Представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ ДУНЯ МИЯТОВИЧ и корреспондент NM МАРИНА ШУПАК поговорили о пропаганде в СМИ, о роли в этом властей, а также о нарушениях свободы слова в Европе и о том, может ли быть оправданным закрытие властями телеканалов.
Как вы оцениваете готовность молдавских властей работать с международными организациями по вопросам свободы слова?
Молдова сделала важные шаги навстречу международным организациям, она согласилась с нормами свободы слова, однако очень многое предстоит еще совершить. В особенности когда речь идет о пропаганде в СМИ. Вы, журналисты, должны с ней бороться. При этом борьба с пропагандой не должна вестись теми же методами, которыми ее распространяют.
Кроме пропаганды, какие еще проблемы, по-вашему, существуют в медиасфере Молдовы?
Я много работаю в Молдове, как с властями, так и с гражданским обществом. Я была у вас в прошлом году и планирую вскоре посетить вновь. Есть много вопросов, которые я хочу обсудить с властями и гражданским обществом, в частности о реформировании общественного телевидения и радио. Реформировать их пытаются уже 20 лет, но эффекта нет, я об этом постоянно говорю молдавским властям. Еще один вопрос — принятие ряда законов для того, чтобы заблокировать вещание некоторых телеканалов. Это неправильно (22 апреля Дуня Миятович представила анализ поправок к молдавскому Закону о СМИ и заявила, что они могут быть опасны для свободы слова в Молдове.— NM). Власти должны взаимодействовать с обществом в вопросах регулирования СМИ, а СМИ должны представлять весь спектр мнений по тому или иному вопросу, то есть руководствоваться принципом плюрализма. В этом суть конфликта, и это нельзя решить за одну ночь.
Может ли быть в каких-то ситуациях оправдано закрытие властями тех или иных телеканалов?
Лично я очень настороженно отношусь к любого рода запретам. Мне кажется, это неверный подход. Но нужно всегда быть осторожными: если идет речь о насилии, призывах к насилию, то это не свобода слова, это анархия. Я не против провокационной журналистики и расследований, но во всем нужно оставаться профессионалами. Мне известно, что в ЕС были закрыты несколько телеканалов, которые нарушали определенные правила. Я не думаю, что они были бы изъяты из вещания, если бы на это не было весомых причин. Конечно, всегда нужно осознавать, что причины закрытия телеканала могут быть политическими. Вместе с тем нужно признавать, что некоторые каналы могут пропагандировать ненависть.
Какими, на ваш взгляд, должны быть государственные СМИ? Другими словам, к чему в результате должны привести реформы общественного телерадио в Молдове?
Государственная пресса — это то, чего я точно не хочу видеть в XXI веке. Такие СМИ — это тотальный контроль. Я думаю, государства должны оставить прессу в покое. Государства, однако, должны поддерживать общественное вещание всеми возможными средствами. При этом я имею в виду, что общественное вещание должно быть финансово и операционно свободно и независимо. Конечно, это большая проблема для стран переходного периода, которые все еще сомневаются, является ли их общественное вещание эффективным и независимым.
Могут ли страны ЕС служить примером в плане свободы СМИ?
Страны со старой и традиционной демократией, одним из признаков которой является свобода слова, не должны быть безоговорочным примером. И там есть нарушения, особенно если взглянуть на законодательство, которое зачастую может нести потенциальный риск для свободы прессы и слова. В то же время нужно трезво смотреть на то, что в некоторых странах существуют систематические нарушения свободы СМИ. В первую очередь я имею в виду безопасность журналистов: случаи, когда их избивают, сажают за решетку, убивают. К счастью, этого не происходит на большей части Европы. Однако это не значит, что нужно стыдиться и замалчивать те нарушения, пусть и негромкие, которые существуют. Мы забываем о том, как это важно — оберегать свободу слова каждого человека, не только журналиста.
Вам известно об аресте приднестровского журналиста Сергея Ильченко? Как ОБСЕ решает вопросы, связанные со свободой слова в зонах замороженных конфликтов?
К сожалению, когда речь идет о замороженных конфликтах и Приднестровье в частности, ОБСЕ сложно работать из-за ограниченности мандата. Я говорю с гражданским обществом, журналистами, правительством Молдовы, но я очень ограничена в отношениях с так называемыми властями Приднестровья. Тем не менее я делаю открытые заявления, когда узнаю, что журналисты находятся под угрозой (На онлайн-платформе ОБСЕ, посвященной безопасности журналистов, есть информация о Сергее Ильченко.— NM). Замороженные конфликты — это вызов для всех международных организаций, не только для ОБСЕ.
Что вы рекомендуете журналистам, работающим в конфликтных зонах?
Во-первых, оставаться в безопасности. Это был мой основной месседж журналистам из Крыма, когда я говорила с ними в Симферополе в 2014 году. Сейчас журналистика — очень опасная профессия. Поэтому мы, как международная организация, стараемся тесно сотрудничать с журналистскими ассоциациями. Недавно мой офис организовал большую конференцию в Вене, где мы говорили о журналистике в конфликтных зонах. Но, пожалуй, самая опасная область журналистской деятельности сейчас — это журналистские расследования, для этого нужна большая смелость.
