Молдова заинтересована участвовать в китайской инициативе «Шелковый путь» — глобальном торгово-экономическом коридоре, призванном соединить Китай и Европу. Об этом заявила 10 сентября на VIII Евразийском экономическом форуме в китайском Сиане спикер парламента Молдовы Зинаида Гречаная. В эти же дни в Швейцарии проходила парламентская конференция Группы поддержки «Шелкового пути». Корреспондент NM Екатерина Кожухарь побывала на мероприятии и попыталась выяснить у спикеров и экспертов, может ли Молдова на что-то рассчитывать в проекте с бюджетом $3 трлн.
Молдавский интерес
Парламентская делегация Молдовы во главе со спикером Зинаидой Гречаной на этой неделе находится в Китае для участия Евразийском экономическом форуме. В выступлении на форуме Гречаная заявила, что в Кишиневе очень интересуются инициативой «Один пояс — один путь» (Belt and Road Initiative — BRI), также известной как «Шелковый путь».
Она напомнила, что в 2014 году Молдова подписала с Китаем соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве, в том числе в рамках «Экономического пояса Шелкового пути».
Гречаная сказала, что проект открывает большие перспективы для Молдовы. Но для этого республика должна многое сделать. «Реализация Молдовой проекта диктует необходимость развития инфраструктуры автомобильных, железнодорожных, воздушных и морских подъездных путей, чтобы сделать дорожную ленту эффективной и для китайских товаров в Европе, и для европейских в Китае», — отметила спикер.
«Один пояс, один путь»
В конце прошлой недели китайскую инициативу Шелкового пути обсуждали в швейцарском городке Андерматт. Парламентарии, послы, бизнесмены и экономические эксперты собрались в сердце Швейцарских Альп на конференцию «BRI как драйвер для целей устойчивого развития». Ее организовала швейцарская ассоциация Alpine Arena for friendship.
Место выбрали не случайно. Именно здесь проходит Годарский тоннель — самый длинный железнодорожный тоннель в мире. Его построили совсем недавно — в 2016 году, длина его 57,1 км. Тоннель соединил север и юг Европы и значительно сократил время перевозки товаров.
Новый «шелковый экономический пояс» и «морской шелковый путь XXI века» призван соединить Азию, Африку и Европу. Сухопутный проект предусматривает создание трех трансевразийских экономических коридоров. Морской путь проложен от Тихоокеанского побережья через Южно-Китайское море, Индийский океан, Суэцкий канал, Средиземное море и до побережья Голландии.
По словам посла Китая в Швейцарии Женг Венбинга (GengWenbing), более 150 стран мира уже подписали соглашение о сотрудничестве в рамках BRI. Проект охватывает страны, где живет 63% населения мира и объемом ВВП около 40% от глобального. Китайский дипломат уверяет, что проект улучшит экономическую ситуацию в странах, через которые пройдет новый Шелковый путь. Авторы проекта обещают тысячи новых рабочих мест и снижение уровня бедности в мире.
«Новая гегемония»?
До 2030 года Китай планирует вложить в проект Шелкового пути $3 трлн. Обещает Пекин инвестировать и в инфраструктуру стран «коридора». В США эти планы встретили настороженно: стратегию Китая там назвали «долговой дипломатией». Это значит, что страны-должники могут стать зависимыми от Китая. Как, например, нынешний Пакистан.
В ЕС тоже заволновались, когда Греция продала Китаю контрольный пакет своего крупнейшего порта Пирей. А Италия стала первой страной из «большой семерки», подписавшей с Пекином меморандум о сотрудничестве в рамках BRI. Президент Франции Эммануэль Макрон назвал BRI «новой гегемонией». Впрочем, в ЕС пока нет единой позиции в отношении к инициативе Шелкового пути.
«Конечно, сейчас мы находимся в плоскости геополитики, — сказал NM региональный директор Европейского банка реконструкции и развития Ремижи Винзап (Remigi Winzap). — Вполне вероятно, что большие игроки могут увеличивать свою мощь, используя подобные стратегии. Но это бесконечные дискуссии о том, как велико влияние Турции, России, ЕС, Китая, США и т.д.»
