Суд Буюкан продлил еще на 30 дней домашний арест экс-депутату парламента Кириллу Лучинскому, отклонив ходатайство защиты о его освобождении. Суд также отказался провести финансовую экспертизу банковских выписок, приложенных к делу. По мнению Лучинского, скорость, которую демонстрирует суд, и с которой он отклоняет все ходатайства защиты, говорит о том, что перед судом стоит задача как можно скорее закончить это дело.
На заседании суда по делу экс-депутата парламента от ЛДПМ Кирилла Лучинского 14 февраля судья Елена Кожокарь удовлетворила ходатайство прокурора Еуджена Рурака о продлении домашнего ареста Кириллу Лучинскому. Как и раньше, Рурак привел аргументы о том, что у Лучинского есть гражданство Румынии и России, а свидетели и он сам подтвердили, что Лучинский был бенефициаром компаний, получавших деньги от компаний мэра Оргеева Илана Шора.
Антикоррупционная прокуратура, напомним, обвиняет Лучинского в том, что он получил от Илана Шора $440 тыс. на компанию IPA International на основании фиктивных контрактов. Деньги, по версии прокуратуры, были выведены из Banca de Econоmii, а Лучинский должен был знать об их незаконном происхождении.
Адвокаты Лучинского Корина Стратан и Георгий Ульяновский назвали необоснованным ходатайство прокурора и отметили, что он не предоставил никаких доказательств того, что у Лучинского есть гражданства других стран.
Кирилл Лучинский отметил, что за те 9 месяцев, что он находится под домашним арестом, прокуроры могли бы уже предъявить доказательства наличия у него российского гражданства, если оно существует.
«У меня такое впечатление, что прокуратура больше всех хочет, чтобы я скрылся от правосудия. Хватит на этом настаивать. Заверяю вас, что такого риска не существует, я не собирался и не собираюсь скрываться», — сказал Лучинский.
На заседании суда адвокат также просила провести финансовую экспертизу банковских выписок, приложенных к материалам дела Лучинского. Она обратила внимание, что антикоррупционная прокуратура не указала происхождение этих выписок и проверить их подлинность невозможно.
К своему ходатайству Корина Стратан приложила письмо Генеральной прокуратуры Латвии, о котором ранее писал NM. В нем говорится, что с октября 2013 года до настоящего времени из Молдовы не поступал запрос об оказании правовой помощи по уголовному делу № 2015970346 (о краже миллиарда из трех молдавских банков).
Это письмо — ответ на запрос адвокатов бизнесмена Вячеслава Платона. Выписки, приложенные к делу Лучинского, фигурировали и в деле Платона.
Напомним, что Антикоррупционная прокуратура обратилась в NM c просьбой предоставить копию ответа из Латвийской прокуратуры, который лег в основу статьи «Запрос на засыпку. Как в деле Платона появились выписки со счетов в латвийских банках». «Этот документ необходим, чтобы проверить предполагаемый ответ, потому что, согласно предварительной информации, Латвийская прокуратура не распространяла данных о запросах, поступавших от Республики Молдова», — говорилось в обращении прокуратуры в редакцию.
Дальнейшая реакция Антикоррупционной прокуратуры не последовала. Ведомство не прислало в редакцию NM опровержение этой информации и не указало, когда и по какому делу обращалось к правоохранительным органам Латвии.
Прокурор назвал ходатайство защиты Лучинского необоснованным и расценил его как попытку затянуть процесс. Он сообщил суду, что выписки получены от НЦБК, а все необходимые обращения к зарубежным коллегам были сделаны.
Судья отклонила ходатайство адвокатов Лучинского о проведении экспертизы и хотела отказаться приложить к делу ответ латвийской прокуратуры. Но была вынуждена это сделать после замечаний адвокатов.
Стратан после заседания назвала решения Кожокарь противоречащими закону. Она отметила, что 9 февраля 2018 в «Официальном мониторе» были опубликованы поправки к Уголовно-процессуальному кодексу, в которых сказано, что, если стороны судебного процесса просят провести судебную экспертизу, суд обязан этот обеспечить.
«Все, что происходит в деле Лучинского, — парадокс», — сказала Стратан.
Она пояснила, что в отношении 16 судей (которые проходят по делу о «Ландромате») антикоррупционная прокуратура завела уголовное дело за то, что эти судьи принимали решения на основании несертифицированных копий неких документов.
«Сегодня та же прокуратура приходит в суд и просит принять в качестве доказательства несертифицированные копии предполагаемых банковских выписок. Банковские выписки можно получить только по решению суда, но доказательств наличия этого решения не представили», — отметила адвокат.
Кирилл Лучинский заявил, что скорость, которую демонстрирует суд, и с которой отклоняет все ходатайства защиты, говорит о том, что перед судом стоит задача как можно скорее закончить это дело. «Думаю, что и приговор уже готов», — сказал Лучинский.
Он назвал незаконным содержание под домашним арестом в условиях, когда не существует обоснованного подозрения в его отношении.
«Прокуратура не представила доказательств того, что было совершено первоначальное преступление, за которым последовало отмывание денег. Нельзя обвинять человека в том, что он был бенефициаром каких-то компаний. Я никогда не совершал преступлений против моего народа, моей страны, бюджета и так далее, я не взял ни копейки», — заключил Лучинский.
Суд завершил судебное расследование по делу Лучинского. На следующем заседании, которое состоится 15 марта, начнутся прения сторон.
Кирилла Лучинского, напомним, задержали 25 мая 2017 года. С 27 мая он находится под домашним арестом. По версии прокуроров, экс-депутат, будучи управляющим и конечным бенефициаром компаний Toast Delux SRL и IPA International Project Agency, отмывал деньги через офшоры. Лучинского также подозревают в том, что он не указал в декларации о доходах владение компанией, которая фигурирует в деле о банковской афере.
Кирилл Лучинский неоднократно заявлял, что не считает себя виновным и что его компании не занимались отмыванием денег. Он настаивает на том, что в его деле нет необеспеченных кредитов, а все долги он вернул. Он также удивлен тем, что в его деле появился Banca de Economii (Илан Шор — бывший глава админсовета BEM), с которым, по словам Лучинского, у него нет никакой связи.
