как ясный сигнал системе и обществу: «Никто не может быть уверен в своей безнаказанности [за коррупцию]». У этого месседжа, как считает Чуря, есть и электоральная окраска: «Обществу дают понять, что так же будет и после выборов».
Политолог Виктор Чобану согласен с тем, что арест судей — это сигнал системе. Но он связывает этот сигнал не с началом реальной борьбы с коррупцией, а с поддержанием вертикали власти. «Когда строишь вертикальную систему власти, она нуждается в постоянной встряске. Все диктаторские режимы должны периодически кого-то показательно приносить в жертву. Казалось бы, это преданные люди из ближнего круга, но в такой системе ни у кого нет гарантий, все должны строго следовать заветам Чучхе», — пояснил эксперт.
Эти показательные жертвы нужны, отметил он, если учитывать роль судей в предстоящих парламентских выборах, которые пройдут по новой смешанной системе. «Судьи по новой системе могут аннулировать до трети результатов выборов по одномандатным округам, и при этом выборы все равно останутся действительными», — пояснил Чобану.
«Судьи лояльны власти не из любви, а из страха, и сейчас этот страх нагнетается. Мы видим общее поле сражения, арест оппозиционных активистов, и еще много всего, что делается на основе грязных технологий. Создается общая атмосфера страха, все должны бояться. У партии есть цель, она наметила результат и должна его получить», — заключил Чобану. И добавил, что, кроме сигнала судебной системе, арест судей дает «сопутствующий результат» — обществу демонстрируют, как власти начинают реально бороться с коррупцией.
