«Никто на свете не хочет быть изнасилованным». Зачем Клэр МакФарлейн из Южной Африки будет бежать в Молдове 16 км
7 мин.

«Никто на свете не хочет быть изнасилованным». Зачем Клэр МакФарлейн из Южной Африки будет бежать в Молдове 16 км


В столичном парке Valea Morilor 6 июля пройдет забег Footsteps to Inspire. Это глобальный проект, который организовала Клэр МакФарлейн из Южной Африки: она решила пробежать 16 км в каждой стране мира, чтобы привлечь внимание к проблеме сексуального насилия. Молдова — пятидесятая страна в ее списке. В интервью NM Клэр МакФарлейн рассказала о пережитом ею сексуальном насилии, а также о том, почему она бежит в каждой стране именно 16 км, и почему в современном мире жертвы насилия по-прежнему боятся об этом говорить.

«В ту ночь я приняла важное для себя решение — принять то, что произошло, и жить дальше»

Как и почему у вас появилась идея забега Footsteps to Inspire?

20 лет назад, в 1999 году, меня изнасиловали. Тогда мне был 21 год, я была студенткой и жила в Париже. Днем я училась, вечерами работала, потому что сама оплачивала свое обучение. Однажды я поздно вечером шла домой после работы. На меня напал какой-то мужчина. Он изнасиловал меня и пытался убить. Я сопротивлялась, боролась, пыталась вырваться, но от этого он становился еще более агрессивным. Я поняла — если буду продолжать в том же духе, он забьет меня до смерти. И решила изменить тактику. Я стала с ним говорить, и это, думаю, спасло мне жизнь.

Что вы говорили?

Я сказала ему, что я смертельно больна и умру к концу года. Я выдумала эту историю. Сначала он не верил. Но я продолжала рассказывать о своей болезни, о том, как страдает моя семья от того, что я скоро умру. Я пыталась сама поверить в эту историю, чтобы было правдоподобнее. В конце концов, я думаю, это сработало, потому что он ушел, оставив меня жить.

Что было после?

Я была очень изранена физически и не знала, что делать. У меня был выбор: или обратиться за помощью, или отправиться домой и делать вид, что ничего не случилось. Потому что я знала много историй о том, как относятся к жертвам насилия. Но я была ранена, и мне нужна была помощь. И я обратилась в больницу. В ту ночь я приняла важное для себя решение — принять то, что произошло, и жить дальше.

Вас обвиняли в случившемся?

Да, с самого начала. Даже в больнице многие работники грубо ко мне относились и постоянно спрашивали, что я делала ночью на улице, как я была одета, пила ли я алкоголь. Они говорили, что я, наверняка, сделала что-то, что его спровоцировало, и обвиняли меня в случившемся.

newsmaker.md/rus/novosti/vy-chto-prosto-lezhali-vy-chto-ne-mogli-soprotivlyatsya-kak-obrashchayutsya-s-zher-40735

Вначале слышать все это было ужасно. Я ведь просто шла домой, а на меня напали, изнасиловали и пытались убить. Я не могла понять, почему окружающие винят в этом меня. Наконец, я поняла, что мне нужно просто игнорировать обвинения. Их было очень много, и, если бы я прислушивалась к ним, это бы разрушило меня.

Сейчас я слышу обвинения намного реже. Я думаю, это потому, что окружающие видят, что я стала сильной и не боюсь рассказывать свою историю. Если сейчас кто-то обвиняет меня, я не воспринимаю это лично, а стараюсь объяснить, что изнасилование — никогда не вина жертвы.

«Теперь, зная, как устроена система, я могу помочь другим»

Преступника удалось поймать и наказать?

Полиция пыталась найти преступника, но им не удалось. Я не могла больше оставаться во Франции, поэтому уехала к своей матери в Австралию и пыталась строить жизнь заново. Я старалась до предела занять себя делами. Первый год я одновременно училась в университете и работала на четырех работах. У меня просто не было времени думать о произошедшем. Так я прожила десять лет.

В 2009 году мне позвонили из французской полиции. У них появился подозреваемый. Меня попросили приехать в течение 48 часов на опознание. К счастью, тогда я работала в Швейцарии, поэтому могла приехать.

Это был он. Его приговорили к 12 годам тюрьмы, но выпустили спустя три с половиной года. Я подала апелляцию, но проиграла дело в этой инстанции. Разбирательства длились шесть лет.

newsmaker.md/rus/novosti/iznasilovanie-eto-ne-pro-seks-eto-pro-demonstratsiyu-kontrolya-i-sily-intervyu-nm-36365

Если бы кто-то сказал мне, что тяжба продлится так долго, и что мне придется потратить на услуги адвоката и экспертизы €40 тыс., то есть все мои сбережения, я бы не согласилась. Но я сделала это и не жалею. Потому что теперь, зная, как устроена система, я могу помочь другим.

Когда вы решили рассказать свою историю?

В 2014 году, когда завершилось апелляционное дело, я решила об это рассказать. Я уже была достаточно сильна, чтобы сделать это. Тем не менее это было сложное решение. Но я опубликовала свою историю в интернете, чтобы помочь людям, пережившим насилие, избавиться от страха. Я не ожидала, что получу такое огромное количество писем со всего мира: от женщин и мужчин, среди которых были и несовершеннолетние. Они делились своими историями. Многие из них впервые рассказывали постороннему человеку об изнасиловании. Тогда я осознала, насколько это важно, и решила сделать что-то глобальное.

Так появился проект Footsteps to inspire?

newsmaker.md/rus/novosti/zhertvy-navsegda-nadezhda-koptu-ob-iznasilovanii-smerti-i-sochuvstvii-v-moldavskom-43494

Да. Из писем, которые мне присылали, я поняла, что насилие — это проблема, которая касается всех. Мне хотелось что-то сделать, чтобы изменить это. Говорить о сексуальном насилии очень сложно: в этой теме много стереотипов, табу и стыда. Мне хотелось, чтобы о сексуальном насилии было легче говорить. Поэтому я выбрала бег. Спорт — это хороший способ объединить людей, в том числе, если речь идет о какой-то неудобной теме. Например, каждую осень по всему миру проходит забег против рака груди.

Я решила, что буду бежать 16 километров босиком по берегу любого водоема в каждой стране мира. Именно 16 километров, потому что со дня, когда меня изнасиловали, до окончания судебных разбирательств прошло 16 лет.

Первый забег был 18 июля 2016 года в Южной Африке — это моя родная страна. 18 июля для меня тоже символичная дата — это день, когда на меня напали. Молдова — пятидесятая страна и первая из постсоветских. Всего в моем списке 230 стран, последняя из них — Франция. Я хочу завершить проект в 2024 году.

«Изнасилование — это никогда не вина жертвы»

Вы заметили разницу в отношениях к вашему проекту в разных странах?

Да, заметила. Во многих странах люди очень боятся рассказывать об опыте насилия, потому что от них отвернется общество. Обычно, когда я бегу, со мной бегут мои единомышленники из этих стран. Но в трех странах я бежала одна: в Японии, Занзибаре и Новой Зеландии. Там люди очень стыдятся показать, что они имеют отношение к этой проблеме, но многие писали мне, что поддерживают акцию, хотя и не бегут рядом.

Но как бег может помочь тем, кто пострадал от сексуального насилия?

Я понимаю, что нельзя так просто изменить мир. Перемены требуют времени. Я бегу, чтобы поделиться своей историей и показать людям, пережившим сексуальное насилие, что после этого можно жить нормальной жизнью. Что обратиться за помощью — это нормально, работать с психологом — нормально. Если молчать о насилии, хранить это в себе, будет все сложнее и сложнее.

Я на своем примере хочу показать, что я тоже пережила насилие, столкнулась с обвинениями, сложным судебным разбирательством и, несмотря на то, что это все было очень трудно пережить, нахожу силы жить дальше.

Вы сотрудничаете с правозащитными НПО?

Да, прежде чем приехать в какую-то страну, я связываюсь с НПО, которые там работают. Меня приглашают участвовать в дискуссиях, лекциях. В Молдове меня пригласили встретиться восемь общественных организаций. Я уже участвовала здесь в дискуссии, где, в том числе, были представители правительства.

newsmaker.md/rus/novosti/ty-emu-zhizn-isportish-kak-v-moldove-pravoohraniteli-zashchishchayut-zhertv-seksua-43158

В Молдове проблема сексуального насилия очень острая. Жертв обвиняют в провокации насильника, от них отворачивается окружающие. Что сделать, чтобы изменить отношение общества к жертвам насилия?

Я считаю, чтобы изменить отношение, нужны три вещи. Во-первых, надо осознать, что изнасилование — это никогда не вина жертвы. Никто на свете не хочет быть изнасилованным. Очень важно это помнить.

Во-вторых, надо верить людям. Никто не станет врать о сексуальном насилии, потому что, опять же, не хочет быть изнасилованным.

И, в-третьих, надо помогать жертвам сексуального насилия, потому что это очень сложно пережить, и им очень нужна поддержка.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: