Чуть менее года назад суд Тирасполя признал оправданными претензии местной прокуратуры к информационно-правовому центру «Априори». Прокуроры решили, что общественники нарушают новый закон, запрещающий им «политическую деятельность» на иностранные деньги. «Априори» грозили ликвидацией. NM выяснил, как год спустя работают центр и его проекты, как общественники были вынуждены обратиться в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) и почему считают Молдову ответственной за происходящее с приднестровской организацией.
От суда до суда
Тираспольский центр «Априори» стал первой общественной организацией, к которой применили новый приднестровский закон «О некоммерческих организациях» (НКО). Еще до его утверждения приднестровские общественники сравнивали документ с российским законом «об иностранных агентах».
Новый закон запретил местным НКО вести «политическую деятельность», используя иностранное финансирование. В случае нарушений, теперь у прокуратуры есть право через суд потребовать ликвидации НКО.
Закон «Об НКО» вступил в силу в мае 2018 года, а уже осенью прокуроры пришли с проверкой к «Априори». На базе центра работает гражданский клуб «19», где регулярно проводят дискуссии, лекции, выставки и кинопоказы.
Проведя несколько проверок, прокуратура решила, что «Априори» занимался «политической деятельностью» на иностранные деньги. Претензии вызвали два мероприятия — выставка «СМИ под давлением трех атмосфер: Смирнов, Шевчук, Красносельский» и доклад «Смешанная избирательная система: анализ и перспективы для Приднестровья» кандидата политических наук Анатолия Дируна.
Прокуроры посчитали все это «формированием общественно-политических взглядов и убеждений», запрещены законом «Об НКО». Общественники должны были устранить нарушения, или организации грозила ликвидация. Как «устранить» уже прошедшие мероприятия, в прокуратуре не уточняли.
«Априори» попытался опротестовать в суде претензии прокуратуры, но результатов это не дало. В феврале 2019 года суд первой инстанции оставил в силе решение прокуроров. Организации предстояли повторные проверки.
В апреле жалобу «Априори» отклонил уже Верховный суд Приднестровья. Несмотря на то, что общественники предоставили документы о том, что после принятия нового закона у них не было иностранного финансирования, Верховный суд «не нашел оснований» для пересмотра дела.
Без «оснований»
В июне «Априори» попытался пойти дальше и оспорить сам закон «Об НКО». Общественники обратились в приднестровский Конституционный суд с просьбой признать закон несоответствующим местной Конституции.
Они утверждали, что «закон нарушает нормы международного права и создает предпосылку для нарушения закрепленных в Конституции Приднестровья прав и свобод человека». В частности, ограничивает свободу граждан, объединяющихся в некоммерческие организации и работу этих организаций.
«То есть мы можем по одиночке проводить лекции об избирательных системах, а если объединимся — это политика», — поясняет NM юрист «Априори» Степан Поповский.
Три месяца спустя, 26 сентября, «Априори» получил очередной отказ. Судьи Конституционного суда «не смогли установить оснований для рассмотрения дела».
Статус-кво и «некрасивый» сценарий
Пройдя все местные приднестровские судебные инстанции, 24 октября «Априори» решил обратиться в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). По словам юриста организации Поповского, приднестровские суды нарушили сразу шесть статей Конвенции по правам человека.
«Мы жалуемся в ЕСПЧ на несоблюдение приднестровскими судами свободы мнений, публичного и справедливого разбирательства дела, нарушение свободы ассоциаций и собраний, дискриминацию. Жалуемся на немотивированные решения и злоупотребление судей своими правами», — поясняет Поповский. Какие из этих претензий оправданы, предстоит решить ЕСПЧ.
Тем временем «Априори» продолжает работать. В Клубе «19» постоянно проводят кинопоказы, художественные выставки и дискуссии. Предписанная судом первой инстанции новая прокурорская проверка, которая должна была решить судьбу «Априори», так и не состоялась. Общественники заявили в прокуратуру об отказе от иностранного финансирования, хотя, как утверждают они, его не было задолго до принятия закона.
Председатель «Априори» Евгений Дунаев рассказал NM, что с лета 2019 года взаимодействие организации с приднестровскими властями приостановилось. Но общественники готовы к тому, что к ним снова появятся вопросы.
«С нашей стороны осталось лишь ждать решения ЕСПЧ, продолжать работать и быть готовыми ко всему. Закон „Об НКО“ лежит в Конституционном суде и тоже ждет решения ЕСПЧ», — объясняет Дунаев.
По его мнению, у ситуации с «Априори» есть несколько сценариев развития. «Сохранение статус-кво — „красивый“ вариант, полное прекращение деятельности и, конечно, может случиться что-то „некрасивое“ под влиянием эмоций», — поясняет Дунаев.
Он подчеркивает, что «в „Априори“ должны быть готовыми к любому развитию событий». А пока, по его словам, организация планирует и дальше взаимодействовать с местными властями, чтобы разрешать случаи нарушения конституционных прав и свобод.
Молдова, ЕСПЧ и смирение
В истории с «Априори», по мнению юриста Поповского, замешаны не только приднестровские власти. В ситуации с «Априори» и Клубом «19» юриста возмущает бездействие молдавских властей. «Молдова смирилась с положением вещей: на части ее территории — в Приднестровье нарушают права и свободы человека, а она просто наблюдает за этим», — недоумевает юрист.
По его словам, Молдова убеждает ЕСПЧ в том, что ее судебные и следственные органы работают параллельно с приднестровскими. «Но в Молдове нет такого суда, в который могло бы обратиться любое лицо, чьи права и свободы нарушены в Приднестровье», — утверждает Поповский.
В жалобе к ЕСПЧ он ссылается на международный опыт создания единой судебной системы. Создание такого рода органов в юриспруденции носит название «ad hoc», то есть «по особому случаю».
«Великобритания и Северная Ирландия смогли создать единую судебную систему, несмотря на наличие территориального конфликта. Более того, я знаю прецедент в Боснии и Герцеговине, где вопрос защиты прав человека тоже разрешал специально созданный орган — Палата по правам человека. Такой подход может предполагать и физический контроль всей территории Молдовы. Однако ничто не мешает осуществлять его на уровне права», — отмечает Поповский. Он настаивает на том, что для рассмотрения дел на левом берегу Днестра в Молдове давно необходимо создать единый судебный орган. В этом случае защитник предлагает рассматривать приднестровские законы как нормативные акты органов местного самоуправления.
Он подчеркивает, что молдавский закон «О судоустройстве» предполагает, что в городах, расположенных на левом берегу Днестра, должны быть молдавские суды. Но их не создают.
«Судьбы людей приносят в жертву политическим интересам. А Молдова не способна отграничить политический конфликт от необходимости защищать права человека на всей своей территории», — считает юрист.
Как пояснил по просьбе NM исполнительный директор ассоциации Promo-Lex Ион Маноле, «Априори» может обратиться в Генеральную прокуратуру Молдовы, потому что организация находится на территории республики.
«Но я сомневаюсь в том, что для них найдут какое-то решение. Тем не менее им необходимо это сделать. Сейчас нет конкретного суда, который мог бы рассматривать дела в Тирасполе. С другой стороны, насколько решение такого суда будет эффективным? Власти левого берега не стали бы исполнять его решения», — считает Маноле.
По словам правозащитника, сегодня нет «эффективных инструментов для защиты прав жителей приднестровского региона».
«Я бы рекомендовал „Априори“ обратиться к участникам формата „5+2“, который сделал бы этот процесс публичным, и смог бы воздействовать на решение этого вопроса», — советует Маноле.
Как поясняет Поповский, обращение в заведомо неэффективные инстанции — «это потеря времени и неоправданные надежды». По его словам, ЕСПЧ неоднократно подтверждал, что у России и Молдовы есть юрисдикция над Приднестровьем. И молдавское правительство утверждало, что создало суды, которые работают параллельно с приднестровскими. Однако их нет.
«Молдова признает свою юрисдикцию, однако просит ЕСПЧ не возлагать на нее ответственность за нарушение прав человека на этой территории, поскольку не имеет эффективного контроля над ней», — уточняет защитник. Оправдываясь таким образом, считает Поповский, Молдова даже не пытается изменить ситуацию и создавать суды, исполнения решений которых можно было бы добиваться.
«Я отстаиваю в ЕСПЧ позицию привлечения Молдовы к ответственности за бездействие и попустительство. За то, что она спокойно принимает сложившуюся ситуацию, не предпринимая никаких активных действий для защиты прав человека в Приднестровье», — подытоживает юрист.
Подробнее о том, как работает приднестровский закон, и что о нем думают местные общественники, читайте в материале NM Молчать не вредно. С общественниками Приднестровья поступят по-российски.
