Проевропейские власти Молдовы провели радикальные реформы. Страна резко улучшила позиции в индексе восприятия коррупции Transparency International и рейтинге Doing Business. Было покончено со взяточничеством, использованием госструктур в политических целях и в интересах бизнес-кругов, суды стали независимыми, а «телефонному праву» пришел конец. Реформы, казавшиеся невозможными, осуществили Либерально-демократическая, Демократическая и Либеральная партии, руководившие страной с 2009-го по 20** год.
Примерно так могла бы начинаться глава о правлении «проевропейских» сил в еще не написанных учебниках истории.
Но, скорее всего, будет как-то так: «В 2009 году к власти в Молдове пришли партии, провозгласившие курс на евроинтеграцию. Их правление сопровождалось коррупционными скандалами, непрозрачной приватизацией, кризисом на банковском рынке, установлением контроля над СМИ. Суды, Генпрокуратура, антикоррупционное ведомство и другие институты использовались в частных интересах. Парламентские выборы 2014 года были признаны самыми грязными в истории страны и сопровождались беспрецедентной кампанией по дискредитации оппозиции, а также обысками и арестами».
В историю можно войти, а можно вляпаться. Выборы-2014 уже история. И это очень плохая история.
Я часто слышал до и после выборов: «Таким политикам, как Ренато Усатый, не место в парламенте». Допустим. Но разве не избиратели должны это решать? Или еще такая характеристика: «Ренато Усатый — популист, аферист, агент ФСБ». Возможно. Но чтобы такие цветы проросли на политическом поле, нужно было очень старательно удобрять почву известно чем.
Европейские дипломаты в разговорах не под запись признаются: их тошнит от последних выборов, от молдавской политики и от словосочетания «евроинтеграция Республики Молдова». Тем, кто хоть на секунду задумался, что произошло и чем это грозит, тоже не по себе. Известно, что любая власть всегда следует простому принципу: если нет никакого сопротивления, можно давить дальше. А сопротивления нет. Строгие заявления представителей гражданского общества о том, что власть больше не имеет права на ошибку, вряд ли кто-то воспринимает всерьез.
А теперь о главном. Пока все с жаром обсуждают, кому какой пост достанется, в выпотрошенный Banca de Economii в очередной раз закачиваются огромные суммы. Происхождение миллиардов никто не объясняет. Но будьте уверены: это наши с вами деньги.
Один знакомый финансист использовал такую метафору, описывая ситуацию в банковской сфере: Молдова — это корова, а Banca de Economii — ее вымя. Премьер Лянкэ уже предположил, что корову доили украдкой. Но не говорит, кто это делал. А может быть, действительно не знает. Впрочем, неважно.
Важно, что вымя по-прежнему в ловких и натруженных руках.
