Заграница не поможет: в Приднестровье хотят отслеживать работу «иностранных агентов»
4 мин.

Заграница не поможет: в Приднестровье хотят отслеживать работу «иностранных агентов»


В Приднестровье может появиться понятие «иностранный агент». Верховный совет региона рассмотрит во втором чтении новую редакцию закона «О некоммерческих организациях», в которую включен этот термин. Приднестровские общественники полагают, что подобная формулировка позволит властям непризнанной республики бороться с неугодными организациями.

История вопроса

Общественные организации Приднестровья обсудили с депутатами местного парламента новую редакцию закона «О некоммерческих организациях». В первом чтении проект был принят еще в 2014-м, но для второго чтения летом 2015 года не хватило голосов. Одно из главных нововведений — появление определения «иностранный агент». Согласно документу, под иностранным агентом понимается некоммерческая организация (НКО), которая получает финансирование или другую помощь из-за рубежа, и которая участвует в политической деятельности.

«Геополитическая ситуация заставляет предпринимать меры по обеспечению общественной безопасности. Мы с весьма осторожным оптимизмом смотрим на помощь, поступающую извне некоммерческим организациям, и попытаемся ограничить их в плане осуществления политической деятельности», — заявил глава комитета по общественным объединениям Игорь Буга. Депутат добавил, что закон не коснется организаций, связанных с благотворительностью и здравоохранением.

Таким образом, некоммерческая организация может быть признана политической, если она «участвует в политических акциях, занимается формированием общественного мнения и оказывает воздействие на политику органов власти». Реестр иностранных агентов должен вести местный минюст.

Сомнения общественников 

Общественный активист из Приднестровья, бывший зампред информационно-правового центра «Априори» Денис Марчков полагает, что власти региона хотят свести всю работу неправительственных организаций лишь к благотворительности, раздаче гуманитарной помощи и уходу за нуждающимися. «Любая организация, которая занимается распределением помощи, приходит к выводу, что необходимо либо менять закон, либо требовать от властей соблюдения установленных норм. Как только организация решит воздействовать на власти, то она тут же получит клеймо — иностранный агент», — считает Марчков.

Общественники уверены, что нужно смягчить формулировку «иностранный агент» и уточнить определение «политической деятельности». По словам главы Общественной палаты Приднестровья Сергея Смиричинского, в законодательстве региона вообще нет понятия «политическая деятельность».

Денис Марчков считает, что, при желании, «политическую деятельность» можно вменить любой правозащитной организации. «К примеру, есть требование, чтобы власти переоборудовали пешеходные переходы для нужд людей с ограниченными возможностями. Требование простое: чтобы бордюры сделали ниже. С моей точки зрения, это никак не связано с политикой. Но с точки зрения закона, подобная активность — политическая деятельность», — говорит Марчков.

В свою очередь, координатор приднестровского центра «Априори» Евгений Дунаев в беседе с NM обратил внимание на то, что термин «иностранный агент» имеет негативный оттенок. «Если речь идет о предоставлении информации об источниках финансирования НКО, тогда следует использовать более нейтральный термин, например «организация, финансируемая из иностранных источников». Против этого никто из коллег, с кем я беседовал, не возражает», — заявил Дунаев.

По его словам, многие организации опасаются, что «круглые столы», публичные дискуссии и публикации, касающиеся работы властей, будут расцениваться как политические акции. «Таким образом почти любую организацию можно признать иностранным агентом», — отметил Дунаев. Он добавил, что исходя из российской практики, существуют серьезные опасения, что власти будут стараться закрывать организации, которые позволяют себе критиковать чиновников.

Дунаев также отметил, что в случае утверждения закона, НКО «Априори», вне всяких сомнений, попадет под категорию иностранного агента. «Если это произойдет, то, скорее всего, мы будем вынуждены прекратить свою деятельность, потому что мы не способны финансово обеспечить подготовку всех отчетов», — заявил Дунаев.

Практика законотворчества 

Со своей стороны, зампред профильного комитета Верховного совета, депутат Андрей Сафонов в беседе с NM отметил, что законопроект достался «в наследство от предшественников». «Депутаты нового созыва решили провести общественные слушания. До 2 марта общественники должны представить письменные предложения», — отметил Сафонов. По его словам, предлагалось, что во втором чтении проект будут рассматривать уже 2 марта, но сейчас у Верховного совета «много работы по бюджету на 2016 год».

Отвечая на вопрос NM, останется ли в финальной версии понятие «иностранный агент», Андрей Сафонов отметил, что «пока необходимо узнать, чего хотят люди — сейчас нет смысла забегать вперед». «Мое рабочее предположение, что термин останется. Но главное сейчас — изучить предложения общественников», — сказал депутат.

В 2012 году аналогичные законодательные нормы ввела российская Госдума. Сегодня в реестр иностранных агентов минюста внесено 120 НКО. К иностранным агентам причислили международное историко-просветительское общество «Мемориал», которое занимается исследованием политических репрессий, уже закрытый благотворительный фонд «Династия», Центр «Transparency International-Russia» и другие.