После того как СМИ сообщили о смерти в тюрьме 31-летнего мужчины, которого арестовали за оскорбление полиции при нарушении ПДД, власти решили рассказать свою версию случившегося. Замминистра юстиции Анатолие Мунтяну на пресс-конференции 31 августа сообщил, что Андрей Брэгуца умер не в тюрьме, а в тюремной больнице, куда его перевели после медицинской экспертизы, причем в больницу он поступил уже с синяками. При этом Мунтяну не смог ответить на вопрос журналистов, как человека с диагнозом шизофрения могли арестовать на 30 суток.
По словам Мунтяну, Брэгуца фактически «поступил в пенитенциарную систему как пациент». Замминистра сообщил, что, согласно заключению психиатрической больницы, ему был нужен постоянный присмотр врачей, поэтому Брэгуцу в день ареста перевели из кишиневской тюрьмы № 13 в тюрьму №16 в селе Прункул, при которой есть больница со специализированным психоневрологическим отделением.
«24 августа в 10:40 Андрей Брэгуца поступил в пенитенциар №13. Около 11:00 его забрали из №13, а в 12:20 привезли в больницу при пенитенциаре №16, где взяли анализы и провели все проверки в соответствии с протоколом. В ночь на 26 августа его состояние ухудшилось и около 3:00 он умер», — описал Мунтяну последовательность событий.
Как уточнил глава управления пенитенциарных учреждений Аурелиу Сухан, впервые в тюрьму №13 Брагуца попал 21 августа. Медицинская комиссия установила, что ему нужна консультация «гражданских врачей». Уже после экспертизы, проведенной в психиатрической клинике, по словам Сухана, Брэгуца снова попал в тюрьму №13, но только для того, чтобы оформить все документы для перевода в тюрьму №16, где есть специализированная больница.
Сухан утверждает, что его оповестили о смерти заключенного той же ночью, около 3:30. В прокуратуру и другие ответственные органы, по его словам, сообщили о случившемся ранним утром. Глава управления пенитенциарных учреждений уверяет, что не знал, когда именно об этом оповестили родственников умершего. По его словам, ни в одном распоряжении не указаны сроки, в которые это необходимо сделать. «Но все мы люди и стараемся это сделать, как можно скорее», — заверил Сухан и пообещал, что разберется, действительно ли родственников оповестили только 28 августа, через три дня после кончины Брэгуцы.
Мунтяну не смог ответить на вопрос журналистов, почему человека с психическим диагнозом (у Брэгуцы шизофрения) могли арестовать на 30 суток. «Управление пенитенциарных учреждений только выполняет судебные решения», — сказал замминистра, добавив, что о законности ареста нужно спрашивать судей и прокуратуру.
Мунтяну также сообщил, что в систему пенитенциарных учреждений Брэгуца попал с синяками на теле. «При поступлении в больницу пенитенциара №16 на его теле были замечены синяки. Об этом была сделана специальная запись и проинформированы директор УПУ и прокурор», — сказал Мунтяну. По его словам, поступление заключенных из СИЗО с синяками нельзя считать обычным делом, но «иногда они сами провоцируют их появление в ходе задержания». Мунтяну заверил, что во время медосмотра при поступлении в тюрьму подобные травмы фиксируют документально и об этом извещают руководство тюрьмы и прокурора.
Родственники погибшего ранее утверждали, что при задержании у него был мобильный телефон, на который он мог снять случившееся. Сухан заявил, что при поступлении Брэгуцы в тюрьмы телефона среди его личных вещей не было.
Сухан опроверг информацию о том, что Брэгуца умер в тюрьме №13, а в больницу тюрьмы № 16 привезли уже его тело. «У вас есть мое слово руководителя Управления пенитенциарных учреждений. Гражданин Брэгуца в момент поступления в тюрьму №13 был жив, и его живым доставили в больницу пенитенциара №16», — заверил Сухан.
Уголовное расследование по делу о смерти Брэгуцы проводит прокуратура столичного сектора Буюканы. По словам Сухана, прокуроры уже изучили детали дела по документам пенитенциаров №13 и №16 и допросили врачей тюремной больницы. «У прокуроров уже есть картина того, что произошло», — сказал Сухан, отметив, что ее детали пока не разглашаются.
На пресс-конференции чиновники не настаивали на версии о пневмонии, как основной причине смерти Брэгуцы. «Окончательного документа о причине смерти еще нет. Это мы узнаем по результатам судебно-медицинской экспертизы», — сказал Мунтяну.
«Мы открыты и хотим выяснить все обстоятельства дела. Мы ничего не прячем, не закрываемся, мы хотим расследовать и принять объективное решение. Если кого-то из пенитенциарной системы гипотетически назовут виноватым, это будет сделано объективно», — подытожил Сухан.
На вопрос корреспондента NM, как часто за последнее время сотрудников полиции или пенитенциарных учреждений привлекали к ответственности за жестокое обращение с заключенными, Сухан ответил: «В прокуратуре Оргеева в производстве есть дело о применении оружия при попытке к бегству, про другие случаи я не знаю».
Андрея Брэгуцу задержала полиция 15 августа возле села Горное Страшенского района. По официальной версии, он сопротивлялся патрульным, которые остановили его за превышение скорости, и вел себя «неадекватно». Его доставили в инспекторат Чекан и продержали в СИЗО 72 часа, после чего суд по ходатайству прокуроров поместил его под предварительный арест на 30 суток. Он скончался через две недели после ареста. В руководстве тюрем ранее говорили, что Брэгуца умер от пневмонии, родственники утверждают, что он скончался от побоев в СИЗО.
По мнению адвокатов, в этом деле есть много вопросов к правоохранительным органам. Взять под контроль это дело решила правозащитная ассоциация Promo-Lex, которая считает подозрительным уже то, что суд выдал мандат на арест без разбирательства, только по требованию полицейских.
