Куплю/продам депутата. Можно ли в Молдове посадить за «политический туризм»?
6 мин.

Куплю/продам депутата. Можно ли в Молдове посадить за «политический туризм»?

За последние несколько месяцев 17 молдавских депутатов (из 101) покинули партии, от которых были избраны. В этих партиях утверждают, что «перебежчикам» заплатили от €400 тыс. до € 1,2 млн. Социалисты подали в прокуратуру несколько заявлений о попытках подкупа депутатов, в том числе после ставшей самой скандальной истории «хождения по партиям» Штефана Гацкана. NM разбирался, почему дела о подкупе депутатов обычно разваливаются на этапе следствия, и реально ли в Молдове привлечь кого-то к уголовной ответственности за подкуп депутатов.

x

Заявления

В мае депутаты от ПСРМ пожаловались на попытки подкупа в Наццентр борьбы с коррупцией (НЦБК), который передал эти заявления в Генпрокуратуру. По словам президента Игоря Додона, заявления написали, после того как нескольким депутатам-социалистам предложили от €400 тыс. до €500 тыс. за переход во фракции «Шор» или Pro Moldova.

Еще одно подобное заявление на днях подал депутат от ПСРМ Корнелиу Фуркулицэ, после того как теперь уже бывший депутат Штефан Гацкан заявил, что покидает ПСРМ и переходит в Pro Moldovа. Фуркулицэ также перечислил еще несколько случаев попыток подкупа депутатов от ПСРМ.

Прецеденты

Нынешняя ситуация — уже привычное явление для молдавского парламента. Так, в 2016 году, после того как 14 депутатов вышли из ПКРМ, депутат-коммунист Елена Боднаренко открыто заявила, что ей предлагали деньги за выход из партии, и обратилась в правоохранительные органы. Написал заявление в органы и лидер ПКРМ Владимир Воронин. Однако дело получило ход только через три года, после того как летом 2019 в Молдове сменилась власть.

В рамках расследования в январе этого года в Антикоррупционной прокуратуре допросили депутата (тогда еще Демпартии, а сейчас Pro Moldova) Сергея Сырбу. А в мае стало известно, что дело против Сырбу закрыли. По словам генпрокурора Александра Стояногло, дело закрыли, так как по нему «невозможно было собрать дополнительные доказательства».

«События, о которых идет речь, происходили в 2013-2014 годах. […] Мы допросили одних, допросили других. Мы попытались собрать еще доказательства. К сожалению, возможности просто ограничены […] И рассчитывать на то, что кто-то придет и скажет — да, я получил [деньги], или — нет, я не получил, просто не приходится», — пояснил Стояногло.

Нынешним летом неожиданное продолжение получила другая история о подкупе депутатов. В начале июня Апелляционная палата (АП) освободила из тюрьмы бывшего полицейского Виталия Бурлаку и его сообщницу Ирину Баглай. 7 марта 2014 их задержали сотрудники Антикоррупционной прокуратуры и НЦБК при попытке подкупа депутатов накануне подписания и ратификации в парламенте Соглашения об ассоциации Молдовы и Евросоюза.

По данным следствия, 6 марта 2014 года Бурлаку встретился с бывшим вице-министром внутренних дел Геннадием Косованом. Бурлаку предложил Косовану передать $250 тыс. (по курсу 2014 года 3,4 млн леев) одному из депутатов парламента. На следующий день они снова встретились. На встрече присутствовала и Ирина Баглай, которая и передала Косовану деньги. Также Бурлаку пообещал, что дополнительно депутату будут платить по $ 5 тыс. в месяц. Кроме того, по данным следствия, в феврале 2014 года Баглай положила на хранение в сейф Energbank €500 тыс. По версии следователей, эти деньги Бурлаку через Косована пообещал двум депутатам от Либерально-демократической партии за выход из фракции.

В 2016 году суд первой инстанции приговорил Ирину Баглай к трем годам лишения свободы, а Виталия Бурлаку — к одиннадцати. В 2017 году Апелляционная палата по ходатайству обвинения увеличила срок тюремного заключения Ирины Баглай до восьми лет. Кроме того, обвиняемых оштрафовали: Баглай на 140 тыс. леев, а Бурлаку — на 80 тыс. леев. В июле 2018 года Высшая судебная палата (ВСП) оставила в силе приговор АП. В 2019 году Баглай и Бурлаку снова обратились в ВСП. В августе 2019 ВСП отправила это дело на пересмотр в АП, указав, что «первая и вторая судебные инстанции допустили правовые ошибки». ВСП также отметила, что Ирину Баглай можно освободить из тюрьмы. В июне 2020 АП полностью отменила приговоры Баглай и Бурлаку. Почему судьи приняли такое решение, пока не ясно: мотивировочную часть опубликуют 9 июля.

Почему эти дела разваливаются

В конце мая генпрокурор Стояногло, выступая в телеэфире, отметил, что доказать подкуп депутата, можно только зафиксировав это преступление в момент передачи денег. «Если мы будем исходить из чисто политических заявлений некоторых политиков, вряд ли сможем добиться истины. Так каждый второй может обвинить своего политического оппонента в том, что его купили. Но мы не можем построить доказательную базу на таких обвинениях», — пояснил Стояногло.

Он также отметил, что за «стилем жизни» депутатов и соответствием их расходов доходам должны следить «компетентные органы» [Нацорган по неподкупности и Налоговая — NM]. И, если эти органы выявят нарушения, они могут обратиться в прокуратуру.

О том, что дела о подкупе депутатов сложно возбудить и расследовать, говорят и юристы, с которыми пообщался NM. Так, адвокат Вадим Виеру уверен, что к таким расследованиям необходимо привлекать не только прокуратуру, но и НЦБК, и Службу информации и безопасности (СИБ). Это, по его словам, позволит использовать специальные средства для сбора доказательств.

«Чтобы открыть дело, должны быть весомые доказательства с уголовно-процессуальной точки зрения. Та же ситуация с видеозаписью с пакетом [видеокадры встречи Плахотнюка и Додона]. Откуда прокурор может знать, что было в пакете? Конечно, все могут подозревать. Но необходимы серьезные доказательства, иначе дело развалится в суде», — отметил Вадим Виеру.

Адвокат Ион Выздога, в свою очередь, пояснил, что на начальном этапе уголовного процесса можно и без снятия иммунитета установить оперативное наблюдение за депутатом, если дело касается случаев коррупции. На основании собранных таким образом доказательств, отметил эксперт, можно будет потребовать снять с него иммунитет и возбудить уголовное дело. «Вести такое дело очень сложно. Заниматься расследованием уголовных дел против депутата должен только прокурор. Пока материалы дойдут до прокурора, оперативная информация может потеряться, ее могут намеренно исказить или предупредить [депутата]», — пояснил Выздога

Кроме того, как подчеркнул Вадим Виеру, в таких делах приоритет у прямых доказательств: показания свидетелей и посредников или найденные у депутата переданные ему деньги. В прокуратуре также могут принять как доказательство диктофонную запись попытки подкупа, которую сделает депутат. Но для этого эту запись надо официально передать прокурорам, уточнил Виеру. «Хотя, с точки зрения Уголовно-процессуального кодекса, как доказательства в первую очередь принимают аудио- и видеозаписи, сделанные по санкции суда», — отметил эксперт.

«Подкуп депутат очень сложно доказать, если его не поймали с поличным. Но если прокуроры захотят — можно все. Чем задерживать 10 врачей или учителей, лучше задержать одного депутата. К тому же конфискованные у него деньги [по закону] перечисляют в бюджет», — сказал Выздога. Он также отметил, что, согласно ч.3 ст. 324 УК депутатам за коррупцию грозит от 7 до 10 лет тюрьмы и штраф от 8 тыс. до 10 тыс. у.е. (400 тыс. — 500 тыс. леев).

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: