Швейцария входит в топ самых богатых, благополучных и мирных стран планеты. И, пожалуй, ни одну другую страну так часто не ставят в пример Молдове. Корреспондент NM Екатерина Кожухарь побывала в Швейцарии и поговорила с местными экспертами о главных принципах и ценностях швейцарского общества и о том, как это все работает и взаимно дополняется.
I. Референдумы и демократия
Референдум в Швейцарии — не просто одна из форм демократического волеизъявления. Это главный инструмент принятия решений в стране. Четыре дня в году в стране отведены голосованию на референдумах по проблемам, касающимся здравоохранения, пенсий, внутренней и внешней политики, законопроектов или их поправок и многим другим.
По словам экспертов, прямая демократия, когда все ключевые вопросы решаются на референдумах, стала в Швейцарии давней традицией и поводом для гордости. «В Швейцарии чистейшая на планете форма демократии», — уверяет NM доктор политических наук и международных отношений Женевского Института Паскаль Счиарини. 50% всех референдумов, прошедших в мире в XX веке, состоялись в Швейцарии.
Прямая демократия — еще и инструмент контроля политических элит, говорит Счиарини. «В отличие от других стран, где политики получают пост на четыре года, расслабляются, и делают, что хотят, здесь все не так. Любой вопрос можно вынести на референдум и отменить решением народа», — отмечает политолог. Это делает более ответственными и политиков, и общество.
Доктор политических наук Викен Четерян из Института международных исследований и развития (IHEID) объясняет, что швейцарцы не любят, чтобы политическое влияние сосредотачивалось в одних руках. Поэтому власть очень децентрализована: местный уровень, затем кантональный (региональный) и национальный (федеральный) уровень.
Между руководителями деревень, городов и кантонов идет своего рода соревнование за создание лучших условий жизни и развития региона. Народные избранники делают все, чтобы их жители не переезжали.
Примеряя швейцарскую модель на молдавские реалии, доктор Четерян говорит, что многое зависит от граждан и их менталитета: «Если народу Молдовы комфортно жить под управлением олигарха, ЕС ничего не сможет сделать. Если молдавские граждане захотят перемен, они сменят олигархическую систему. Швейцарцы через это прошли. Армянам это удалось сегодня, несмотря на всеобщий пессимизм. Вам есть, кем вдохновляться».
Живущий в Швейцарии историк и бывший дипломат Игорь Петров уточняет, что демократические достижения Швейцарии — не такая уж давняя история . «Что касается прямой демократии, то она возникла в ходе строительства уже новой Швейцарии, после 1848 года. Тогда была принята современная конституция», — говорит он.
Несколько десятилетий в стране действовала «Система Эшера», названная именем могущественного олигарха Альфреда Эшера. Она представляла собой пример слияния политической элиты с крупным промышленным капиталом и большая часть населения воспринимала ее как несправедливое явление.
При пересмотре конституции в 1874 году самые вызывающие элементы олигархической системы были устранены. В этом смысле современная прямая демократия в Швейцарии родилась именно как инструмент ограничения властного произвола, говорит эксперт.
Единственным недостатком прямой демократии Игорь Петров считает то, что в последнее время на референдумы выносят все более и более сложные вопросы: «К примеру, вопрос преимплантационной диагностики. Или последний референдум в прошлом году — о пенсионной реформе. Не понимая дифференциального исчисления, в ней вообще не разобраться. А люди в массе своей — не профессора математики и медицины. И тут возникает вопрос, как люди могут голосовать, не понимая, о чем?».
Самые важные и необычные вопросы на референдумах в Швейцарии:
В 1908 году в Швейцарии прошел референдум о запрете абсента. Алкогольный напиток на основе настойки полыни, содержащий до 70–80% спирта, изобрели в швейцарской коммуне Val-de-Travers (Валь-де-Травер). Вопрос о запрете встал из-за токсического и галлюциногенного эффекта полюбившегося напитка, частое и чрезмерное употребление которого порой приводило к неконтролируемым взрывам агрессии. На референдуме 63,5% участников проголосовали за запрет. Он вступил в силу в 1910 году и был снят только спустя почти век — в 2005 году.
Также в начале XX-го века на референдуме решался вопрос о регулировании и порядке самогоноварения. Кампания проходила под лозунгом «Лучше съесть, чем пропить»: людей призывали употреблять картофель, фрукты и ягоды как полезные продукты питания, а не как сырье для перегонки. В общей сложности за время действия в Швейцарии прямой демократии «алкогольный вопрос» 17 раз выносили на общенациональные референдумы.
В 1974 году швейцарцы убедительным большинством (более 75%) отклонили инициативу «О защите народа и родины от нашествия чужаков». Авторы инициативы предлагали радикально ограничить иммиграцию в Швейцарию. Впоследствии, правда, миграционное законодательство все же ужесточили, хоть и не так резко.
Самыми жаркими общественными дебатами сопровождался референдум 1992 года о присоединении к Еврозоне. Противники присоединения победили с минимальным перевесом — 50,3% против 49,7%. А явка на тот референдум — 78,7% остается рекордом, не побитым до сегодняшнего дня.
В 2005 году на референдуме одобрили закон «О зарегистрированном партнерстве однополых пар». Против выступали религиозно-клерикальные круги и право-консервативные партии. Но 58% швейцарцев инициативу поддержали.
И совсем свежий пример. 25 ноября 2018 года в Швейцарии пройдет референдум об инициативе «За достоинство сельскохозяйственных животных». Дело в том, что почти у 90% коров в Швейцарии спиливают рога, чтобы животные не ранили друг друга, и в конечном счете — чтобы сэкономить место в стойлах. Авторы вынесенной на референдум инициативы предлагают, чтобы государство давало финансовую поддержку из средств федерального бюджета крестьянам, не лишающим своих животных рогов — для расширения коровников.
II. Нейтралитет и богатство
В своей книге «Очерки истории Швейцарии» Игорь Петров описывает, как Швейцария обрела статус вечного нейтралитета. И, не в последнюю очередь, какую роль в этом сыграла Россия.
Дело в том, что после эпохи наполеоновских войн именно российский царь Александр I настоял на нейтралитете Швейцарии, говорит Петров. На то у России были свои стратегические причины. Но, так или иначе, в итоге именно российский министр иностранных дел Иоанн Каподистрия чуть ли не лично вписал пункт о нейтралитете в Конституцию Швейцарии. (Тот же Каподистрия, кстати, разрабатывал проект административного устройства Бессарабии в составе Российской Империи.)
Многие эксперты и историки считают, что именно вечный нейтралитет стал для Швейцарии гарантией последующей стабильности и процветания. Есть, впрочем, и те, кто считает рецептом успеха активное развитие банковского капитала.
«Многие считают, что Швейцария столь богата, потому что сидит на мешках с деньгами. Конечно, это не имеет ничего общего с реальностью», — говорит Петров. Банковский сектор, по его словам, безусловно, играет свою роль. Но Швейцария — это еще и открытая, «заточенная» на инновации экономика, идеально функционирующая инфраструктура, система железных дорог и т.д.
«В конечном счете большую часть ВВП страны формируют люди. Самозанятое население», — объясняет эксперт. 98,6% ВВП Швейцарии, по его словам, формируется малыми компаниями с числом работников от 3 до 15 человек. А у каждого швейцарца, по данным Рейтинга мирового благосостояния, в среднем на счете есть сумма, эквивалентная 530 240 долларам США.
III. Социальный диалог и свобода
Что касается швейцарского миролюбия и способности находить компромиссы, то так тоже было не всегда. «Я думаю, что глубоко в национальном бессознательном записана память о тех страданиях, которые страна перенесла в период Средневековья во время больших и малых политических и религиозных войн и конфликтов. Поэтому в ДНК швейцарца записаны сдержанность и вежливость. Интровертность, культура диалога и поиска компромисса — все это формирует современного швейцарца и его менталитет. Компромисс — это для него святое», — рассказывает Игорь Петров.
В Швейцарии четыре официальных языка: немецкий, французский, итальянский и ретороманский, на котором в Швейцарии говорят 0,5% населения. Это была форма общенационального компромисса после 1848 года, то есть после создания современного швейцарского государства, говорит историк.
В Швейцарии есть и частные, и общественные СМИ. Общественные телевидение и радио финансируют все граждане. Люди платят ежегодный медиа-сбор по тарифу один франк в день (1 швейцарский франк равен 0,88 евро). «Пресса в Швейцарии очень свободна, никто не может поднять трубку и что-то приказать журналисту. Цензура запрещена Конституцией», — говорит Игорь Петров. Портал Swissinfo.ch, где он возглавляет русскоязычную редакцию, издается на 10 языках.
Еще Швейцария — очень децентрализованное государство. Здесь нет официальной столицы: Женеву условно называют дипломатической столицей, Берн — политической, Цюрих — экономической. Сумев стать международным дипломатическим мостом для многих стран, Женева приняла штаб-квартиры Европейского отделения ООН, ВТО, ВОЗ и многих других международных организаций.
Доктор политических наук Викен Четерян считает, что у Молдовы есть потенциал стать мостом между ЕС и Россией и получать от этого бонусы, а не быть геополитическим «заложником»: все зависит от того, чего хотят граждане, и каких политиков они выбирают.
