Перед местными выборами лидеры правящих партий объявили о планах национализировать Banca de Economii (BEM). Это стало одной из причин замораживания отношений с Международным валютным фондом (МВФ), который обусловил переговоры по новому меморандуму о сотрудничестве с Молдовой ликвидацией BEM. Теперь собеседники NM в правящей коалиции уверяют, что банк ликвидируют, а заявление о его национализации было исключительно политическим. Между тем окончательного решения о судьбе BEM, как утверждает глава Нацбанка Дорин Дрэгуцану, не принято.
«Banca de Economii не будет национализирован. Его закроют. Заявление о национализации было политическим»,— заверил NM собеседник из Либерально-демократической партии (ЛДПМ), настоявший на анонимности. Он выразил уверенность, что меморандум с МВФ будет подписан.
«Национализация — это бред. Это было специально заявлено перед выборами, потому что банки — это чувствительная сфера. Это большая проблема, и не думаю, что кто-то допустит, чтобы банки продолжали существовать. В первую очередь этого не допустят МВФ и Всемирный банк»,— отметил в беседе с NM один из депутатов партий правящей коалиции.
Судя по заявлениям главы Нацбанка Дорина Дрэгуцану, регулятор также является сторонником идеи ликвидации проблемных банков, в первую очередь BEM. «Национализация BEM будет стоить намного дороже ликвидации банка. В то же время мы не видели формального политического решения по национализации. Поэтому Нацбанк продолжит обеспечивать стабильность в BEM до решения о национализации, если это будет иметь место. Если нет, тогда правительство должно будет предпринять два-три шага для подготовки к ликвидации BEM. В первую очередь речь идет о переводе казначейских счетов в другие банковские учреждения, обеспечении непрерывной оплаты пенсий и других социальных выплат, которые сейчас осуществляются через Banca de Economii»,— заявил 30 июня Дрэгуцану.
До выборов в Нацбанке тему национализации комментировать не хотели и заявляли, что ждут в Молдове миссию МВФ, представители которой обсудят с правительством судьбу Banca de Economii, Unibank и Banca Sociala, находящихся под специальным управлением регулятора.
О планах национализировать BEM — крупнейший из трех банков, в которых Нацбанк ввел спецуправление,— лидеры ЛДПМ и Демпартии, напомним, заявили перед местными выборами.
«Будут предприняты все меры, чтобы банк продолжил свою работу. Мы выйдем с соответствующим законопроектом, а Нацбанк должен будет подчиниться этому решению»,— заявил тогда председатель ЛДПМ Владимир Филат.
Лидер Демпартии Мариан Лупу сообщил, что «эта позиция уже давно обсуждается». «Лучшее решение для сохранения банка — это его национализация и 100-процентный контроль государства»,— сказал председатель Демпартии, уточнив, что «национализация может быть обеспечена бесплатно», но не пояснив, как это возможно. Лупу объяснил необходимость сохранения банка его потенциалом, необходимостью сохранения рабочих мест и депозитов. На конец апреля у Banca de Economii было депозитов на 5,729 млрд леев, из которых 3 млрд леев — депозиты физлиц.
После заявления лидеров коалиции «За европейскую Молдову» о национализации Banca de Economii в МВФ передумали направлять в Молдову переговорную миссию, оставив лишь мониторинговую. Когда же премьер Кирилл Габурич объявил об отставке, то и мониторинговая миссия отменила визит в страну, запланированный на 17 июня.
С критикой решения о национализации выступила и оппозиция. Причем как слева, так и справа. «Это означает лишь то, что они [власти] намерены совершить двойное ограбление века в Молдове. Не знаю, видел ли кто-то когда-нибудь подобную наглость, чтобы крали из одного и того же места два-три раза»,— негодовал лидер Партии социалистов Игорь Додон.
Лидер Либеральной партии Михай Гимпу называл решение о национализации «популистским»: «Что национализировать, если банк пустой. А потом снова надо будет в него вливать еще деньги?» Впрочем, вице-председатель Либеральной партии Валериу Мунтяну уже тогда предрекал, что позиция партий власти после местных выборов изменится. «Выборы пройдут, и они по-другому заговорят»,— отмечал Мунтяну.
Лидер коммунистов Владимир Воронин высказывался против ликвидации BEM.
Между тем сразу несколько собеседников NM рассказали, что сразу после заявления о национализации BEM лидер ЛДПМ Владимир Филат связался с главой постоянного представительства МВФ в Молдове Армине Хачатрян и разъяснил, что на самом деле национализации никто не хочет.
Новая программа сотрудничества с МВФ, который ранее обусловил переговоры с Молдовой ликвидацией проблемных банков, жизненно необходима правительству. Будучи премьером, Кирилл Габурич говорил, что отсутствие меморандума с МВФ может грозить Молдове дефолтом (неспособность государства обслуживать все или часть своих обязательств).
По данным NM, минфин в последнее время сталкивается с проблемой сбора доходов. «По таможенным сборам недобор почти 400 млн леев»,— сказал собеседник в правящей коалиции. Информированный источник NM в одной из международных структур пояснил, что власти планировали получить деньги от европейских партнеров, но этот процесс притормаживается, в том числе из-за отсутствия меморандума с МВФ. «Не знаю, что они будут делать к осени»,— отметил он.
Эксперты говорят, что только ликвидировав банки правительство сможет договориться с МВФ и поправить свои финансовые дела. «Мы продемонстрировали, что не можем управлять банком в интересах страны»,— сказал NM экономический эксперт Виталий Рапча. По его словам, решение национализировать банк привело бы к ужесточению позиции МВФ.
Экономист и политический комментатор Виктор Чобану считает, что лидеры коалиции намеренно заявили о национализации BEM незадолго до приезда миссии МВФ. «В переговорах с МВФ помимо вопросов по банкам есть и другие переговорные позиции. Вполне может быть, что это сделано для того, чтобы в результате согласиться с ликвидацией BEM, но получить уступки по другим вопросам»,— сказал он в передаче Politica на TV7. Также он обратил внимание на то, что пока неясно, каков размер госпакета в Banca de Economii. После решения Высшей судебной палаты государству был возвращен мажоритарный пакет в 56%, но на деле этого сделано не было — и у государства пока 33,3%.