По его словам, важно, чтобы страна следовала своим национальным планам развития и внимательно изучала условия инвестиционных проектов. «Молдавское правительство, например, должно принять самостоятельное решение — участвовать ли в Китайской инициативе и что для этого нужно», — добавил Винзап.
Директор Института управления Базеля (Basel Institute on Governance) Гретта Феннер (Gretta Fenner) видит в проекте BRI коррупционные риски. «Коррупция — это не только денежные взятки, но и покупка политического влияния. С этой точки зрения я вижу потенциальный риск, потому что Китай сейчас обладает огромной силой», — сказала она.
Впрочем, по словам Феннер, это стратегия не только Пекина: «Мы видим, что все крупные игроки покупают влияние благодаря проектам развития».
«Мы наблюдаем огромную конкуренцию между великими державами, экономическую экспансию и геополитические интересы», — убежден председатель Парламентской Ассамблеи ОБСЕ Георгий Церетели.. В этих условиях, по его словам, BRI важно выработать политику, которая «будет полезна для конечных пользователей — граждан, их семей».
«В Китае — одни стандарты, в Швейцарии — другие, в Молдове — третьи. В BRI нужно прийти к общей понятной системе», — отметил гендиректор Stadler Minsk Филипп Бруннер (Philipp Brunner).
От Швейцарии к Молдове
Ключевым связующим центром BRI в Европе может стать Швейцария. По крайней мере, об этом не раз говорили участники форума. По словам Георгия Церетели, у Швейцарии для этого есть все: эффективная экономика, сильная банковская система, развитая демократия.
Швейцарский депутат и вице-председатель Silk Road Support Group Филиппо Ломбарди в беседе с NM указал еще на одну особенность Швейцарии, которая может помочь ей стать связующим звеном — это нейтралитет, так как Швейцария не входит ни в ЕС, ни в НАТО.
Исторически Швейцария развивалась благодаря торговле, интенсивно строила высококачественную инфраструктуру, продолжил Ломбарди. «Раньше мы связывали север и юг Европы. Теперь мы готовы связать Европу с Центральной Азией и Китаем. Также роль нашей страны — привнести в проект швейцарские стандарты», — сказал он NM.
Молдова, по словам Ломбарди, не только вправе, но и обязана участвовать в проекте. «Важно при этом осуществлять парламентский и демократический контроль над инвестиционными проектами, а также бороться с коррупцией, что всегда возможно в таких гигантских проектах», — убежден депутат.
В том, что Молдова могла бы стать частью проекта Шелкового пути, уверен и Георгий Церетели. У Молдовы, по его словам, очень хорошее расположение. Это важно с точки зрения транспортных маршрутов и коридоров: граница с Румынией, близость к Черному морю, реки.
«Конечно, мы в курсе ваших бед — слабая система юстиции, неурегулированный приднестровский конфликт. Но новое реформаторское правительство повышает шансы на успех» — говорит Церетели.
Румынский депутат Виктор Пауль Добре тоже убежден, что Молдова должна быть активна в этом проекте. Он упомянул порт Джурджулешты и реки, которые Молдова могла бы стратегически использовать при включении в BRI.
Молдавский посол в Швейцарии Оксана Доменти в комментарии NM подтвердила, что Молдова заинтересована в инициативе «Шелковый путь». «И у Молдовы есть шанс. Очень много проектов в рамках этой инициативы уже анализируют. Именно поэтому молдавская делегация участвует в этой конференции», — сказала дипломат.
«Наряду с уже подписанными в 2014 году соглашениями, в Молдове уже запущен проект, инициированный Всемирным банком, в котором анализируются все возможности участия Молдовы в BRI», — отметила дипломат. А многие китайские экономические агенты, по ее словам, уже присматриваются к потенциальным проектам для инвестиций в Молдове в рамках инициативы Шелкового пути.
Екатерина Кожухарь, Андерматт, Швейцария
